Капитанская дочка для пирата - Мирослава Адьяр

Влетаю на полном ходу в стену, не рассчитав силу. Плечо раскалывается от удара, вою от боли и, придерживая руку, бегу дальше. Я найду Арию, даже если на части развалюсь. Мне кровь ее нужна или она сама?

Я не знаю… Не знаю! Зараза… Она нужна, ладно!

Ария, где же ты? Ишис, помоги!

И будто в ответ на молитвы вижу мелькнувший облезлый хвост твари. Ерш вам в зад, местные идиоты! Как можно было так халатно вести сунгасса по городу в лилипутской клетке! Да ему только дай повод кого-нибудь сожрать.

Мужик не отстает, недоверчиво поглядывает на мою обвисшую руку, но время зря не тратит – мчит дальше, ни на шаг не сбивается. Крепкий, надежный. Корчусь от боли и ревности. Убью гада, задушу в темном переулке, никто и не узнает. Вот только Арию найдем.

Темные мушки закрывают мне видимость, потому первым к дому исцеления выбегает моряк. Я вываливаюсь из-за поворота сразу за ним и, спотыкаясь, чуть не влетаю в фонарный столб и застывшую в неприятной позе тушу сунгасса. Горю от гнева и страха. За жизнь моей девочки.

Налетаю на дверь и молочу кулаком по гладкому дереву. Больше негде искать: здесь других входов нет.

А если не повезло? И тварь разорвала девушку на кусочки… Холодею, каменею изнутри. Если я за пустую надежду цепляюсь? Что если Арии больше нет…

– Он дрыхнет, – моряк пихает монстра под бок носаком. – Морда чистая: девушку не тронул.

Выдыхаю с облегчением и косо поглядываю на своего спутника. Скадэ, кажется так она назвала его.

Еще несколько увесистых ударов, и дверь распахивается настежь. На пороге замирает высокая худощавая женщина лет сорока. Каштановые волосы стянуты на затылке в тугой пучок, взгляд такой едкий и хищный, что холодок бежит по коже. Губы тонкие, а спина прямая, как палка.

– Что надо? – гаркает она. – Если пришли убрать этот мусор, – брезгливый тычок в сторону твари, – то и убрали бы молча! Проспит еще час, не меньше!

– Мы девушку ищем! – почти наваливаюсь на женщину и хочу прорваться внутрь, но она ловко отталкивает меня назад. Я так вымотался, пока Арию искал, что тетку не могу с места сдвинуть. Рука болит, не встает на место – вправлять нужно.

– Очередные сутенеры? – корчит рожу баба. – Свалила ваша дева, сразу как только сунгасс откинулся. Да и я что вам тут – бордельщица? Валите отсюдэва!

Я готов крушить головы и обыскать каждый угол этого притона, но Скадэ останавливает, головой качает.

– Мы не желаем ей зла, – говорит тихо. – Она – мой друг и женщина капитана, – быстрый кивок в мою сторону. – Сунгасс напал на них во время прогулки. Мы с ног сбились, ищем ее повсюду. Мой капитан убит горем. Пожалуйста, – он упирается в дверь и нависает над женщиной, как скала, – если вы знаете, куда она пошла…

– Ой, не похо-ож! Я бы тебя, красавчик, быстрее за капитана приняла, – показывает на Скадэ.

Смотрит на меня влажными глазами, качает головой, а потом резко дергает за руку. Вскрикиваю от боли и отскакиваю в сторону.

– Ах ты, глубоководная тортила! – но понимаю, что плечо встало на место.

– Туда она пошла, – тычет женщина на уходящую вниз улочку. – Сказала, что яблоки хочет купить, – она усмехается и поглядывает на мои кольца в ухе. – Ка-пи-тан!

Дверь хлопает перед самым носом, но мне плевать. Рука медленно заживает, почти не чувствую боли, лечу вперед, мчусь, будто у меня за спиной армия глубинных демонов.

Скадэ не отстает, а я в голове слова его прокручиваю. Друг, значит? Вот оно что? Когда только успели? Один раз подрались, и уже друзья? Или врет фурия? Может, знала его раньше?

Скалюсь, как голодный зверь, и едва вписываюсь в резкий поворот. Чуть не вываливаюсь на небольшую площадь, где расположился фруктовый рынок. Шарю взглядом по толпе, выискиваю. Бросаюсь к первому же прилавку. Наверняка кто-то фурию видел. Выпытаю! Выдавлю ответ, если надо!

– Времени много прошло, – говорит рядом Скадэ и смотрит вниз. – Или заплутала, или назад к берегу вернулась.

– Да кто ты такой, крокодилья морда? – наступаю, не в силах сдержать ревность в узде. Рука восстановилась, готов и придушить моряка за лишнее слово. – Что ты за Арией увиваешься?

Глаза Скадэ вспыхивают холодно, даже как-то зло. Всего на мгновение, но я замечаю. Прищуривается, оценивает, но попытки защититься не делает. Только руки примирительно поднимает.

– У меня дочка ее возраста. Была бы…

Отступает на шаг.

– Я предупреждал, что заплутать тут просто. Ария такая маленькая, беду на себя накликает. Искать надо быстрее, а не лясы точить!

Он прав, сначала Ария, потом уже и с ним разберусь. Хотя что я несу? Как мальчишка ревную, и хочу выгнать с корабля хорошего моряка. А все почему? Потому что не доверяю женщине? Или себя боюсь?

Найти ее должен, не то с ума сойду.

Фруктовая площадь заканчивается длинным и вонючим рядом овощей, за ней вытягиваются навесы и сухофруктами и орехами, а чуть в сторону начинаются рыбные и мясные ряды.

– И куда дальше, гений? – наклоняюсь, чтобы выдохнуть. Замечаю в толпе на перекрестке нижнего яруса рынка алые волосы. Скадэ смотрит в ту же сторону и коротко кивает.

Ищу глазами лестницу, тут таких между ярусами должно быть, как планктона в море!

Бегу, забывая выдыхать, перепрыгиваю через ступеньку, а то и две-три, врываюсь тайфуном в цветочные ряды и ищу взглядом алую макушку.

– Ария! – кричу, когда кажется, что вот-вот дотянусь до нее рукой.

Разгоняюсь, не успеваю затормозить, влетаю на полном ходу в девушку, нелепо сбивая ее с ног. Катимся клубком по теплым камням и замираем под взглядами случайных прохожих. Они рассыпаются во все стороны стайками перепуганных птиц.

Фурия. Живая! Держится руками за ушибленный затылок и шипит дикой кошкой.

– Ай-яй-яй, чтоб тебе…

Приоткрывает глаза и смотрит на меня. Ахает от удивления и радости.

– Я уж думала, никогда отсюда не выйду, – говорит тихо и потирает голову. – Заблудилась совсем. Зато все купила…

– Я тебе говорил, что накажу за выходки? – усмехаюсь и приподнимаю ее волосы, зажимаю рыжую в своих объятиях. Целую в шею и натыкаюсь на что-то холодное. Отстраняюсь немного и помогаю Арии встать.

Мне кажется, что мир исчезает в этот момент: растворяются запахи, разбегаются люди, и мы остаемся одни на весь белый свет. Я так рад ее найти, мою фурию, будто воскрес в тысячный раз. Самый лучший раз в своей жизни.

В ушке девушки поблескивает милое серебряное колечко, и я понимаю, что никуда она от меня теперь не денется. А я от нее.