Война жреца. Том I - Александр Якубович

Эта сцена, кстати говоря, периодически всплывала в ее сознании и к моей радости, никакого удовольствия Рисе не доставляла. В убийстве людей вообще нет и не может быть ничего красивого, чем можно было бы гордиться.

— Пойдем, — я приобнял девушку за плечи, увлекая в сторону от гильдии, к постоялому двору, где мы остановились, — надо поговорить с Лу. Она тобой займется.

В сознании Рисы сейчас одновременно и бушевал шторм, и намечалось затишье. Она наконец-то сказала, что хотела, и это приносило облегчение. С другой стороны она как-то незаметно согласилась опять пойти в ученики. Вот уж правду говорят, есть люди — вечные студенты. Рисанриэль была из их числа.

— Если ты хочешь пережить еще одну встречу с жрецом, то надо придерживаться нескольких правил, — тихо начал я, пока мы шли по утопающим в осенней грязи улицам.

— Какие же?

— Ты должна перестать пользоваться магией.

Не сказать, что мои слова привели девушку в состояние шока, но удивили — точно.

— Мне казалось, что меч…

— Ты не видела конца моего боя в Осфилде, — перебил я Рису. — Я не мог пользоваться магией точно так же, как и любой другой маг.

— И как же ты справился?

— Я просто всадил жрецу меч в грудь по самую гарду, вот как, — просто ответил я.

Риса задумалась.

— Антон, ты хочешь сказать, что жрецы — обычные люди?

— Жрецы — это те же маги, просто их силы от бога, которому они поклоняются. Ты знаешь историю о том, как я плавал в посольство в Ламхитан?

Девушка отрицательно покачала головой, после чего я ей поведал, как разнес дворцовую дуэльную арену одним ударом посоха.

— Но ведь это!..

— Да, это была не магия, хотя, как мне кажется, маг земли мог бы повторить подобный фокус. Меня тогда накачал своей силой Пал. Точно так же сражаются и жрецы Единого. Они молятся своему богу — и он им отвечает.

О том, что за спиной жреца стояла ищейка, которая и наполняла тощую фигуру божественными силами, я предпочел умолчать. Нечего Рисе знать о том, что поджидает на изнанке мироздания. Нет, дело не в том, что я решил сокрыть от нее правду. Просто это знание для нее бесполезно: она же не может принять бой в бездне, так зачем вообще тревожить нестабильную волшебницу подобными рассказами? Ее главная проблема — жрецы и Кватт и она просто хочет выжить в следующий раз, даже если в этот момент я буду где-то далеко.

— Ты предлагаешь сражаться с ними как простой человек? — недоверчиво спросила Риса.

— Я предлагаю сражаться с ними эффективно, — поправил я Рису. — И если от магии они могут закрыться, то от меча в груди — нет. На это и будем делать ставку.

Лу совершенно не удивилась тому, что вернулись мы с Рисой вместе, хотя подразумевалось, что после выплаты откупных за меч, девица пойдет на все четыре стороны. Я это периодически повторял всю дорогу до Клерии, подзуживая волшебницу.

А дальше начались будни. Мы еще несколько дней просидели в Мигне, но Ирдис не смог разузнать ничего, кроме того, что вдова Бренарда убыла из родовых земель к своему брату, барону Тибботу, в Трейл.

Что делать дальше? Варианта у нас было два: отправляться за Эдит в Трейл, или брать курс на Пите, пытаясь там поймать за хвост какую-нибудь возможность. Я делал ставку на ламхитанцев. Они имели определенный вес при дворе Клерии, а арест Орвиста им был точно не в дугу. В любом случае, нам нужна достоверная информация о том, что же на самом деле стало причиной ареста графа де Гранжа, да еще и таким жестким способом. Вместо вызова в столицу ко двору и заключения под стражу — штурм поместья и фактический силовой захват. Будто бы он был террористом.

Это у меня в голове не укладывалось от слова совсем.

После недолгого обсуждения в нашем узком кругу — участвовали я, Лу и Ирдис, Риса же пока не имела права голоса — мы приняли решение отправляться в Пите. Вор опять последует первым, мы же — следом за ним.

Моя богиня крепко взялась за девчонку, которая деньгам и свободному плаванию выбрала роль хранителя стремного артефакта и ученичество у не менее стремного менталиста. То, что делала Лу, до боли напоминало те же уроки, что давала мне богиня десятилетие назад. Основы владения мечом, физическая подготовка, простенькие спарринги и отработка техники. Риса была хорошей ученицей, не чета мне, и если в мою голову и руки науку приходилось вбивать силой, то волшебница все схватывала на лету. Кое-что она умела сама, кое-что видела, а кое-что давалось ей неприлично легко и просто, будто бы она родилась мечником, а не магом огня.

Наш разговор, пусть и мимолетный, прямо на улице, впечатался в сознание молодой волшебницы: единственный способ для мага выжить в сражении против жреца Единого — не быть магом. Поэтому с первых же дней Риса стала активно тренироваться, а временами я думал, что она вообще надорвется. Но Рисанриэль, хрупкая архивариус Академии, оказалась двухжильной. Или это просто ее толкало вперед природное упрямство.

Тренировки продолжились и по пути в Пите, причем именно в дороге они были самыми интенсивными: вокруг не было лишних глаз, так что Лу смогла в полной мере воспользоваться ментальной магией. Прятать от Рисанриэль тот факт, что моя жена тоже менталист, было уже скорее вредно, чем разумно.

Информацию о том, что Лу тоже владеет магией разума, Риса приняла на удивление спокойно. Я бы даже сказал как-то флегматично. Видимо, девушка уже просто устала удивляться, и решила, что даже если перед ней прямо сейчас появится Пал, то она просто вежливо поздоровается с богом Войны и продолжит свою тренировку.

Знала бы она, что вероятность такого события далеко не нулевая!

— Ты же знаешь, что долго учить я ее не смогу? — спокойно спросила Лу, пока я помешивал в котелке суп из вымоченной рыбы и овощей.

— Ты к тому, что среди солдат Кватта нет женщин и ей нужен противник реальных габаритов?

Лу согласно кивнула, снимая пробу с моего варева. Судя по лицу богини, получилось недурно.

— Она очень способная девушка, не зря хотела стать солдатом. Но еще недели две-три и она начнет зацикливаться на мне, как противнике. Тебе бы тоже подключиться.

Я молча помешал густой суп и тоже попробовал, что у меня получилось. Было вкусно.

— Я услышал тебя, любовь моя. Просто считаю, что ей пока рано. С тобой она чувствует, что на что-то способна, я же… Я никогда вообще людей не учил! Только сам учился. По ускоренной программе.

Да, мои тренировки с гвардейцами в свое время стоили многого, но это была работа на износ и вопреки всему.

Уже за ужином Риса задала вопрос, который мучил ее всю дорогу.

— Этот граф де Гранж, кто он? Ваш друг? Он был в посольстве в Ламхитан?

— О, не только, — с усмешкой ответила Лу, — в первую очередь Орвист, это человек, из-за которого Антон оказался в темницах короля и чуть было не принес рабскую клятву.