Мятежное сердце - Мойра Янг

Громкий треск. Мост вдруг резко проседает.

Нерон взмывает в воздух.

Следопыт делает огромный прыжок. Едва-едва дотягивает до края.

Как только его задние лапы касаются земли, канат лопается. Мост повисает боком. Несколько досочек падают в пропасть.

По эту сторону ущелья мостик держится всего на одном канате.

Перебегаю к нему и опять начинаю пилить.

По дороге движется облако пыли. Сколько же их там… Красная ярость бурлит в крови. Набрасываюсь на канат, словно демон какой-то.

— А-а-а! — ору я. Звук рвется откуда-то из глубины. — А-а-а!

Кромсаю веревку. От пота щиплет глаза.

С той стороны несутся вопли. Крики. Стук копыт.

— Саба! Саба!

Зовут меня. По имени? Откуда…

Второй канат лопается. Перевожу дух. Оборачиваюсь.

Мост оборвался. Болтается на дальней стороне. По нему больше никто не перейдет.

И с той же дальней стороны к пропасти подъезжают четыре всадника. Лу. Мейв. Томмо. Эмми.

Смотрят с ужасом.

А позади них встает другое облако пыли. Надвигается. Рокочут барабаны.

Пыль. Барабаны. Охотники за черепами.

* * *

Мы тупо глядим друг на друга через пропасть. Потом…

— Какого черта ты сотворила? — кричит Лу. — С ума спятила?

— Откуда мне знать, что вы за мной поперлись? — отвечаю я. Сердце колотится как сумасшедшее, вот-вот проломит ребра и выскочит.

— За нами кто-то гонится! — говорит Эмми.

— Охотники за черепами! — отвечаю. — Это они за мной!

— За тобой? — Лу весь красный от злости. — Кто застрял у проклятой пропасти, на одной стороне с врагами? Ты, что ли? Всегда только о себе! Надоело, сил нет!

— Некогда языком молоть! — Мейв уже спрыгнула с лошади, подбегает к ближайшему столбику и начинает выбирать канат — бывшие перила порушенного моста. — У тебя шнурок потоньше есть? — кричит она мне.

— Веревка из крапивы! — отвечаю я.

— Привяжи к стреле и пускай сюда! — вопит Мейв. — Будем по веревке перебираться!

Я поскорее отвязываю веревку с шеи Следопыта. Прицепляю к веревке стрелу, трясущимися руками затягиваю узел.

Понятно, что задумала Мейв. С их стороны канат все еще закреплен. Она привяжет к канату мою веревку и пустит стрелу опять сюда. Я привяжу канат к столбику на своей стороне, и наши смогут по нему съехать.

— Лу! Томмо! Эмми! — командует Мейв. — Задержите их, пока мы тут возимся! Давайте, в укрытие! Шевелитесь!

Они наконец словно очнулись. Быстро спрыгивают с лошадей на землю, прячутся за большими камнями у края пропасти.

У меня все готово. Прилаживаю стрелу с веревкой и спускаю тетиву. Стрела летит через пропасть. Втыкается в землю у ног Мейв. Та спешно вяжет веревку к канату. На моей стороне пропасти Следопыт разрывается от лая. Нерон мечется над нами и сипло каркает.

— Скорей! — кричит Эмми.

Лу тоже сообразил, что делает Мейв.

— Не получится, — говорит он. — Канат слишком тяжелый. Не долетит.

Мейв отвечает, не отрываясь от работы:

— Спасибо, Лу. Очень помог. А получше идеи есть? Нет? Я так и думала. У меня готово. Ты как, Саба?

— Готова! — кричу я.

Мейв прилаживает стрелу к тетиве. За стрелой тянется веревка. За веревкой канат. Мейв берет высокий прицел. Стрела по дуге взвивается в ясное голубое небо.

Почти получилось.

Прав Лу. Канат слишком тяжелый. Стрела пролетает на волосок от края и уходит вниз, в пропасть.

Бросаюсь плашмя, заглядываю через край обрыва. Стрела зацепилась за куст, что растет прямо из отвесной стены ущелья. Футах в десяти подо мной.

Смотрю на наших, а они на меня. Мейв делает движение вытянуть канат.

— Стой! — говорю я. — Подожди!

Нерон! Показываю на куст. Ворон слетает вниз, садится на ветку. Смотрит умным черным глазом на стрелу, потом вверх, на меня.

— Умница! — кричу. — Тащи сюда веревку, Нерон!

Он дергает стрелу клювом. Застряла.

Земля дрожит. Всадники приближаются. Барабаны все громче.

— Они уже тут! — кричит Томмо.

— К оружию! — орет Мейв.

Наши берут луки наизготовку. Я вскакиваю, тоже хватаюсь за лук.

— Берегитесь дротиков! — кричу.

— Саба, я боюсь! — пищит Эмми.

— Боишься? Тогда ты мне не сестра! — ору я. — Еще раз повтори!

— Ничего я не боюсь! — вопит она.

— Вот другое дело!

На дороге показываются охотники. Человек десять-двенадцать. Только не на лошадях. А на птицах.

Птицы не летят. Бегут во весь опор. Громадные. Выше человеческого роста. С черными перьями и короткими белыми хвостами. Мощные длинные ноги. Двупалые лапы. Маленькая голова на длинной тонкой шее.

Охотники вымазаны белой краской, как тот тип в храме. Черные полоски на месте глаз и рта. Одежда вся из узких лоскутьев, тряпичные ленты полощутся на ветру. На головах шлемы из человеческих черепов. Со шлемов на спины свисают черные конские хвосты. Кое-кто держит в руках копья. Другие приготовили метательные трубки. На поясах прицеплены топорики.

Барабанщик позади всех. По бокам его птицы подвешены два барабана. Он подгоняет охотников. Выбивает бешеный ритм пятками. Увидели нас, и все поднимают дикий ор.

— Алалалалалалала-а-а! Улюлюлюлюлюлюлю-у-у!

— Цельте в горло! — командует Мейв.

Охотники скачут к нам.

— Не стреляйте! — кричит Мейв. — Подпустим их ближе!

Они уже совсем рядом. От безумного боевого клича у меня волосы встают дыбом.

— Ждем! — кричит Мейв.

Еще ближе.

— Ждем!

Потом:

— Стреля-ай! — вопит Мейв.

Раз, два, три, четыре. Выпускаю стрелы одну за другой. В полную силу. Уверенно и без запинки. Лук поет. Я на другой стороне пропасти, а как будто там, с нашими. Сбиваю одну птицу и двух всадников. Они с криком валятся на землю и помирают. Хлопают крылья. Нерон роняет к моим ногам стрелу с привязанной к ней веревкой. Тяну за веревку и, как только показывается канат, вцепляюсь в него мертвой хваткой.

— Мейв, канат у меня! — кричу.

Накидываю петлю на ближайший столбик, затягиваю скользящий узел. Канат туго натягивается поперек ущелья. Чуть ниже с моей стороны. Можно по нему съезжать.

— Готово! — ору я.

Мейв тоже времени не теряла. Обмотала запястья Эмми ремнем, перекинула ремень через канат и застегнула пряжку. Теперь она подхватывает Эм за пояс, разбегается и с криком «раз, два, три!» сталкивает с края.