Грани Нижнего мира - Олег Авраменко

Марк добрый час просидел возле холмика, с тоской и грустью думая о Ребекке и то и дело заливаясь слезами. Раньше он никогда так много не плакал — но ведь раньше он не терял никого из близких ему людей, а кроме того, раньше в его теле не жила Беатриса, которая, будучи девочкой, не привыкла сдерживать слёзы…

Когда нижний край солнца коснулся макушек деревьев, Марк попрощался с могилой Ребекки и направился в замок. Они с Беатрисой всё-таки решили уйти подальше и прятаться в чаще леса до восстановления колдовских способностей Марка, но прежде следовало подготовиться к длительному пребыванию среди дикой природы — взять с собой как можно больше продуктов, тёплые вещи, прочную ткань, пригодную для сооружения палатки, разную кухонную утварь и тому подобное.

Держа наготове кинжал, Марк с опаской вошёл в башню и, осторожно ступая по каменным ступеням лестницы, поднялся на второй этаж, в просторный обеденный зал. Вдруг Беатриса перехватила контроль над его свободной левой рукой и указала на тёмное пятно на полу возле стола с остаткам трапезы.

— Ой, смотри! — испуганно произнесла она. — МакГрегор исчез!…

На эти слова Марк отреагировал мгновенно — он тотчас метнулся к ближайшей стене, прижался к ней спиной и, выставив перед собой кинжал, обвёл быстрым взглядом всё помещение. Зал был пуст — в том смысле, что ни в каком другом месте тело не лежало. Сердце Марка учащённо забилось, на лбу выступил холодный пот, а внизу живота возникла неприятная щекотка. Первым его порывом было броситься к лестнице, а по ней — вниз, к выходу, но усилием воли он подавил это паническое желание, вовремя сообразив, что восставший из мёртвых МакГрегор вполне мог затаиться на нижнем уровне башни, где располагались кладовки и прочие хозяйственные помещения… А также вход в подземелье, где лежали тела ещё шести разбойников!

— Он точно был там, Беа? — с робкой надеждой спросил Марк. — Ты не ошиблась?

— Нет, Марк, я точно помню. Он лежал возле стола, там осталось пятно крови — ты же видишь его… — В мыслях сестры сквозили ужас и раскаяние. — Боже, ну я и дура! Как я могла забыть школьные уроки! Нам же ясно говорили, что тела чёрных магов и одержимых нужно уничтожать, чтобы они не превратились в зомби. Самое меньшее, что я должна была сделать, это перетащить МакГрегора в подземелье и замкнуть его вместе с остальными. А я даже не подумала об этом, я…

— Ладно, Беа, уймись, — резко одёрнул Марк сестру, чувствуя, что её отчаяние передаётся ему. — Не казни себя, этим ты ничего не исправишь. В конце концов, каждый может ошибиться. Я, кстати, тоже хорош — мне и в голову не пришло спросить, позаботилась ли ты о телах разбойников.

— И что же нам делать? Бежать?

— Боюсь, уже поздно. Внизу нас наверняка ждёт засада.

— Но… Почему они не набросились на тебя, когда ты вошёл?

— Потому что тогда я ещё мог убежать — ведь зомби довольно неповоротливые существа. А кроме того, они не могли устроить засаду у самых дверей, от зомби исходит очень характерный кладбищенский запах, который мы непременно почуяли бы. Но теперь они уже точно выбрались из своего укрытия, перекрыли выход и ждут, что я, обнаружив исчезновение МакГрегора, в панике брошусь бежать и попаду в ловушку. Когда же они поймут… то есть, когда тот, кто отдаёт им приказы, поймёт, что я не спешу возвращаться, он пошлёт нескольких зомби прочёсывать башню.

— И что же нам делать? — повторила свой вопрос сестра.

— Я думаю, Беа, — ответил Марк, лихорадочно вспоминая всё, что он знал о зомби.

В школе их учили приёмам борьбы с этими существами, но сейчас, лишённый своих способностей, он не мог воспользоваться ни одним из доброй дюжины заклятий, которые услужливо всплыли в его памяти. Что же касается немагических средств, то они были традиционными — огонь и серебро, а при отсутствии оных годилось и оружие из обычной стали, коим рекомендовалось изрубить нежить на мелкие куски. С некоторым облегчением Марк вспомнил, что зомби недоступна магия — даже когда они владеют телами мёртвых колдунов.

— Беа, — спросил он. — У тебя… у меня есть спички?

— Спичек я здесь не нашла. Зато есть огниво. В твоём левом кармане. Или в правом.

Марк сунул руку в левый карман куртки и достал оттуда небольшой металлический цилиндр с рычажком. Это было огниво простой и надёжной конструкции — кремень высекал искры, от которых воспламенялся пропитанный горючей жидкостью фитиль. И никаких колдовских штучек, способных в самый ответственный момент отказать. Убедившись, что огниво работает, Марк удовлетворённо хмыкнул.

— Отлично, — произнёс он, быстро перебежал к другой стене и остановился рядом с воткнутым в кольцо факелом. — Кстати, Беа, где ты взяла кинжал?

— В одной из комнат наверху. Не на третьем этаже, где спальни, а на четвёртом.

— Где именно?

— Вот здесь, — Беатриса показала в мыслях схематическую картинку верхнего этажа башни, отметив на ней ближайшую к лестнице дверь. — Думаю, это кабинет МакГрегора.

Марк переложил кинжал в левую руку, вынул из кольца факел и сжал его древко коленями.

— А там не было серебряного меча? — спросил он, зажигая от огнива просмоленную паклю.

— Серебряного меча? — удивилась сестра. — У чёрного мага?!

— А что тут такого? Ведь он был человеком — пусть и человеком, продавшим душу дьяволу, — а значит, серебро не могло причинить ему вреда… При жизни, разумеется. Сейчас оно для него так же опасно, как и для любого другого зомби. Многие чёрные маги носят с собой серебряные мечи. Во-первых, они тоже не гарантированы от нападения нечисти, которая зачастую не разбирает, свой это или чужой; а во-вторых, серебро служит для них хорошей маскировкой — большинство людей искренне убеждены, что таким оружием не может владеть человек, связанный с Нижним Миром. Даже ты так считаешь.

— Я так не считаю, — возразила Беатриса. — Просто… просто растерялась и сказала, не подумав. А какой-то меч в кабинете есть, висит на стене. Только не знаю, серебряный ли. Он показался мне слишком большим и тяжёлым, поэтому я даже не трогала его.

— Ну что ж, сейчас посмотрим, — сказал Марк.

Наконец пакля разгорелась. Он взял факел в правую руку и, держа его перед собой, двинулся к лестнице.

Снизу явственно послышался какой-то шум. Марк задрожал.

— Беа, милая, — попросил он. — Пожалуйста, не пугайся так. Ты мне мешаешь.

— Ах, извини, братик. Я сейчас… я постараюсь…

Дрожь прекратилась.

— Вот так-то лучше, — похвалил её Марк и стал подниматься по лестнице.

Наверх он добрался беспрепятственно, но за это время успел весь взмокнуть от напряжённого ожидания, что впереди появится один из зомби и преградит ему путь.

Тяжёлая дубовая дверь кабинета МакГрегора находилась именно там, где её изобразила на своей схеме Беатриса. Она плотно прилегала к раме, только над полом была узкая щель, оттуда тянуло влагой и резким трупным запахом.