Утраченный трон - Эд Гринвуд

— Туда, к ним! Не давайте им поднять тревогу! — закричал Кровавый Меч, потом поймал за плечо Марара и приказал:

— Возьми двух помощников и найди лестницу наверх: маги любят смотреть на мир с высоты!

Латник отсалютовал, в воздух взлетел вихрь из множества мечей, и он устремился по поперечному коридору, а за ним спешили двое воинов. Кровавый Меч посмотрел на Наора, занимающего обычное место рядом с хозяином, и прошептал:

— Следи за тылом, если увидишь арбалеты — кричи!

Его воины уже мчались через огромный, гулкий зал со сводчатыми потолками, украшенный громадными картинами с изображением охоты на оленей в зеленых лесах, уставленный полукруглыми пиршественными столами, из-за которых поднимались бледные люди в шелках, с кубками в руках, тщетно хватаясь за тонкие шпаги, висящие у бедра.

Люди Датджека набросились на них с яростью, рубя по лицам и ломая шеи с почти магической быстротой. Некоторые придворные не успевали даже вскрикнуть перед смертью; один упал на колени, моля о пощаде, но его без колебаний зарубили.

Раздался звон и грохот: это седой слуга в ливрее, внесший в комнату поднос с наполненными бокалами, обернулся, увидел резню и в ужасе уронил свою ношу. Он повернулся и схватился за ручку двери, в которую вошел, но Лултус тщательно прицелился и метнул кинжал.

Меч попал старику в затылок, хлынула кровь. Слуга запрокинул голову, привалился к двери, которую пытался открыть, и беззвучно сполз по ней вниз.

— Хорошее вино, — сказал Гуркин и с громким стуком поставил пустой кубок.

Кровавый Меч в ярости открыл рот при виде такой глупости и снова закрыл его. Восемь его воинов уже торопливо пили из кубков, задрав головы к потолку. Рогатая Владычица, какой смысл одергивать их?

По крайней мере тревогу так никто и не поднял.

— Подтащите трупы к той двери, — приказал вожак, указывая на дверь, у которой упал слуга, — и пойдем назад, вдоль того прохода, куда я послал Марара.

Его воины, неотрывно глядя на него и кивая, одновременно двумя руками хватали нечто, напоминающее устриц под соусом, и накладывали их на булочки размером с ладонь. Кровавый Меч с отвращением закатил глаза и быстро зашагал по мраморному полу обратно. Все же каменные рыцари могли войти вслед за ними во дворец…

Коридор прерывался короткой лестницей, потом расширялся и переходил в галерею, вдоль которой стояли статуи, потом в другой коридор с другой лестницей, из помещения за ней выходило два следующих коридора, на север и на северо-запад. Широкая лестница вела на запад, а высокие, изукрашенные резьбой двойные двери в южной стене были закрыты. Бездыханный слуга, скорчившись, лежал на нижних ступеньках, тонкие струйки крови стекали по белому мрамору. Кровавый Меч одобрительно улыбнулся при виде этого знака от Марара и первым двинулся по лестнице наверх. Взмах его меча означал приказ соблюдать тишину. Первые же шаги эхом отразились от невидимого потолка где-то в вышине.

Боги, этот замок кажется покинутым! И это двор короля Аглирты? Тут как в большом, пустом доме, закрытом на мертвый сезон, где оставили лишь несколько слуг и по комнатам гуляет только эхо. Хотя, если вдуматься, трупы редко мечутся по дому с воплями. Датджек скупо улыбнулся и пошел дальше наверх.

В большом зале у лестничной площадки снова обнаружились мертвецы — в основном богато одетые мужчины. Судя по всему, некоторые перед смертью пытались сопротивляться: одна из тонких, острых, как игла, шпаг лежала, сломанная, под ногами на пушистом меховом ковре в окружении множества кровавых следов. Датджек огляделся по сторонам в поисках следующей лестницы, но не увидел ни одной.

Он пожал плечами и прошел через комнату к следующему арочному проему, где Марар оставил за собой еще один труп. Покойник вытянул руку, словно указывая в коридор, ведущий дальше. Воины, сгрудившись вокруг Кровавого Меча, с нетерпением ждали его указаний. Они двинулись вперед, плавными, почти танцевальными движениями, с окровавленными мечами наготове.

Впереди их снова ждали мертвые тела и арочные проходы, ведущие в анфиладу комнат. Одна была чем-то вроде библиотеки, во второй на стенах висело множество рогатых оленьих голов и других охотничьих трофеев, а последняя арка, возле которой горели факелы, вела в часовню Рогатой Владычицы.

Кровавый Меч прищурился. Раньше здесь был замок Серебряного Древа, а многие из этих баронов использовали часовню для свиданий, и даже более того: если у правителя была возлюбленная, то его зачастую можно было найти в тускло освещенных палатах позади часовни. Распростертое тело часового — первого человека в доспехах, которого они увидели во дворце, — говорило в пользу этой версии и свидетельствовало о том, что Марар тоже придерживался ее.

Они осторожно вошли в часовню и увидели там обычный алтарь и ряд темных, занавешенных дверей за ним, как и следовало ожидать. Жрица Рогатой Охотницы лежала лицом вниз в растекающейся луже крови перед одной из дверей, вцепившись в штору. Кровавый Меч поджал губы. Боги не проявляют благосклонности к тем, кто ведет военные действия в их храмах.

Дверь осталась приоткрытой, инстинкт не подвел Марара. Темная, узкая лестница вела наверх, каждая третья ступенька светилась от магической силы заклинаний, которые, несомненно, предупреждали кого-то о поднимающихся по лестнице гостях. Оставалось надеяться, что наверху в живых уже никого не осталось и предупреждать некого.

Наор предостерегающе положил руку на плечо хозяина, проскользнул вперед и первым стал подниматься по лестнице. В комнате наверху лежал еще один труп. То был слуга в гораздо более пышной ливрее, чем прежние, его тело свисало с перил, безжизненно раскачивая руками. Кровавый Меч улыбнулся. Должно быть, они приближаются к королю, или к магу, или к обоим.

Пора проявить осторожность. Он остановился и махнул мечом, приказывая людям обогнать его. Лултусу и Гуркину он сказал:

— Останьтесь и охраняйте эту лестницу, один наверху, другой внизу. Крикните друг другу и нам, если кто-нибудь нападет на вас… или пустит в ход чары.

Затем он двинулся вперед, бок о бок с Наором. Остальные воины шли теперь впереди. Пусть чары или стрелы летят в грудь им, а не ему.

Они миновали еще три комнаты с мертвецами и не заметили искусно вырезанного лица высоко на массивной центральной колонне в четвертой комнате. Из глазниц на этом лице смотрели живые глаза — глаза Ингрила Амбелтера, который снова стал Повелителем Заклинаний замка Серебряного Древа, хотя об этом еще никто не знал. Эти глаза пристально посмотрели на непрошеных гостей, а затем погасли и исчезли в глубине колонны.

— Берегись! — крикнул Лултус, прищурившись, и отступил на нижнюю ступеньку. — Смотри!

Гуркин взглянул вниз с лестницы и увидел свечение внизу, в часовне.

— Магия! — объявил он, хотя это и так было понятно.

Свет вырывался непонятно откуда потоком крохотных золотистых звездочек, похожих на искры из очага, которые почему-то никак не гаснут, а в середине стоял человек. Невысокий, худой человек в кожаной одежде недоуменно озирался по сторонам, а в его руках вдруг возник меч.