Зеленый всадник - Кристен Бритен

Кариган позволила себе чуть всплакнуть — по щеке скатилась пара слезинок. Ах если бы у нее была брошь с крылатым конем или цветок мирта.

Девушка тосковала по гостеприимным сестрам Флорес. И по Эстрал, и по отцу. Где он теперь? Что поделывает? Ищет ли ее, или счел давно погибшей? Встретятся ли они снова? Слезы полились ручьями, и Кариган всхлипнула, пытаясь вдохнуть через кляп. Как ей одиноко! Ну почему она вляпалась в такие жуткие неприятности? Нет, если удастся выбраться, решила Кариган, никогда больше ее не будут манить приключения. Только родной дом.

В других обстоятельствах ночь показалась бы девушке на редкость приятной. Над деревьями взошла молочно-белая луна и небо усыпали звезды. Веселый смех селян напоминал о доме, но от него становилось еще более одиноко. Кариган глубоко вздохнула и медленно выдохнула через нос. Мягкий ветерок осушил ее слезы, шепча о грядущем лете, — здесь было бы легко чувствовать себя счастливой, если бы не веревка и не кляп.

Жаль, что я не могу тебе помочь.

Казалось, слова прилетели по ветру. Кариган внимательно всматривалась, старалась заглянуть за дерево, но и там никого не увидела.

…аль… помочь тебе…

Девушка выпрямилась.

Я… тебя… опасность… дороге. Мы говорили…

Кариган издала негромкое ворчание через кляп, не в силах ответить.

…нет сил… помочь сейчас. Жаль… помочь…

Пленница забилась в путах, пытаясь высвободиться. Может, это Ф'риан Коблбей пытается поговорить с ней? Неужели она настолько спятила, что слышит голоса призраков?

— Ив-ва твове повофь! — вот и все, что сумела сказать Кариган через кляп.

Рядом с ней раздалось хихиканье. Девушка подняла голову и увидела, что вокруг нее собрались все детишки поселения и глядят на нее так, будто она диковинный зверь в зоопарке Корсы. Впереди всех стоял тот мальчуган, который уже заговаривал с ней раньше.

— Ты убийца? — спросила маленькая девочка, засунув в рот пальчик. — А что такое убийца?

— Тише, Тош, — со знанием дела заявил мальчуган. — Это не убийца. Она сама мне сказала.

— Может, она просто спятила? — предположил другой мальчик. — Моя старая тетя сошла с ума, и ее заперли на чердаке.

Остальные дети молчали, пораженные происходящим.

— А что такое убийца? — снова спросила малышка.

Это значит, она кого-то убила, — пояснил первый парнишка.

Кариган откашлялась, и все дети подпрыгнули от удивления и испуга.

Мальчик внимательно огляделся по сторонам, а потом повернулся к девушке и серьезно посмотрел на нее.

— Обещай, что не будешь говорить. По крайней мере громко.

Кариган поспешно закивала.

Мальчик еще раз осмотрелся, а потом вытянул у нее изо рта кляп. Пленница несколько раз глубоко вздохнула и заявила:

— Я никого не убивала.

Дети снова дернулись, услышав ее голос, но, кажется, верили ей.

— А что вы здесь делаете? Разве вас не накажут за то, что вы разговариваете со мной?

— Папа слишком сонный. Он выпил много сидра. — Мальчик указал на стража, все еще повернутого к ним спиной. — Только ты все равно не должна шуметь, помни. Тогда нам не попадет. Мы пришли посмотреть на тебя.

Кариган снова почувствовала себя диковинным зверем в зоопарке.

— Тогда уходите. Мне не нравится, когда на меня так смотрят. Это невежливо. — Сестры Флорес одобрили бы такие слова.

Дети захихикали, особенно когда пленница скорчила страшную рожу. Потом они побежали прочь, разговаривая приглушенными голосами. Ребятишки очень гордились, что сделали недозволенное, перемолвились словом с убийцей. Остался только мальчуган с соломенными волосами, и Кариган увидела у него в руках миску с объедками.

— В меня просто не влезло. Ты можешь доесть за меня.

Пленница напомнила себе бездомную собаку, но была слишком голодна, чтобы задумываться хоть на миг. Она опустила лицо и с жадностью принялась пожирать еду из миски, да еще и вылизала ее дочиста. Девушка так и не поняла, что ей пришлось съесть, но почувствовала себя сытой впервые за несколько дней.

— Как тебя зовут? — спросила она своего благодетеля.

— Дасти.

— Спасибо, Дасти. Спасибо тебе.

Мальчик робко улыбнулся, а потом без малейшего предупреждения засунул ей кляп обратно в рот. Он побежал к своим друзьям, а Кариган посмотрела ему вслед с сожалением.

Она как раз собиралась попросить его развязать ее. Если не считать одного похода в туалет, ей пришлось все время сидеть, привязанной к дереву, скорчившись.

Когда настало утро и Торн заставил ее встать, пленница едва не упала на колени. Наемник стоял рядом и нетерпеливо ждал, пока она разотрет затекшие ноги.

Плащ стал еще тяжелее, чем раньше, и карманы явно округлились. Когда Торн отвернулся, Кариган сунула туда руку. Судя по всему, там оказалось сушеное мясо, сыр, черствый хлеб и яблоко. Дасти и его друзья наполнили ей карманы, пока она спала. Они не хотели, чтобы она голодала!

Когда пленница наконец смогла идти, Торн связал ее запястья впереди. Потом он наклонился к ней и прошептал на ухо:

— Одно словечко — и Джендара пырнет тебя ножом в спину. Кляп вставлять?

Кариган покачала головой. Одной ночи с мерзким кляпом во рту оказалось более чем достаточно.

Трое путников вышли из поселения. Впереди шагал Торн, за ним пленница, а замыкала Джендара, ведущая Коня. Народ хлопал наемников по спине, жал им руки и желал доброго пути. А Кариган пожелали как можно скорее стать кормом для ворон.

Были там и дети, которые оживленно махали руками. Девушка подмигнула своим маленьким благодетелям и одарила их улыбкой. Сердитый отец, который заметил это, швырнул в пленницу камень, который едва не попал в плечо, но Кариган было наплевать. Невзирая на враждебность селян и мрачную перспективу путешествия с Торном и Джендарой, что-то хорошее все же случилось. В миг крайнего одиночества бедной пленнице удалось подружиться с детьми, когда все остальные обливали ее презрением.

Едва путники оказались за пределами слышимости селян, Торн рассмеялся.

— Вот простофили. Навешай им лапши на уши и получишь все, чего нужно. — Седельные сумки Коня были набиты едой. — Может, нам стоит всегда так промышлять?

Джендара безразлично пожала плечами и бросила взгляд на девушку.

— Мне надоело таскать за собой пленника.

И Кариган в который раз задумалась, кем же были эти двое перед тем, как стать наемниками.