Золотая кариока - Станис Фаб

Рыбаки выбрали место у реки, где была небольшая заводь, и стали ловить рыбу.

Молчун и Колдуита тем временем занимались устройством лагеря: расчищали место для ночлега, таскали ветки для шалаша, собирали дрова.

Коська-Камчатка, по совету Колдуиты, забрался на большой Финти-Фляк и срывал крупные плоды, которые в несметном количестве росли на дереве.

Затем Коська вырезал шесть небольших палочек, заострил их с двух концов. Как раз подоспели рыбаки. На кукане болталось шесть крупных рыбин. Коська ловко почистил их и стал нанизывать рыбины на заготовленные рожны. Острым концом он вставлял рожны в землю, наклоняя их в сторону костра.

Вскоре рыба на рожнах, потрескивающая золотистой корочкой, была готова, и Коська позвал всех к костру.

Кажется, еще никогда они не ели с таким аппетитом. А когда костер прогорел и остались одни красные угольки, мальчишки закопали в них плоды Финти-Фляка, которые по вкусу очень напоминали картофель.

…Яркая звезда висела прямо над шалашом. Казалось, что она совсем близко и до нее можно долететь на воздушном шаре…

В шалаше пахло душистой травой, листьями и корой. Сквозь просветы в ветках пробивались звездные лучики, но если прищуриться и найти щелочку побольше, звезда становилась видна целиком.

Мальчишки долго ворочались – шалаш оказался тесноват для шестерых. Молчун решил ночевать у костра.

Он подбросил в тлеющие угли дров, разровнял подстилку из травы и веток и лег рядом. Прогретая у костра земля приятно грела через зеленую постель, и Молчун сразу же крепко заснул, даже не успев сосчитать до ста.

…Акульке снился страшный сон. Как будто откуда ни возьмись появились слухачи и смотрачи Цертуры, связали ему руки его же собственной веревкой и потащили к реке. На голову ему набросили мешок. Но Молчун не давался, изворачивался, и тогда его больно стукнули. Он хотел дать сдачи обидчикам, но руки были связаны, и акулька решил позвать на помощь новых приятелей, закричал и… проснулся.

Молчун никак не мог понять, куда и зачем его волокут.

– Ребятушки, что вы делаете? Я же почти перевоспитался, – бормотал сонный Молчун. Но похитители не обращали никакого внимания на его причитания и продолжали спускаться к реке.

– Отпустите, слышите, отпустите! Кричать буду! На пo-мощь! Наших бьют!

Один из похитителей, изловчившись, вставил ему в рот кляп, и теперь Молчун не мог произнести членораздельно даже самого короткого слова, и только яростно мотал головой.

Его уложили на дно лодки и, ловко орудуя шестами, похитители стали спускаться вниз по течению…

Проснувшись раньше остальных, Коська-Камчатка растолкал приятелей, и все поплелись к реке. Купались и загорали, забыв про все на свете, в том числе и про свое желание войти в столицу ранним утром. И теперь уже не вспомнить, кто первым заметил отсутствие Молчуна. Они облазили весь лагерь, осмотрели каждый куст и дерево в округе. Тщетно. Молчун словно провалился сквозь землю.

– Говорил я вам, – злорадствовал Колдуита, – а вам все эксперименту, все перевоспитание. Ну что, получилось? Доигрались, воспитатели?

Мальчишки даже не смотрели на карамельку. Ничего не поделаешь, их система перевоспитания себя не оправдала, а Колдуита оказался прав. Скорее всего, акулька сбежал неизвестно куда неизвестно с какими мыслями.

Завтракали в полном молчании. Все уже успели привыкнуть к Молчуну, и без него чего-то даже не хватало.

Расстроенные путешественники быстро собрали вещи, погасили костер и двинулись в путь.