Безупречный враг - Оксана Демченко

— Мое прошлое иной раз так и просится на язык, — сокрушенно признал Юго, завершая приготовление третьего соуса и толкая плошку к середине стола.

— Моя тоска иной раз толкает под руку бутыль, — усмехнулся капитан.

— Да утопите вы ее, — прогудел кок на весь зал, пробуя соус и счастливо вздыхая.

— Не могу даже уличить прилюдно, — усмехнулся капитан. Мы в ответе за покой границы с Лозильо, и я не подведу отца. Не лезьте с морской простотой в то, что мне самому совершенно непонятно. Я вполне несчастливо уродился с титулом и долгом законного сына. Я сбежал так далеко, как мог, и живу в свое удовольствие по мере сил.

— Ага, мы верим, — утешил капитана непререкаемый кок.

В углу завозились, пытаясь подобраться ближе и расслышать то, что можно превратить в исключительно толковую сплетню. Кок презрительно повел плечами, и чужаки затихли…

— Мы останемся в порту на десять дней, — сказал капитан. — Я жду письмо от отца, потому и задержка. Юго, неужели у тебя здесь родня?

— Дело, — задумался оримэо, покосившись в распахнутую дверь. Вдова по-прежнему вышагивала по пристани. — Или мне лишь кажется, что это мое дело. Не знаю.

— Лорелла пыталась стать договорной женой моего дальнего, весьма дальнего и побочного родича, — отметил капитан, разобрав намек. — Занятно. Я сегодня нанесу визит начальнику порта и выясню, когда Тэль-Косты ждут южные лодки. Обычно толковый жемчуг подвозят в начале лета, чтобы к осени успеть превратить его в украшения и блеснуть на большом балу.

Вечером Юго был вызван к капитану и оповещен: лодки прибудут через три дня, так было оговорено заранее. Обычно южане умеют соблюдать сроки.

— Мне не приходило в голову, что ты можешь иметь родню так далеко от этого порта, — отметил капитан. — Юго, ты ведь наверняка знаешь, как миновать туман.

— Какой туман?

— Иди. Запомни мой строгий приказ: глупостей в одиночку не вытворять. Бери в заговор хоть нашего юнгу, он умеет следить и днем его в порту никто не обидит.

— Спасибо.

— А вечером, если дело серьезное, — продолжил капитан, — зови меня. Рука превосходно зажила. К тому же, если ты прав, тут копятся неприятности, из которых без титула и связей не всегда можно выплыть. На берегу туманы куда гуще, чем в море. Все понял?.. Юго, почему ты никогда не отвечаешь «понял»?

— Не люблю это слово.

— Попробуй говорить «ага», — предложил капитан, забавляясь.

— Невежливо, я так не могу.

— С навигацией мы закончили, по крайней мере иных сведений у меня в распоряжении нет. — Капитан задумался, последовательно трогая корешки книг. — Держи вот роман. Бестолковая, в твоем понимании, байка о давних временах, и все в ней сплошной вымысел. Но море описано дивно, перевод тоже неплох. На Запретных островах есть письменность?

— Есть, — честно отозвался Юго. И упрямо добавил: — Хотя почем мне знать?

— Занялся бы делом и составил словарь. Вряд ли даже на островах имеется хоть один толковый словарь, с правилами речи, — упрекнул капитан. — Ну кто полезет рыться в твоем сундуке? Прекрати глядеть в пол, ты безнадежно предан кораблю и, значит, обязан исполнять мои… просьбы.

— Лучше бы вы приказали, — огорчился Юго.

— Тогда ты смог бы ослушаться, — развеселился капитан. — Иди.

Утром четвертого от этой беседы дня несколько лодок впорхнули в порт, как сказочные бабочки, и облепили южный причал. Они медленно, почти нехотя складывали нарядные крылья парусов. Юго смотрел с палубы своего корабля и старательно сберегал на лице безразличие. Лодки оримэо всколыхнули покой души, вдруг так остро и некстати захотелось домой, в горную долину, забытую ровно настолько, чтобы она казалась издали не отвратительной, а желанной, даже завораживающей. Какого цвета были стремительные южные рассветы? Как играло рыжее пламя закатов на верхушках гор? И насколько тихо и мягко спускалась ночь, чтобы искупаться в крошечном озере и засиять вдвое ярче маяками манящих звезд…

— Пять больших и три малых, — поделился своими наблюдениями капитан, со щелчком убирая подзорную трубу в футляр. — Богатый купец. Юго, цвета парусов тебе о чем-то говорят?

— Откуда мне знать, — привычно отделил себя от Запретного берега Юго. Вздохнул, помялся и добавил: — Пурпур в главном узоре есть знак того, что купец ведет торг по поручению газура, никак не меньше. Желтая краска и зелень прожилок намекают на тяготение к северо-западным островам. Там, полагаю, живет его семья. Зачем вам мои домыслы?

— Роман читаешь?

— Пытаюсь. Нуднота. Но местами… — Юго смущенно повел плечами.

— Юнга! — возвысил голос капитан. — Бегом на южный причал. Хочу знать прежде порта, захомутает ли вздорная вдовушка одноглазого. Все понял?

— Еще как, — пискнул юнец. — Тайно вызнаю, подслушаю и разведаю.

— Просто погляди со стороны, — крикнул капитан, опасаясь избытка усердия. — Не чуди там! И нож оставь, мы в мирном порту, здесь пиратов совершенно нет и не предвидится даже к ночи… Вот торопыга!

Юнга уже греб к берегу на крошечной узкой лодочке, купленной ради забавы в далеком восточном порту. Капитан сокрушенно покачал головой и направился в свою каюту, проворчав невнятно про ранний обед и дурное настроение. Кок выглянул из люка, все разобрал и сгинул исполнять, позвав Юго. Дурное настроение предполагало особенно вкусный обед, а времени на готовку отведено мало: капитан желает откушать раньше обычного. Соорудив из бараньих ребер лодку и разрисовав соусами огромную тарелку под карту побережья Нагрока, кок и Юго остались довольны своей работой.

— Если б он пил хоть немного, я бы подал красное инкарское, — посетовал кок. — К баранине самое то, не находишь?

— Попробуй.

— Юго, ты с нами три года, тебе простительно не знать. Инкарис — вотчина его жены, ты соображай, что советуешь, — возмутился кок. — Нашего капитана отдали сухопутной крысе как трофей… Дэлькост нуждался в перевалах для переброски войск на юг, в сопредельное с Лозильо княжество. И папаша нынешнего короля воспользовался случаем и свел счеты с родом Тэль-Мар, лишив их возможности заключить выгодный брак и сравняться в знатности с королем, то есть права претендовать на трон.

— Так жена его что, страшнее и старше портовой Лореллы?

— Редкостная красавица, как я слышал, — вздохнул кок. — Он был совсем молод и смертельно влюблен, но едва дельце выгорело, девица сама ему объяснила, что мужик у нее имеется и два внебрачных ребенка, а кое-кто, если ему так припекло, может пристраиваться в семейку третьим лишним, но тогда очередной ребенок будет законным Тэль-Маром. Я ж его с младенчества знаю, понимаешь? Если б не море, спился бы наш капитан…

— Крыса баба. — Юго припечатал кулаком стол.

— Зато наш капитан теперь принадлежит морю и не глядит в сторону берега, — грустно улыбнулся кок и погладил тесак. — Да мне, знаешь ли, на корабле куда лучше, чем в охране замка. Кто я там был? И что мы жрали на обед, тьфу…