Книжные хроники Анимант Крамб - Лин Рина

Амбициозность и любопытство, сказал он, и, хотя мы совсем мало что знали друг о друге, он понимал меня даже лучше, чем я сама.

– Мистер Бойль прав, – подтвердила я, не в силах скрыть улыбку на губах. В животе начало покалывать все сильнее, а сердце забилось быстрее, хотя и для того и для другого повода не было.

– Да, как и всегда, – достаточно горько выдавил мистер Кент.

Его реакция удивила меня, и я вопросительно взглянула на него.

Мистер Кент фыркнул, тяжело сглотнул и не отрывал взгляда от мистера Бойля.

– Это только между Уинстоном Бойлем и мной, мисс Крамб. Я не хочу вас больше обременять этим. Прошу меня извинить, – коротко сказал он, сухо поклонился и ушел.

Это действительно раздражало, и я сразу же почувствовала необходимость как можно более подробно узнать о том, что произошло между ними.

Мой взгляд вернулся к мистеру Бойлю, которому эта ситуация казалась неприятной. Он посмотрел на меня и слегка прочистил горло.

– Простите, мисс Крамб, вас это, должно быть, напугало, – начал он извиняться, и я тут же прервала его, положив ему руку на плечо. Кончики моих пальцев слегка дернулись.

– Мистер Бойль, вы ведь знаете, что меня не так легко напугать. Мне даже любопытно, – призналась я и усмехнулась.

Мистер Бойль облегченно выдохнул и сделал шаг ко мне, так что мы стояли близко друг к другу у камина, как два близких человека, шепчущие друг другу секреты.

– Уильям Кент, мягко говоря, весьма зол на меня за то, что я расторг помолвку с его сестрой в прошлом году, – признался мистер Бойль, и я вздрогнула. Мой взгляд последовал за его и остановился на бедной, невзрачной девушке с бледным лицом, которую, как я думала, красота обошла стороной. Мистер Бойль был помолвлен? С ней?

Мистер Бойль, должно быть, уловил мое удивление, потому как сразу начал объяснять.

– Это был своего рода договор между нашими родителями, когда мы были еще детьми. Их целью всегда было объединение наших семей, а поскольку у меня нет братьев и сестер, а у Кентов только девочка, все было решено, как только родилась Ванесса. – Его голос был спокойным и пояснительным, и я внутренне немного расслабилась.

– И почему же она пошла против воли родителей? – спросила я почти шепотом, и мое сердце забилось в груди еще громче.

Мистер Бойль улыбнулся, и его губы так очаровательно изогнулись, что я на мгновение задержала на них взгляд.

– Ванесса милая девушка, и я ни в коем случае не хочу говорить о ней плохо, – сказал он, опуская лицо еще ближе к моему, чтобы никто, кроме меня, не мог услышать его слов. – Но я предпочитаю, чтобы девушка со мной была на равных, а не представляла собой немую куклу без собственного мнения из-за устаревших взглядов родителей на методы воспитания.

Мурашки поползли по моим рукам, когда я поняла, что он хотел этим сказать. Я глубоко вздохнула, задержала воздух, а затем посмотрела мистеру Бойлю в глаза, в которых медовым золотом плясали отблески каминного огня.

– Но я предлагаю перейти к более легкой теме разговора, чтобы я еще больше не вспотел, – пошутил мистер Бойль, не прерывая зрительного контакта.

– Если вам это поможет, – отозвалась я шутливым тоном, как будто именно он тот, кто только что потерял над собой контроль, а не я.

– Вполне, мисс Крамб. В конце концов, я еще должен рассказать вам о своем путешествии на дирижабле, – сказал он, указывая рукой на узкий диван, чтобы мы сели.

Я, как леди, взяла юбку двумя пальцами и слегка приподняла подол над полом, чтобы сделать шаг к сиденью. Мне казалось, что мои ноги парят в воздухе так же, как и подол моего платья, и на ватных ногах я села на маленький диван.

Мистер Бойль сел рядом со мной, представляя собой интересную смесь сдержанности и самоуверенности, и начал рассказывать мне о полете, прерываясь на мои бесчисленные вопросы.

В какой-то момент мисс Уолкер начала играть на рояле, а тетя Лиллиан исполнила две очень красивые вокальные пьесы, и я почувствовала себя настолько хорошо, что даже ни разу не вспомнила о книгах.

Мистер Бойль рассказывал, внимательно слушал и смеялся над моими ироническими замечаниями. И несмотря на то что я набросилась на пунш, я знала, что не из-за него в животе были такие теплые ощущения.