Возвращение Низвергнутого - Дем Михайлов

— Святой Создатель! Это же мертвяк, — обомлев, выдавил Рикар и с невероятной скоростью закрутил головой, осматривая окрестности. — Мертвяк!

— Угу, — согласился я, с не меньшей оторопью наблюдая, как поднятый из могилы мертвец деловито доковылял до края двора и принялся копать землю. Делал он это крайне неумело, лопата то и дело выпадала из давно мертвых рук, ноги подламывались в коленях, но он упорно копал, и уже через две минуты стало ясно, что он делает.

Мертвяк вскапывал огород. Зимой. А на нас по-прежнему не обращал ни малейшего внимания.

— Кажись, морковку сажать собрался, — изрек я, чувствуя, как в голове зарождается легкое безумие. Ощущение, что я сплю и вижу крайне странный кошмар.

— Он правда огород копать? — с натугой выдавил из себя Тикса, до которого наконец дошла суть происходящего перед нами зрелища. — Мертвый себе огород копать?

— Рикар, даже не думай! — рыкнул я, останавливая поднявшего было топор здоровяка.

— Это же мертвяк! Нежить!

— Мертвяк, — согласился я. — Но нас не трогает. Огород копает и пусть копает себе дальше.

— Говорил же я — проклят этот остров! — процедил Мукри. — Черное, нехорошее место! Но почему не нападает? Не видит?

— Не знаю, — задумчиво качнул я головой, смотря на потянувшиеся к мертвяку щупальца. — Может, и видит. Но нападать почему-то не спешит. Оружие держите наготове. Идем к замку.

Неспешно двинувшись вперед, мы зашагали к замку. Нежить на это никак не отреагировала. Если не приглядываться к внешности прогнившего мертвяка, то как есть работящий мужик, которому некогда отвлекаться на пришлых чужаков. Идут себе мимо и ладно, лишь бы на постой не напросились.

При очередном замахе в плече мертвяка что-то сухо хрустнуло, и правая рука… отвалилась, с тупым звуком ударившись о промороженную землю. Тикса издал что-то вроде сдавленного блеяния, Мукри приглушенно выругался, Рикар хрюкнул от неожиданности, мы с ниргалом промолчали. Оставшийся лишь с одной рукой зомби задумчиво постоял над отвалившейся конечностью, а затем продолжил свою работу, содрогаясь всем телом от ударов.

— Так он много наработает, — успокаиваясь, буркнул здоровяк. — Одно хорошо — вояка из него никакой. На ходу разваливается. Видать, давнишний мертвяк, изрядно подгнил.

Я лишь молча кивнул и повел маленький отряд дальше, с каждым шагом все приближаясь к темному провалу ворот замка. Увидев фронтальную стену замка, башни и свод утопленного в стене входа, я сразу понял, что Кассиус Ван Лигас не сдался без ожесточенного боя. Повсюду виднелись следы штурма — на стенах выбоины от метательных снарядов, копоть, часть идущих поверх стен каменных зубцов разбита. Сломанный в нескольких местах подъемный мост лежал во рву, вместе с обрывками цепей. Перегораживающая вход мощная, но уже проржавелая решетка верхним краем до сих пор утопала в своде, а нижний был вырван из пазов и почти горизонтально выгнут наружу. На выложенном камнем полу валялись остатки досок, укрепленных железными полосами, — все, что осталось от разбитых ворот.

Все говорило о том, что полководец Тариса Некроманта не стал заморачиваться с поиском обходных путей. Ударил в лоб и сломил защиту замка. Да, Мертвящий, несомненно, знал свое дело.

— Решетка-то, господин… — пробормотал Рикар, опытным взором старого вояки оглядев разрушения. — Почти вырвали наружу. Это дело непростое. Металл толстенный, что за силища понадобилась? Не лошадями же рвали? Это сколько упряжек надо…

— Теперь этого не узнать, — тихо ответил я. — Взгляни в ров. Там одни кости… Сотни костей. Бой был страшный.

Даже сейчас, спустя больше два столетия, ров был просто усыпан костьми. Края рва обрушились и присыпали большую их часть, но то, что осталось, поражало воображение. Здесь погибла не одна сотня людей. Судя по тому, что останки лежали перед стеной — кости принадлежали идущим на штурм воинам. Хотя кто его знает — поняв, что ворота пали, Кассиус мог вывести оставшихся людей ко входу и дать последний бой… Непонятно, как сам Кассиус смог уцелеть в этой бойне и покинуть свой остров живым.

— Остались без погребения, — со вздохом произнес Рикар. — Бедные их души. Заходим, господин?

— Да, пошли, — кивнул я и сделал первый шаг под свод ворот.

Шаги гулко отдавались по выщербленным каменным плитам. Короткий проход сквозь стену вывел нас в квадратный просторный двор, выложенный такими же плитами, засыпанными снегом. По ту сторону двора виднелось главное здание, величаво возвышавшееся над прочими постройками. К нему вела очищенная от снега дорожка, упирающаяся в широкое крыльцо с крутыми ступенями. И вновь я поразился строгости и порядку, некогда, несомненно, царившим здесь, — все внутренние дворовые постройки аккуратными рядами тянулись вдоль стен, ведущие на вершину защитной стены лестницы приткнулись по бокам — все сплошь из камня и все сделано так хорошо, что до сих пор ни один блок или кирпич не сдвинулся со своего места. Кассиус Ван Лигас был рачительным хозяином. И слишком верным семьянином и любящим отцом, готовым ради больного сына пойти на самое страшное деяние. Рискнуть всем ради его спасения.

— Господин, — меня тронул за плечо Рикар и ткнул подбородком в сторону высокого крыльца. — А вот и хозяева пожаловали.

Особого беспокойства в голосе здоровяка я не ощутил и потому довольно спокойно перевел взгляд на крыльцо и бесстрастно изучил стоящую там скособоченную фигуру.

— Да нет, Рикар, это скорее слуга, которого хозяин послал встречать гостей.

— Мертвый слуга, — прошептал Мукри.

— И без рук! — добавил гном.

Оба они угадали. На верхней ступени стоял еще один мертвец, облаченный в некое подобие ливреи с остатками серебряной вышивки. На груди зияла огромная дыра, в которой виднелись желтые ребра и остатки ссохшейся плоти. Лицо сохранилось на удивление хорошо, если не обращать внимания на отсутствие одного глаза, вместо которого была еще одна дыра. А вот с руками беда — их вообще не было. Левая оканчивалась в локте, являя миру сморщенную культю с торчащими ошметками гнилой плоти, а правая исчезла по самое плечо.

Убедившись, что все внимание нашей пятерки приковано к нему, исполняющий роль слуги мертвяк медленно склонился в поклоне, отчего несколько сломанных ребер прорвали ливрею на спине и выскочили наружу. Также величаво выпрямился и совершил еще один, более короткий поклон в сторону дверей, ведущих в главное здание. При этом парочка костей не выдержала таких упражнений на гибкость и на камень ступеней с дробным стуком посыпались мелкие костяные обломки. Тикса гулко сглотнул, пялясь на безразлично доламывающего свое и без того увечное тело мертвяка, и пробормотал:

— Приглашать.

— Не пойдем! — поспешно вставил Рикар. — Господин, вы же говорили, что нам в башню надо! Которая северная. А в домину эту соваться, значит, проблем себе искать! Там целое гнездо этих тварей может быть! Заманивают!

— Нет, Рикар, нас никто и никуда не заманивает, — отрицательно качнул я головой. — Иначе не стали бы показываться нам на глаза, а подождали бы, пока мы сами войдем в дом, чтобы захлопнуть ловушку. Да и того мертвого огородника мы бы не увидали. Тут и впрямь творится что-то крайне странное и., и жуткое. Мертвые крестьяне копают огороды, мертвые слуги продолжают служить. Делают ремонт… Словно все эти ходящие трупы пытаются жить подобно обычным людям. Понимаешь? Они как актеры в театре. Как те престарелые актеры, что накладывают на лицо толстый слой грима и пудры, затягивают в корсет выпирающие телеса, и все ради того, чтобы суметь сыграть роль молодых и жизнерадостных юношей.