Отчаяние. Том 2. - Say Latto

Девочка кинулась к нему. Он присел и обнял её. Марта держала его за плечи. Старшая подходила медленно. Без слёз. Только сжав губы.

— Здравствуй, Лиа, — сказал он.

Она кивнула. Подошла ближе. Потом — обняла. Не крепко, но по-настоящему.

Я повернулся к остальным.

— Охраняйте периметр. На пять минут.

Те рассыпались. Один пошёл влево, второй — за дом, Данте — направо. Я остался у ворот.

Из дома вышла ещё одна женщина. Старше Марты. Волосы седые, одежда — старая, тёплая кофта поверх ночной рубашки. Она шла медленно, но уверенно.

— Это вы? — спросила она меня.

Я кивнул.

– По-английски. Говорите по-английски.

— А вы… тот, кто пришёл из центра? Который их вывел? – Спросила она уже на английском.

— Да.

Она медленно подошла.

— Вы… убили их?

— Всех.

Она опустила взгляд.

— Спасибо, — сказала просто.

Я просто хмыкнул и кивнул.

Марта и Аугусто всё ещё обнимались. Девочки стояли рядом. Младшая — сжав его руку. Старшая — смотрела на меня.

— Ты… ты не человек, да? — спросила она вдруг.

Я повернулся.

— В смысле? – Я оглядел себя. Посмотрел на культю. – Да человек вроде.

– Тридцать второй уровень? – Спросила она выпучив глаза.

– Я видео в Ютубе видела. Там парень был очень похож на тебя. У него ещё щупальца из спины растут и он на них по домам прыгал. Это ты?

Черт. Надо что-то с этим делать. Хотя бы уровень свой скрыть...

– Я.

Она кивнула. Без страха. Без интереса. Просто отметила факт.

— Спасибо, — добавила она. И вернулась в дом.

Я посмотрел на небо. Оно было мутным. Как будто набухшее серое стекло. Воздух пах гарью. И пеплом. Чуть-чуть — но постоянно.

— Завтракайте и собирайтесь. Едем в Тревизо. – Сказал я, когда Аугусто наконец выпрямился.

Он вытер лицо рукавом. Кивнул.

— Давайте.

Мы прошли во двор. Зашли в дом, сразу на кухню и я стал выкладывать еду из карты. Добавил пару бутылок воды. Открытую пачку кофе и сахара. Они всё приняли молча.

В доме было тепло. Старый котёл ещё работал. Газ — подключён. Видимо, от отдельной ветки. Возможно, автономный баллон.

Марта достала из шкафа остатки еды. Лиа помогала. Младшая — Виола — держалась за отца. Не отлипала. Я остался на крыльце.

Карабинеры вернулись. Отчитались. Чисто.

— Пока можно задержаться, — сказал я. — Но долго тут быть нельзя. Едем через час. Идите, поешьте с ними, если хотите. Я посторожу.

– А вы? – Спросил Данте.

– У меня живучесть тридцать. Мне два раза в день достаточно.

Они кивнули и пошли в дом.

Марта принесла мне термос с чаем. Я взял. Горячий. Чёрный. Без сахара. Но с крепостью как у армейского кофе.

Через пол часа она вышла опять.

— Мы готовы, — сказала она. — Мы собраны. У нас почти ничего нет.

Я кивнул. Передал термос обратно. Потом повернулся к машине.

— Выдвигаемся через две минуты.

Все двигались быстро. Профессионально. Даже дети.

– Дамы ко мне в машину. Она бронирована. Подарок военных. В случае чего – просто не высовывайтесь из нее.

Никто не спорил. Женщины и девушки сели ко мне. Лиа спереди, остальные сзади.

Карабинеры загрузились в Ситроен.

Когда закрылись двери, я сел за руль. Привычный скрип, поворот ключа, рык дизеля.

Достал телефон, подключился к магнитоле и тихо включил музыку на английском.

Никто не возражал.

Карабинеры повысовывали автоматы в окна и поехали спереди. Я за ними.

Открыл коммуникатор. Написал сообщение:

– Выехали из пригорода Читаделлы. Пять карабинеров и четверо гражданских.

Ответ пришел через несколько секунд.

– Принято. Вас встретят на магистрали у Тревизо. До ближайшего блокпоста 1:42~ минуты. Хорошей поездки. Маршрут построен.

Глава 10

Ехали молча.

Магистраль была пустой. Асфальт — неровный, но целый. Вдалеке — редкие обломки машин. Некоторые перевёрнуты, без дверей. Местами — чернота гари, но свежих следов не видно.

Я вёл с нормальной скоростью. Справа — Лиа. За стеклом мелькали поля, сухие, запылённые.

Сзади — Марта, её сестра и Виола. Виола уткнулась ей в плечо. Глаза закрыты. Всё ещё держится за отца, который в другой машине.

Музыка играла тихо. Женский голос. На английском.

«Keep breathing, keep breathing…» — пела она. И казалось, что воздух внутри машины становится тяжелее.

Спереди — Ситроен карабинеров. Данте за рулём. Остальные смотрят в окна, автоматы выставлены.

Я проверил приборку. Всё стабильно.

На отметке 20 минут — первый затор.

Машины. С десяток. Поперёк дороги. Без бензина, без людей. Не похоже на засаду — скорее, отчаянная попытка перекрыть трассу. Пара обгоревших. Один джип — с дырой в крыше. Ветер гонял пыль по сиденьям.

Я вылез. Остальные — по моей команде. Без шума. Щупальца не активировал, но ладонь — готова.

— Проверяем. Быстро. Чистим проход.

Бад с Вико пошли слева. Данте — справа. Я — по центру.

Воздух был сухим. Пахло старой кровью.

Прошлись, осмотрели. Ни тел, ни следов. Только мёртвые машины и пустота.

Через пять минут уже ехали дальше. Преграду раздвинули вручную.

Марта молчала. Её сестра смотрела в окно, будто вспоминала, как всё было. Лиа держала телефон — отключённый. Просто в руках. Виола спала.

Проехали ещё километров восемь. Левый поворот на объезд.

Повернули. Сразу — сигнал с рации.

— Что-то впереди. — Голос Данте. — Походу завал.

Я притормозил. Снова вышел. На этот раз — активировал щупальца.

Подошёл к повороту. Впереди — глухой перегон между холмами. На подъёме — завал. Деревья, бетонные обломки. Всё вперемешку. Перекрывает дорогу почти полностью.

— Засада? — спросил Бад.

— Возможно. — Я пригляделся. — Но похоже на оползень. Старый. Без следов. Никто не прятался.

Щупальце поднялось. Обвилось вокруг упавшего ствола. Сдвинул. Поддался. Ветви осыпались.

— Проезд пробьём. Десять минут.

Карабинеры работали слаженно. Ветки резали ножами. Я отодвигал тяжёлые обломки. Щупальца справлялись быстрее рук. Точнее... Руки.

Виола проснулась. Выглянула из окна. Увидела, как я двигаю щупальцем валун. Не испугалась. Смотрела молча.

— Это больно? — тихо спросила она, когда я подошёл ближе.

Я покачал головой.

— Нет. Не всегда.

Она кивнула. Опять закрыла окно.

Когда расчистили проезд, солнце уже опустилось чуть ниже. Свет стал жёлтым, сквозь пыль — почти коричневым. Дорога ушла вниз, в долину.

Я снова за руль. Карабинеры вперёд.

На следующем перекрёстке