Империя Машин - Кирилл Кянганен

Альфредо

Неизвестный не видывал стольких братьев ордена разом. Улица в двигающихся чернильных пятнах. Сливающиеся с бетоном, парящие кинжалы сновали по переходам и выставляли посты, исследуя ответвления и брошенные квартиры на варианты засады.

— Идём же — тепло сказал Альфредо.

— Я их не отличаю…

— Плащи теней, не беспокойся.

— Они есть и у просветителей!

— Юный паникёр вовсю разносит…

— Алан! — Мальчик уткнулся лицом в тёплый кожаный плащ. Алан обнял его.

— Только не души меня.

Он засмеялся.

— Привёз тебе подарочков Солхеймских.

Альфредо строго пальнул глазами, но Алан как ни в чём не бывало, сбросил с плеча магнитную сумку и дал заглянуть Неизвестному.

— Что там? — проворчал Альфредо.

— Вино.

— Хочешь споить моего пацана?

— Да брось, Альф! Он заслужил.

— Чем это? — удивился мастер, сам потянувшись к бутылке.

— Мастер Альфредо! — прервал их брат ордена. Просветители обошли театр Эрнстада.

— Ящики при них?

— Так точно.

— Встречаемся на заставе, проводите… Просветители, и проследите, чтобы они не переступали её границ. Алан, и… Неизвестный, держитесь позади меня — сказал Альфредо и поспешил отдалиться от них.

Алан улыбнулся мальчику.

— Работаем в паре?

«Братья» осматривали завал. Алан подскочил и изящно приземлился на поехавшую стену. Поздоровавшись со всеми, он проделал то же в обратном порядке.

— Собираю информацию — улыбнулся Алан снова. Он был в отличной форме, и, казалось, никакие преграды ему не помеха. Золотистые волосы растрепал ветер, но он тут же «расчесывал» их ладонью.

— Каково обывателям на Безымянном? Я со скуки бы помер, засидевшись в этой яме.

— Ну тут сыро, холодно.

— Говорю же — яма.

Накрапывал дождь. Они зашли под навес. Слева и справа потянулись струйки дыма. Мальчик закашлял.

— Не переносишь табак? Сейчас уладим.

Алан сменил тон и прокричал что — то на незнакомом языке, грозя кулаком. Не прошло и минуты, как запах развеялся по расчищенной от пыли дороге.

В подворотне мокли горожане.

— Чего они ждут?

— Пока мы уйдём. Надень-ка плащ — сказал Алан, снимая свой.

— А ты?

— Прогуляюсь под дождичком. У меня иммунитет. Чувствуешь? Пахнет ржавой смесью. Чего не принесут облака…

Каменистая кладка устилалась смытой с крыш радиоактивной пылью. Алан поделился противогазом, и они догнали Альфредо около блокпоста.

— Застава через сто метров — прокомментировал он карту больше для инструктажа новичков, чем читая её. Кого приспичило в туалет — у вас пять минут.

Убедившись, что мальчик и троица новеньких разошлись, Альфредо притянул Алана.

— Алан, послушай… Пригляди за пацаном, я полагаю, что он выкинет что — ни будь этакое, как на площади.

— Но за себя я не отвечаю.

— Потому что за тебя отвечает остров — ответил Альфредо грустно.

Они явились в назначенное время, и не одни. Торговцев сопровождали люди в белоснежных атласных плащах.

Альфредо дал знак и парящие кинжалы рассредоточились по квартирам с арбалетами и ружьями наготове.

Что удивило Неизвестного, так это их беспечность. Те, кто назывался просветители и вовсе не оглядывались, а шли как по своим владениям.

Торговцы опустили саморазвертывающийся куб, и из него выползли рельсы, а по ним — ящики.

— Проверяйте — сказал торговец. Мальчик опознал его. Тот, с кем Альфредо встречался на крыше.

— А что делает на обмене ребенок? Получает уроки послушания? — полюбопытствовал просветитель. Белая шляпа и высокий воротник скрывали его лицо. Из темноты проглядывал лишь нос, вытянутый и острый.

Альфредо завёл мальчика за спину.

— Ваш сын, Альф? Умно учить…

— И не ваш слуга — возразил ему Мастер.

Просветитель подбрасывал в руке нож.