Тенеловы. Сердце ночи - Ольга Герр

– Веду дневник наблюдений, – она откинулась на спинку кресла, открывая мне обзор на тетрадь. Какие-то таблицы, графики, списки. Я не вникала. – Сюда я записываю информацию о теневой стороне и ее населении.

– Зачем?

– Это очевидно. Когда вернемся домой, я все это опубликую и прославлюсь, как исследователь, открывший миру существование теневой стороны.

– В лучшем случае твои заметки примут за фантастический рассказ, – сказала я. – В худшем тебя запрут в дурдоме. Спроси у Вадима, каково это.

– Что ты понимаешь, – отмахнулась Ксюха. – Я предоставлю доказательства.

– Какие?

– Ну, не знаю, – замялась она. – Я над этим еще не думала. Захвачу, наверное, что-нибудь с собой в наш мир.

– Например, платье, которое сейчас на тебе, – не удержалась я от ехидства. – Ведь белое платье в нашем мире большая редкость. Все сразу тебе поверят.

– Причем тут платье? – надулась Ксюша. – Я возьму яблоко. Ты встречала у нас черно-белые яблоки?

– Ты уж береги его в дороге, – сказала я. – Досадно будет, если твои доказательства протухнут.

– Мне кажется, свет немного изменился, – вмешался Коля. – Стал интенсивнее, что ли.

– Ага, – Ксюша глянула на часы и сделала запись в дневнике: – полдесятого. Освещение нарастает, что соответствует движению солнца по небосклону.

Я вздохнула. Спорить с горе-учеными себе дороже. Но мне чем заняться? Ввязываться в Ксюшины исследования я не горела желанием, не видя в них смысла.

Иногда я завидовала сестре. Когда речь заходила о будущем, она ни секунды не сомневалась, кем хочет быть – ученым-первооткрывателем. Я была старше, но не могла с уверенностью сказать, кем буду. Поступила на исторический просто потому, что так было проще всего, но втайне мечтала о звездах. Детали не имели значения. Я была готова стать хоть астрономом, хоть астрологом, хоть космонавтом.

Я побрела к фантому. После нашего знакомства он крутился поблизости. Имя у него было забавное, как название детского конструктора – Лего, но мы по привычке звали его фантом. Обычно он прокрадывался в комнату, занимал место в дальнем углу и замирал там, пряча лицо в ворот плаща, который он не снимал даже в помещении.

Когда я его спросила, почему он не принимает участие в разговоре, а наблюдает за всеми со стороны, фантом ответил, что всему виной старая привычка.

– Как дела? – поинтересовалась я у фантома, присаживаясь в соседнее кресло.

– Сегодня хороший день, – изрек он в свойственной ему манере. Порой я сомневалась: отвечает ли он на мой вопрос или продолжает вслух собственные размышления.

– Да уж, прекрасный, – я состроила кислую мину. – На клумбах распустились черно-белые цветы, по небу плывут черно-белые облака, светит черно-белое солнце. Хотя о чем я? Солнца-то нет. Даже черно-белого. Зато нас ждет вкусный и питательный черно-белый обед. А после мы пойдем гулять в черно-белый сад.

– Мне тоже не хватает цветов, – иногда у него случались просветления. В эти редкие минуты он превращался в сносного собеседника. – Они – лучшее, что есть в твоем мире.

– Не представляю, как вы живете без красок. Мы здесь всего неделю, а я уже с ума схожу.

– Я любил гулять при луне, – заявил фантом.

Увы, просветления длились недолго. Он был загадочен как поверхность Венеры, скрытая от наблюдений за облачной атмосферой. Как он справлялся с моей защитой? Ему просто сказочно везло: не считая последних событий, моей жизни ничего не угрожало.

Меня окружали чудики. А, может, это я слишком нормальная? Стоило подумать о чудиках, как появился еще один – принц Мрак собственной персоной. Я упорно продолжала называть его Марк, игнорируя приставку «ваше высочество».

При виде принца фантом встал и перебрался подальше от меня, а Марк занял его место.

– Почему в крепости нет телевизора? – набросилась я на него. Несмотря на то, что мы помирились, я не давала ему расслабиться. – Я бы сейчас с удовольствием посмотрела телек. Хоть какое-то развлечение.

– Раньше был, – ответил Марк. – Но восстание разрушило нашу культуру. Все ресурсы пустили туда. Электричество, телевидение, все уничтожено. Мы вернулись в прошлый век.

– Но в крепости есть электричество, – сказала я.

– В крепости работает автономный генератор. Черная крепость – последний оплот цивилизации. За ее пределами царит хаос.

– Королева есть, а страны нет.

– Можно и так сказать, – согласился Марк.

– Поэтому ты стал ныряльщиком? Чтобы не сидеть взаперти?

Марк поерзал в кресле. Кажется, я угодила в цель. Ему, как и мне, тошно прозябать в четырех стенах, пусть даже со всяческим комфортом.

– Когда мне было пять лет, – произнес Марк, – в крепости гостил известный на всю теневую сторону ныряльщик. О его подвигах слагали легенды. Я был его поклонником. На одном из приемов в его честь, мне повезло с ним пообщаться. Он разговаривал с ребенком на равных, а может, дело было в том, что я принц. В любом случае, он сказал мне одну вещь, которая изменила мою жизнь. Он сказал: «Эй, парень, из тебя выйдет отличный ныряльщик. Ты рожден для путешествий на другую сторону».

– И ты загорелся, – улыбнулась я, зная по себе, как это бывает.

– Еще как! Я бредил нырянием в тень. Только об этом и говорил. Отправиться на другую сторону, повидать мир, участвовать в захватывающих приключениях. Это ли не мечта любого мальчишки? Но мама четко дала понять, что об этом не может быть речи. Я – принц, рожденный править. Я изучал законы, военное дело, управление государством, но все это не трогало меня, и я решился на отчаянный шаг. В день своего девятилетия я совершил побег, чтобы нырнуть в тень.

– У тебя получилось? – я была уверена в положительном ответе, ведь Марк все-таки стал ныряльщиком.

Он рассмеялся:

– Какое там! Суток не прошло, как меня вернули домой. Но за что я люблю маму, так это за то, что она умеет признавать свои ошибки. Королева поняла, что против воли из меня идеального принца не сделать, и она наняла ныряльщиков мне в учителя, заявив: раз уж мне суждено быть ныряльщиком, она будет контролировать процесс и лично убедится, что у меня есть все необходимое, чтобы стать лучшим. Контролировать все и всех – ее любимое занятие.

– Это я заметила, – мысли вернулись к королеве. Мы не встречались со дня приема, хотя я не оставляла попыток с ней пообщаться, но мне все время отвечали, что она занята. – Помоги мне поговорить с твоей матерью, – попросила я. Если сам принц не в силах свести меня с королевой, то дело гиблое.

– Она сейчас невероятно загружена, – сказал Марк.

– Я это уже слышала. И не по одному разу. Мне не надо много времени. Она обещала рассказать, зачем я ей понадобилась. Это займет пару минут. Неужели у нее не найдется такой малости?