Ключи от Рая. Часть 1 - Антон Медведев

— Так будет светлее, — сказал Альварос и сел на край кровати.

— Хе, — хохотнул Чуй. — Ерунда какая. Хо­чешь, как днем будет?

— Не хочу, — ответил Альварос. — Нам нель­зя привлекать внимания.

— Как хочешь. — Чуй сел на табурет, кинул мешок на пол. Подумав, поднял и положил его на кровать. — Почему еду не несут?

— А ты сходи узнай, — посоветовала ему Алина.

— И схожу, — заявил Чуй, однако не сделал попытки подняться с табурета. — А лучше ты сходи.

Алина не ответила, фарках тоже предпочел не развивать не совсем приятную для него тему. Я си­дел на дальней кровати, откинув капюшон и глядя на колеблющийся язычок пламени. Теперь, когда у меня появился шанс вернуться домой, я уже не смотрел на этот мир столь обреченно. Более того, старался запомнить как можно больше из того, что меня окружало, старался накопить побольше ощу­щений . У меня не было сомнений в том, что боль­ше я в этот мир не попаду. Не хватит у меня духа пройти через Дверь во второй раз.

Прошло еще несколько минут, и в коридоре по­слышались шаги, в дверь постучали. Вошел офи­циант, если можно было так назвать этого человека в грязной затасканной одежде, и поставил на стол круглый поднос с четырьмя тарелками, наполнен­ными чем-то вроде жареной картошки вперемеш­ку с кусками мяса.

— Сейчас принесу эль, — сказал он и вышел.

— Эта моя, — заявил Чуй, привстав и подтя­нув к себе приглянувшуюся тарелку, — в ней и в самом деле еды было чуть побольше.

Взяв с подноса большую трезубую вилку, фарках придвинул табурет и с аппетитом принялся за еду.

— Чуй, как тебе не стыдно? — сказала Али­на.— Даже подождать не можешь.

— А чего ждать? — отозвался Чуй. — Еда есть, вилка есть. Чуй знает правила.

— Я вижу, — хмуро сказала Алина и взгляну­ла на меня. — Садись, Кир.

Еда оказалась не особо вкусной, но вполне тер­пимой. Принесенный официантом эль показал­ся мне несколько кисловатым, это подтвердил и Альварос.

— Плохой эль, — сказал он. — Старый не про­дали, вот и смешивают с новым.

— А ты наколдуй им чего-нибудь, — предло­жила Алина.

— Ты же знаешь, этого нельзя делать.

— Знаю, — согласилась Алина. — Но все равно было бы приятно.

С постоялого двора мы вышли уже в сумер­ках. К моему удивлению, на узких улочках горо­да оказалось довольно людно. Я снова натянул на голову капюшон и теперь смотрел на мир словно сквозь тоннель, ограниченный выступающими впе­ред краями капюшона. Альварос спокойно и раз­меренно шел впереди, стараясь поменьше привле­кать внимание. Мы не отставали, даже заносчивый Чуй забился в середину нашей процессии, — по­хоже, фаркахов в городе и в самом деле не жало­вали. Порой нам попадались весьма колоритные личности — глядя на этих людей, я жалел, что у меня нет с собой посоха, как у Альвароса. С креп­кой дубиной в руках я бы чувствовал себя гораз­до спокойнее. Несколько раз раздавались недвус­мысленные намеки и оскорбления в адрес Алины. Альварос на них не реагировал, да и меня схватил за рукав, когда я огрызнулся в адрес одного не в меру расшумевшегося типа.

— Мы здесь не для этого, — тихо сказал он. — Умей быть терпеливым.

Примерно через полчаса такого путешествия улочки стали пошире, на них стало гораздо мень­ше грязи и всякой швали, да простит меня Бог за то, что я так отзываюсь о людях. И хотя за это вре­мя заметно стемнело, все почувствовали себя спо­койнее. Впрочем, центральные улицы таили свои опасности: завернув в одном месте за угол, мы нос к носу столкнулись с армейским патрулем. Трое вооруженных мечами стражников явно скучали от безделья, их командир был слегка навеселе.

— Стоять... — произнес он и вытянул руку. — Куда и кто такие?

— Лекарь я, мой господин, — Альварос почти­тельно поклонился. — К барону Олафу иду. Это внучка моя, барон ее в услужение к баронессе бе­рет, а это увечный один. — Альварос указал на меня, я торопливо кивнул и сложил руки у гру­ди. — Барон обещал ему на конюшне место под­ыскать. Добрая душа у барона, да благословит его Господь.

— А этот куда? — Стражник взглянул на сжав­шегося Чуй, и его ладонь легла на рукоять меча. — Фаркахам запрещено проходить в центр города.

— Знаю, господин, все знаю, — кивнул Альва­рос. — Но уж очень он хорошо лечит. А ведь барон так мучается, так мучается — ноги у него болят, еле ходит. И никто ведь помочь не может. Бели его не пустить, барон осерчает. Я ведь обещал ему.

— Осерчает, господин, очень осерчает, — под­твердил слегка ободрившийся Чуй. — А мне его вы­лечить — что плюнуть, никто так лечить не может. Любого вылечу... — Чуй замолчал, получив неза­метный, но чувствительный удар в бок от Алины.

— Мой господин, прошу вас, выпейте доброго эля за здоровье барона Олафа. — Альварос взял командира стражников за руку и что-то вложил ему в ладонь. — Желаю и вам всегда быть в здра­вии, и жене вашей, и детям...

— Ладно... — Командир небрежно махнул ру­кой. — Идите. Но чтобы ни-ни у меня там!

— Даже не сомневайтесь, мой господин. — Аль­варос поклонился и быстро засеменил прочь, мы постарались не отстать.

— Принесла их нелегкая, — проворчала Али­на. — Нигде от них покоя нету.

— Мы почти пришли, — ответил Альварос. — Здесь близко.

Это и в самом деле оказалось близко. Не прошло и пары минут, как я увидел очередной постоялый двор, или гостиницу, как назвал бы я это место на земной манер.

Народу здесь было мало, сама гостиница каза­лась гораздо более уютной, нежели прежняя. Все выглядело на редкость чистым и аккуратным, даже стекла в окнах оказались прозрачными.

Хозяин явно знал Альвароса. Увидев нас, он всплеснул руками и бросился навстречу.

— Я знал, знал, что будут гости! — сказал он, подходя к Альваросу. — Как душа чувствовала.

— Здравствуй, Бучо, — ответил Альварос. — Все в порядке у тебя?

— Да конечно в порядке, разве может быть ина­че?! Бучо порядочный человек, и клиенты у него порядочные люди... Алина, девочка моя, сколько лет я тебя не видел!

Хозяин подошел к девушке и смачно поцеловал ее в щеку. Алина приветливо улыбнулась в ответ, но было видно, что поцелуй хозяина ей неприятен.

Это был очень интересный человек — невысо­кий, толстенький и в то же время подвижный, как ртуть. Подойдя ко мне, он взял мою руку в ладони и заглянул в глаза, мне волей-неволей пришлось откинуть капюшон.

— А это у нас кто? — осведомился Бучо. — Аль­во, познакомь меня с гостем.

— Это Кир, мой новый помощник, — сказал Альварос. — Помогает мне по хозяйству.

— Очень, очень рад. — Хозяин гостиницы креп­ко стиснул мне руку, потом мельком взглянул на Чуй и, не удостоив его внимания, вновь повернулся к Альваросу. — А вы, конечно, в городе по делу?