Ржавчина - Алексей Калугин

А, впрочем, не все ли равно!

Василий тупо усмехнулся, поднял автомат, приставил ствол к фиолетовому наросту и нажал на спусковой крючок.

Выстрел хлопнул по ушам, будто открытая ладонь. В лицо брызнула фиолетовая жидкость. Как ни странно, не вонючая, а пахнущая свежими грибами.

– Совсем спятил! – с катаной наголо подскочил к Василию сталкер.

Вот, кажется, сейчас махнет мечом – и голову с плеч.

Ну, и черт с ней, с головой. Все равно дурная.

Пусть так и будет.

– Совсем, – согласился Василий.

Григ надул щеки и медленно выпустил воздух сквозь едва разомкнутые губы.

Парень явно не дурил. Он, и в самом деле, дошел до точки. Ни криками, ни угрозами, ни побоями его сейчас не проймешь. Он готов выпасть из реальности и провалиться в небытие.

– Ладно, все в порядке, – сталкер ободряюще похлопал Василия по плечу.

– Думаешь?

Василий приложил ладонь к лицу, пытаясь стереть фиолетовую жидкость. Но она оказалась настолько липкой, что ему с трудом удалось оторвать руку от щеки.

– Слизь фиолетового гриба клейкая, но, к счастью, неядовитая, – улыбнулся сталкер, – и отмывается легко.

– Успокоил, – тяжко вздохнул журналист. – Я вообще-то не о слизи думал.

– А о чем?

Василий пожал плечами:

– Не знаю.

– Ладно, – сталкер протянул руку и поставил Васин автомат на предохранитель. – Каждый может сорваться.

– Думаешь? – с сомнением поглядел на него парень.

– Уверен. Главное, чтобы нервные срывы не вошли в систему. Соберись, Василий, нам уже недалеко осталось.

– Ты же говорил, что сегодня мы до Тимирязевки не доберемся.

– Неподалеку есть безопасное место. Там и переждем гон механоидов.

– Безопасное место? – скептически усмехнулся Василий. – Здесь? В Зоне?

– А почему нет? – Григ сделал вид, что удивлен.

– Отель Пеккера тоже был безопасным местом, – напомнил Василий. – А нас там чуть не прирезали.

– Ну, так все же пока живы.

– Утешил… – забыв о клейком соке, парень снова попытался провести ладонью по лицу. – Вот же, черт!..

– Сок обычной водой смывается. Только нужно много воды.

– Что это за гриб такой?.. Фиолетовый?

– Точно, фиолетовый, – подтвердил Григ. – Это хищное растение. Оно так охотится. Брызгает струей клейкого сока в близко подлетевшую птицу, та падает на землю, а там уже корни гриба не дают ей оправиться и улететь.

– Такие только в Зоне встречаются?

– Я не ботаник, но думаю, что только здесь.

– Ладно… – Василий посмотрел на перемазанную фиолетовой слизью ладонь и вытер ее о штаны. – Пойдем, что ли?

– Пойдем, – улыбнулся сталкер.

Минут сорок они продирались через заросли, бывшие некогда обычным городским парком, замусоренным и чахлым. Местами еще можно было разглядеть, если постараться, следы цивилизации. Раз, споткнувшись обо что-то, Василий обнаружил под ногами помятую урну. В другой раз он увидел слева от себя перекрученную лианами, вздернутую над землей, переломанную садовую скамейку. Растения держали скамейку крепко и уверенно, как добычу. С которой не знали, что делать.

– Лианы тоже хищные? – спросил Василий.

– Разные, – отозвался шедший впереди и временами катаной расчищающий путь сталкер. – В основном неопасные.

– А как отличить опасную от неопасной? Снова интуиция?

– У них цвет разный.

Издалека, со стороны Ховрино, все еще доносились звуки артиллерийской стрельбы. Пару раз пролетали скрытые кронами деревьев Драконы.

– Чего ради военные рвутся в Зону? – поинтересовался журналист.

– А зачем они вообще куда-то лезут? – хмыкнул Григ. – Работа, видно, у них такая. А Зона – отличный полигон для отработки тактики боевых действий и испытания нового вооружения. Беда в том, что они никак не могут взять в толк, что все их самое совершенное оружие Зона пережует и выплюнет. А то и на себя работать заставит. Ты вот еще Рапторов не видел.

– Страшнее Ревуна?

– Не страшнее, но в бою эффективнее. Это танки, самоходки, бронетранспортеры и прочая боевая техника, видоизмененная Зоной. Теперь она воюет против тех, кто ее сюда приволок. А Драконы, которых ты видел, это бывшие боевые вертолеты. Они ведь тоже не сами сюда залетели.

– Почему военные не используют заговоренную технику?

– Заговор – это почти искусство, владеют которым немногие. Да и, честно говоря, сомневаюсь я, что, если, скажем, собрать десятка полтора-два специалистов, они сумеют заговорить танк. У каждого свой метод, свои подходы… Если бы можно было поставить этот процесс на конвейер, то давно бы уже сделали.

– Но что им здесь нужно?.. Военным, я имею в виду… По большому счету?.. Должна же быть какая-то четкая, определенная цель.

– А что, у вас, за кордоном, об этом говорят?

– И говорят, и пишут… В основном в том плане, что Зона представляет собой потенциальную угрозу для всего человечества и необходимо предотвратить ее возможное разрастание… Да и вообще непонятно, что там происходит…

– Ну да, а если непонятно, значит, страшно, – вставил Григ.

– Если непонятно, то не знаешь, чего можно ожидать, – уточнил Василий. – Ну вот, а военные как раз этому и противостоят.

– Чему?

– Угрозе.

– А, понятно, – кивнул Григ. – Люди наконец-то нашли себе общего врага. Без этого им – никак. Нельзя ведь дружить просто так – нужно непременно против кого-то. Что ж, можно только порадоваться тому, что Зона послужила причиной объединения человечества. Выходит, если бы Зоны не было, ее бы непременно следовало придумать.

– Зачем? – ничего не понял Василий.

– Стоп!

Григ поднял руку в предупреждающем жесте и присел на корточки.

Василий сделал то же самое.

– Слышишь? – шепотом спросил Григ.

Журналист прислушался.

С той стороны, куда они шли, доносились звуки едущих машин. Или – механоидов. Скорее все же механоидов. Это ведь Зона.

– Дорога?

– Парковая аллея. Это значит, большую часть парка мы уже прошли. Осталась самая малость – перейти аллею так, чтобы механоиды нас не раздавили.

– А их там много?

– Сейчас – много.

– И что будем делать?

– Подойдем ближе, посмотрим.

Сталкер опустился на четвереньки и, осторожно раздвигая свисающие до земли лианы и ветки кустов, пополз вперед.