Замок Кон Ронг - Галина Гончарова

— Зато у меня это было.

Теперь настала очередь Кейт покраснеть. А Джинджер задумалась, что же натворила эта пыльная мышь?

— Довольно, девочки, — прекратила дискуссию леди Дженет. — Джинджер, как часто вы ходите в храм?

— Каждое десятидневье, — пожала плечами Джинджер.

Если честно, она туда вообще не ходила. Некогда было. И неохота, и вообще… если Бог есть — он тебя и так услышит. А если нет — молись не молись…

Прикладывать вообще надо не лоб к иконам, а руки к делу. И будет тебе счастье.

— Так редко? — неприятно удивилась леди Дженет.

— Это столица, там свой особый ритм. Очень часто люди заводят молельни в своем доме, — пожала плечами Джинджер, даже и не думая оправдываться. Мигом заклюют, это она уже поняла.

— Мы ходим в храм каждые три дня, а иногда и чаще, — важно проинформировала леди Дженет. — В жизни человека всегда должно быть место для Бога.

— Я с вами полностью согласна, — кивнула Джинджер.

И опустила голову, чтобы никто не заметил блеснувших злостью глаз.

Должно быть место для Бога?

Да кто б спорил! Но к чему вмешивать в свои отношения с Богом кого-то третьего? Или даже третьих? Это личное. Как супружеские отношения, может, даже серьезнее. И в это сокровенное кто-то полезет грязными руками? Ну уж нет!

С Богом они разберутся вдвоем, и без храма.

— Тогда приглашаю вас на завтрашнюю службу.

Вэшшш! Я выспаться хотела!

— Я буду очень благодарна вам, леди Дженет.

— На рассвете…

— Как скажете, леди Дженет. На рассвете мы выезжаем?

— Нет, служба начинается на рассвете. Я знаю, в столичных храмах не так, но у нас еще живы старые традиции. Так что выезжать будем с третьими петухами.

Джинджер скрипнула зубами, но тут же превозмогла себя и улыбнулась.

— Буду просто счастлива, леди Дженет.

Но почему-то ей никто не поверил.

* * *

После ужина все разошлись по своим покоям. Молитва — это хорошо, но спать тоже хотелось. Причем всем.

Чтобы поехать в храм с третьими петухами, требовалось встать со вторыми, а это около двух часов ночи. То есть спать предпочтительно лечь в восемь вечера, или не выспишься.

Джин так и собиралась сделать.

Она уже расчесала волосы, переоделась и теперь дружески болтала с леди Нэйрой. Означенная леди отлично отужинала на кухне, вернулась в свои комнаты, устроилась там, потом пришла к Джин и принялась хлопотать над девушкой, которая после званого ужина была похожа на призрак. Впрочем, чашка травяного настоя и шоколад сделали свое дело — Джин постепенно пришла в себя.

— Вы ведь поедете с нами, правда?

— Разумеется, Джин. В каком составе вы едете?

— Мужчины — верхом. Мы — в карете. И… простите, леди Нэйра. Кейт тащит своих детей в храм, поэтому леди Дженет сказала, что вы можете поехать в одной карете с ней. Заодно и поможете.

Леди Нэйра скривила губы.

— Джинджер, должна вам признаться в ужасном недостатке.

— Да?

— Терпеть не могу детей.

Джинджер хлопнула глазами. Потом фыркнула.

— Простите, леди Нэйра, а свои у вас есть?

— Да.

— И?

— Чужих детей. Ради вас я пойду и на это, но…

— Я вам очень благодарна, леди Нэйра.

— Я надеюсь, что вы постараетесь сократить срок моего общения с этими… отпрысками рода Линос и не позволите переложить на меня работу няньки.

— Разумеется. А…

— Да, я кое-что узнала о семье графов Кон’Ронг.

— Расскажете?

Леди Нэйра в задумчивости прошлась по комнате.

— Не знаю, с чего начать, Джин. Просто не знаю…

Начать не удалось. В дверь постучали.

Леди Нэйра дикой рысью метнулась за ширму и оттуда кивнула Джин. Мол, открывайте. Девушка пожала плечами и послушалась.

За дверью стоял Лесс.

— Джин, можно к тебе?

— Лесс, ты меня скомпрометируешь.

— Сам скомпрометирую, сам и женюсь.

— Ну уж нет — сначала женись, а потом порти мне репутацию, — отрезала Джин. — И никак иначе.

— Но мне надо с тобой поговорить.

— В два слова уложишься?

Лесс не обиделся. Он и сам отлично понимал, что молодой неженатый мужчина в спальне девушки поздно вечером — это совсем неправильно.

— Не обижайся на маму, ладно? Она хочет как лучше…

— Я не обижаюсь. Прости, но я сейчас спать. Завтра вставать рано…

— Да, конечно. Ты правда не сердишься? Мама иногда перегибает палку. Но она хорошая…

— Я знаю. — Джинджер коснулась рукава Лесса ободряющим жестом, — и она тебя очень любит, это видно.

Лесс вздохнул с видимым облегчением.

— Да… я…

— Спокойной ночи, Лесли.

— Спокойной ночи, любимая.

Джинджер захлопнула дверь и задвинула засов. Фыркнула.

— Леди Нэйра, путь свободен.

— Отлично, — леди выплыла из-за ширмы, — вы умничка, Джин, не стоит допускать даже намека на скандал…

Джинджер согласно кивнула.

— Леди Нэйра, а что вы узнали?

— Что Кон’Ронг беден. Что последние тридцать лет тут перебиваются с хлеба на воду, и ситуация начала чуть выправляться лишь в последние года. Лукас Кон’Ронг растратил все что мог, наследнику достались косточки от рыбы.

Джинджер сдвинула брови.

— Это плохо.

— Это замкнутый круг. Чтобы привести Кон’Ронг в порядок, нужны деньги. Чтобы он начал приносить доход, их вначале надо вложить… леди Дженет этого делать не умела. Она глупа и расточительна, только последние годы, когда ее сын взялся за хозяйство, появился хоть какой-то намек на прогресс.

— А где взять деньги…

— Из приданого.

— У меня нет такой суммы, — Джинджер уже оценила Кон’Ронг и сравнила со своими доходами.

— Вы всегда можете поддерживать Кон’Ронг за счет Брайса. Или продать последний…

Джинджер поглядела на леди Нэйру со священным ужасом.

— Продать Брайс? Никогда!

— Тогда проясните все с самого начала. Или окажетесь запертой в Кон’Ронге без денег и возможности их заработать, зато с любящей свекровью и золовками — змеиными головками.

Джинджер поежилась, словно на морозе.