Сердце призрака - Келли Крэй

Так, теперь все понятно. Все дело в документальном фильме.

«Наблюдатель за паранормальными явлениями», – гласило название.

С обложки диска, пронзая насквозь своим воинственным взглядом, на меня смотрел лысый мужчина лет тридцати, скрестивший свои мясистые руки на мощной груди, облаченной в черную футболку, которая обтягивала его огромный бицепс. Позади него затаился мой дом-монстр, готовый разорвать жертву на мелкие кусочки.

Так, продолжим. Это был парень, который скончался через три месяца после съемок. Он выглядел слишком подтянутым и, как сказал Лукас, слишком молодым для сердечного приступа.

Я перевернула DVD и обнаружила, что на обороте изображено доброе лицо неизвестного человека.

– Это Растин, – сказал Лукас, пока я рассматривала изображение. – Он живет в Лос-Анджелесе и путешествует по миру, оказывая нам помощь в раскрытии паранормальных явлений.

У Растина были густые короткие волосы черного цвета, аккуратно подстриженная бородка и очки, а в его темных глазах отражались добрая душа и бесконечное тепло. Он произвел на меня впечатление более искреннего человека, нежели здоровенный великан на другой стороне обложки.

Кончиками пальцев я провела по описаниям эпизодов, пока не дошла до «Молдавии».

Эпизод 6: «Ярость призрака»

Джо Бок исследует один из самых известных викторианских особняков Кентукки. Вместе со специальным гостем, известным медиумом и ясновидящим Растином Ширази, Джо пытается общаться с духами, обитающими в якобы проклятом поместье «Молдавии». Но расследование принимает шокирующий оборот, когда злонамеренная сущность атакует нашего главного героя, что приводит к единственному на данный момент прецеденту в истории «Наблюдателя за паранормальными явлениями».

– Что? – выпалила я, и по моим венам хлынула ледяная кровь, а ошеломленный взгляд заострился на Лукасе, когда тот доставал наушники из своей сумки. Он ничего не сказал, но приложил палец к губам, украдкой взглянув на миссис Гэри.

Лукас взял у меня футляр и загрузил диск в специальный лоток. Протягивая мне правый наушник, левый он вставил себе в ухо, и нам пришлось друг к другу наклониться.

После нелепого и мегадраматичного вступления из нарезанных изображений со статистическими данными и зловещим закадровым голосом, на лужайке моего дома появился Джо Бок. Он начал говорить в камеру, будто освещал рестлерский поединок, повторив кое-что из того, о чем Лукас уже сказал. Все это время Растин тихо стоял в стороне, не сводя глаз с камеры, пока в какой-то момент не устремил свой взгляд в сторону дома.

Затем эпичная сцена прервалась, а компьютерный монитор продемонстрировал, как члены команды задавали друг другу глупые вопросы, удерживая в руках цифровые записывающие устройства. Лукас приостановил видео и повернулся ко мне, из-за чего мы чуть не столкнулись лбами.

– Всякий раз, когда наблюдатели паранормальных явлений куда-нибудь ходили, – прошептал он, – они пытались собрать любые доказательства, например, установить контакт или зафиксировать аномалии, запечатленные на камеру. Иногда они даже прибегали к обряду изгнания и очищения частной собственности от потусторонних сил. И вскоре после того, как все члены команды оказались в подвале, Растин попытался провести сеанс экзорцизма…

Он отодвинулся от стола и замер, когда медиум на экране в состоянии растерянности появился в дверях нашего подвала, облокачиваясь на плечо Джо Бока.

Мое беспокойство усилилось, когда в жутком зеленовато-сером оттенке ночного видения этот фрагмент напомнил сцену из малобюджетных фильмов ужасов.

Из широко раскрытых и закатившихся глаз Растина потекла кровь, а между трепещущими веками виднелись только белки. В режиме ночного видения кровь блестела черным цветом и сочилась из носа Растина, забрызгивая его верхнюю губу.

– Скажи нам свое имя, демон, – скомандовал Бок.

Алые ручейки крови заполняли рот Растина, окрашивая зубы, вокруг которых скорченные в ужасе губы складывались в слова.

– Я Зедок, – прорычал Растин в камеру, и, казалось, сотня голосов вырвалась у него из груди, в то время как окровавленные пальцы потянулись к объективу. – Я тот, кто проходит сквозь тьму и уходит тем же путем. Приехать за мной – значит найти меня. Напасть на меня – значит придать мне могущества. Назвать меня по имени – значит обрушить на себя мой гнев.

Камера накренилась, и лицо Растина исчезло из кадра.

– Нет! – крикнул Бок. – Продолжай.

– Чувак, он истекает кровью, – сказал оператор, снова направляя камеру на Растина, пока у него изо рта сочилась окровавленная белая пена.

Споткнувшись о верхнюю ступеньку, Бок выскочил из подвала, пока бездушная камера снимала, как Растин бился в конвульсиях и сотрясался от судорог. После этого тело медиума выгнулось в беззвучном крике.

– У него что-то во рту, – сказал оператор, и, сосредоточившись на приоткрытых губах Растина, я вздрогнула.

– Выключайте камеру, – сказал Бок. – Позвоните 911.

– Там. Смотри! Там что-то есть, чувак. И оно вылезает наружу!

Очевидно, из Растина вылезло живое существо, а затем из темной пещеры его рта показалась пара усиков-антенн. За ними последовали две подергивающиеся передние лапки, высунувшиеся над нижней губой Растина. Глянцевая черная голова и пара блестящих молочно-белых глаз сияли в бликах света камеры.

– Я сказал убрать чертову камеру! – закричал Бок, заслоняя рукой объектив, блокируя вид на окровавленную моль, выползающую из пенящегося рта Растина.

С меня хватит. Выдернув наушник из уха, я отпрянула от стола, наклонилась вперед и попыталась глубоко вздохнуть.

От тошноты у меня скрутило живот, и появилось странное предчувствие, что меня вывернет на (о-боже-ты-это-серьезно?!) черно-белые туфли Лукаса.

– Что я только что посмотрела? – спросила я, наконец, в надежде, что Лукас подтвердит слова Шарлотты и скажет, что это дурацкая подделка.

Потому что больше всего мне хотелось верить в то, что это ложь. Но, во-первых, на экране показался тот же самый мотылек, что летал возле поместья. И, во-вторых, его имя. По крайней мере, теперь я понимала, почему Шарлотта так настаивала на том, что я впечатлилась DVD-фильмом. Но об этой документалке Чарли узнала не от одноклассников, а я посмотрела ее в первый раз. Выходит, что все это было правдой.

Эрик. Он с самого начала предупреждал о том, что мне нужно убираться. Он пытался защитить меня и мою семью. На какие страдания я его обрекла, когда отказалась слушаться?

И как, черт возьми, я должна убедить отца переехать?

Если он мне откажет, тогда я точно не смогу запретить ему спускаться в подвал.

– Вот почему я так переживал из-за этих жутких насекомых, – сказал Лукас. – Шарлотта считает, что наблюдатель паранормальных явлений подбросил их в поместье во время съемок, но другие думают, что Растин непреднамеренно оказался в измерении с мотыльками.