Юнит - Леока Хабарова

Нехорошо!

– Давай же! – глухо прорычала Рита, проворно набирая новую комбинацию. – Ну!

«Сигнализация сработает через пятнадцать секунд. Соединение с общестанционной системой оповещения…»

Проклятье! Еще несколько секунд, и о ее похождениях узнает весь «Юниверсум»!

Маргарита закусила губу. Права на неудачу она не имела: слишком многое поставлено на карту. Надо, надо открыть чертову дверь вручную! Цифры на сенсоре бежали, со скоростью света приближая катастрофу.

Пять… Четыре… Три… Два… Один…

Рита прижала большой палец к экрану, подтверждая очередной пароль, и внутренне сжалась. Закусила губу. Зажмурилась… и тут же вздрогнула от тихого щелчка.

«Соединение с общестанционной системой разорвано, – сообщил сенсор, и панель вспыхнула зеленым. – Добро пожаловать в нулевой отсек».

Беликова шумно выдохнула. Спешно собрала все прибамбасы и повесила футляр обратно на пояс. Встала и приосанилась. Путь в хранилище был открыт, и дело оставалось за малым – разыскать данные по юниту Семь-два-семь.

– Капец… – прошептала Рита, задрав голову.

Чертовы стеллажи уходили под самый купол. Какая здесь высота? Метров пять? Шесть? Больше? Серые цельнометаллические шеренги плотно жались друг к другу. От бесчисленного количества ящиков взрывался мозг. И что самое парадоксальное…

Никаких обозначений! Вот никаких! Абсолютно! Ни тебе черточки, ни буковки! И как прикажете в этом всем разобраться? Чисто интуитивно?

Беликова потерла подбородок. Здесь должна быть какая-то система. Обязательно. Рита не сомневалась в этом ни минуты. Слишком уж хорошо она знала шефа – без системы Левандовский даже по нужде не ходил.

Задвинув страхи и сомнения подальше, Маргарита шагнула к ближнему стеллажу и фальшивым ключом разблокировала первую попавшуюся дверцу. Ящик, лязгнув, выдвинулся метра на полтора с гаком. Неслабый размах!

Беликова осторожно потянула за край папку из середины.

– «Предпоследний два-ноль-семь…» – прочла она вслух и нахмурилась. Что бы это значило?

Рита откупорила соседнюю ячейку. «Нулевой-одиннадцать, – гласила малопонятная надпись. – Неликвид».

«Похоже, ночка предстоит веселая», – подумала Маргарита и отыскала взглядом гравитационную тележку: прошерстить верхние ящики без этой штуковины не получится.

– Ну что ж, приступим! – сообщила Рита стеллажам и криво улыбнулась.

Говорят, найти иголку в стоге сена непросто. Однако эту задачку можно легко решить при помощи зажигалки и мощного магнита. Но… как найти одно-единственное дело среди тысячи подобных?

Сначала Беликова применила последовательность Фибоначчи. Потом – теорию чисел Кейер-Максимовой, а следом – простейшие рекуррентные соотношения. Не помогло. Она проверяла стеллаж за стеллажом снизу доверху, но никаких следов семисотой партии так и не обнаружила. Даже метод великого рандома не дал результатов. Время утекало, как вода. Нервы натянулись до предела.

Провал! Это полный провал! Влезть в хранилище и не найти нужных документов! Стыдобища!

Отчего-то вспомнился день, когда шеф довел ее до полного отчаяния. Лев Леонидович приказал отыскать какие-то сверхважные файлы, и Рита потратила семь долгих часов, чтобы прошерстить все базы «Юниверсума». В итоге файлы обнаружились в корзине…

Беликова замерла. Нахмурилась.

Корзина. Мусор. Идеальное место, чтобы спрятать секреты. Ведь никто и никогда не додумается искать там нечто значительное.

Вот же черт!

Ячейку с неликвидом Беликова обнаружила в самом начале поисков, но, естественно, не придала ей никакого значения.

Маргарита тихо выругалась, переключила рычаг, и гравитационная тележка опустилась на пол.

Увы и ах, ожидания не оправдались: среди полчища папок не нашлось ничего похожего на «Семь-два-семь». Даже приблизительно. Рита уже хотела взвыть. Но оказалось, что лимит неурядиц на сегодня не исчерпан: длиннющий ящик не удержался на креплениях и рухнул, как сбитый вражеский бомбардировщик. Грохот эхом отразился от купола, а проклятущие бумажки разметало по полу.

Беликова застыла. Каждый нерв напрягся. Сейчас должна сработать сигналка. Вот сейчас. Вот прямо сейчас! Ну!

Однако Рита так ничего и не услышала, кроме стука собственного сердца. Недолго думая она ухватила сломанную полку. Надо впихнуть эту бандуру на место и собрать все папки, пока…

Стоп. Что это?

Маргарита оставила в покое многострадальный ящик и опустилась на колени перед черным зевом ячейки.

Показалось? Скорее всего, но…

Беликова вооружилась фонарем-визором. Да. Так и есть. В беспроглядной темноте паза явно имелось что-то еще. Какой-то странный выступ снизу. Потайной отсек? Серьезно? Рита сунула руку, норовя ухватить край, но ничего не вышло. Крышка не поддавалась. Тогда Маргарита пустила в ход прихваченный из блока нож. Лезвие легко вошло в узкую щель. Беликова чуть надавила и ахнула: металлическая пластина съехала в сторону и взору открылась очередная шеренга картонных папок. Только на этот раз все они были помечены красной семеркой в правом углу.

Вот оно!

Закусив губу, Рита принялась сосредоточенно перебирать личные дела и чуть не вскрикнула, когда наконец обнаружила нужное.

Дело номер двадцать семь…

Вот она, судьба Джона. В ее руках.

Беликова без колебаний потянула допотопную завязку. «Гляну одним глазком, а уж в блоке изучу досконально», – решила она.

Папка раскрылась.

Сердце в груди замерло.

Пальцы заледенели, а по спине вдоль позвонков побежали мурашки. Что она ожидала увидеть? Рита и сама толком не знала. Но… точно не это.

В деле лежал только один лист. Белый лист из плотной станционной бумаги. И на нем крупными черными буквами было напечатано одно лишь слово…