Легенды Фатуны - Марьяна Иванова

За бурным обсуждением ребята не заметили, как из-за провисшей двери показался маленький старичок с длиннющей бородой, в цветастой одежде, усыпанной множеством заплаток:

– Что должен сделать старый дух, чтобы побыть в тишине?! Это вы устроили кавардак в моём лесу? Сколько шума! Я уж думал, целая армия забрела, а тут поглядите – четыре невоспитанных ребёнка, негодники!

Ребята так и обомлели. После всего пройдённого они ожидали увидеть многое, но никак не древнего старичка, покрывающего их бранью.

– Это вы Деду? Знахарь Деду? – робко спросила Ива.

– Ну я и что? Какой бедлам! Какой беспорядок! – Он подошёл к одной надорванной паутине и поправила её. – Вот, всё как было.

– Простите, мы не хотели. Мы пришли по важному делу. – Нобили старался сделаться как можно серьёзнее и учтивее. – Эта опушка очень отличается от остального леса. Здесь он словно настоящий.

– Он и есть настоящий. Я создал это место для себя. Не люблю я всей этой призрачности, загадочности…

– А я думал, вы мёртвый и вам всё равно, – ляпнул Ёин и получил острым локтем Нереиды в бок.

– То, что я мёртв – не мешает мне наслаждаться жизнью! А теперь вон отсюда, ишь забрели они…

– Но мы и правда пришли по важному делу! Мы многое преодолели, чтобы дойти сюда, наш друг ранен, и мы никуда не уйдём! – возразила Ива.

– И слышать ничего не желаю! Всё это ваши трудности, а я ухожу спать. И когда я проснусь, вам лучше бы уже убраться отсюда! – Деду топнул ногой и решительно зашагал к двери.

– Постойте… Это для вас. – Нобили подошёл ближе и протянул гостинец Турана.

– И что там? – Мешочек явно заинтересовал старичка.

– Это вы нам скажите.

Старик протянул руку, но одёрнул её на полпути и всё же захлопнул за собой дверь. Не прошло и двух секунд, как он снова показался из-за двери. Деду злобно плюнул, выхватил подношение из рук Нобили и принялся его торопливо разворачивать. Раз-два и все увидели содержимое мешочка. На ладони знахарь держал плоский, переливающийся разными цветами, безумно красивый, но всё же самый обыкновенный камушек. У всех в голове пронеслась одна и та же мысль, что Туран, должно быть, издевается или выжил из ума, теперь-то Деду точно прогонит их. Но глаза старичка налились теплотой. Он смотрел на камушек с такой нежностью, с какой только может смотреть призрак на камень.

– Вы знаете, что это? – удивилась Ива.

– А как же… Мой правнук однажды принёс его мне. Он нашёл его на берегу реки, когда я учил его рыбачить. «Смотри, деда, какой красивый», – сказал он мне. А я смотрю, камень как камень. А этот сопляк всё равно тянет его мне и улыбается во все свои четыре зуба. Ну, думаю, и правда красивый. Откуда он у вас?

– Нам отдал его Туран, – хором ответили ребята.

Старик погрозил кулаком:

– Этот болван никогда не навещал здесь своего прадеда! – а потом расплылся в беззубой улыбке: – Должно быть, он и сам уже древний старик.

Все ошалело переглянулись и уставились на Ёина, раз Турану он приходился внуком, то Деду – пра-пра-правнуком.

– Ну, теперь понятно, почему дед себя так ведёт, такие уж у него корни! – усмехнулся Ёин.

– Вот именно, корни! – добавила Нереида.

Теперь усмехнулись все, кроме Ёина, и даже не потому, что он обиделся на шутку, а потому что рана неожиданно завыла с новой силой и повязка быстро пропиталась кровью.

– Что это с вашим другом? – уставился Деду.

– Мы же говорим, что он ранен.

– Ох, а плохо дело-то… Ну заходите, посмотрим, что тут можно сделать.

Возражать никто не стал и все быстро поспешили за старичком. Внутри дом оказался еще более дряхлым, чем снаружи: перекосившийся пол, хилая печь, над которой маленькими пучками висела сушёная трава, подгнившие брёвна стали убежищем для множества жучков и червячков, ну а все углы были облюбованы пауками. И лишь маленькие ящики, распиханные по всему дому, от пола и до печи, издавали магическую энергетику и напоминали, что друзья забрели в гости к духу.

– Посадите его на скамейку, да поживей, – указал знахарь. Осмотрев рану Ёина, он нахмурил седые брови: – Нехорошая рана. Но так уж и быть, помогу.

Он подошёл к стене, на которой были хаотично приколочены ящики, и, немного подумав, открыл один из них. Старик запустил в него руку и принялся что-то нащупывать, но тут открылся другой ящик, тот, что был в верхнем углу, и из него показалась старческая рука. Так рука Деду входила в один ящик, а выходила из другого. Не найдя желаемого, знахарь открыл другой ящик. И та же картина, только теперь открылся ящик, который был в печи, и снова показалась рука. Но и там не оказалась ничего подходящего.

– И куда я только дел… – без устали бормотал старик.

Тогда он распахнул тот ящик, что был на полу, – открылся ящик на потолке и на ребят упало его содержимое: различные баночки, свитки, перья. Но снова ничего нужного. Он даже засунул голову в печь, но лишь испачкал бороду в саже.

– Ты не видел? – спросил он у одного паука.

Друзья терпеливо и с большим любопытством наблюдали за этим действием.

– Да чтоб меня! – воскликнул Деду, увидев запачканную бороду, и тут же принялся её отряхивать, а потом и вовсе полностью запустил в неё руку. – Ну надо же! – обрадовался он, вытащив из бороды нужную баночку и снова склонился над раной Ёина.

– Мы промыли отваром Виенты, но, кажется, не помогло, – пояснила Нереида.

– Хорошо, что промыли, никакая зараза не попала. А быстро затянуться ране поможет вот эта мазь.

Старик смыл кровь с руки Ёина и втёр в неё немного мази из баночки. К большому удивлению всех присутствующих, рана начала затягиваться прямо на глазах.

– Невероятно! – восхищались ребята.

– Конечно, вероятно, я же знахарь, – с гордостью отвечал Деду.

– Что же это за мазь такая целебная? – спросил Нобили.

– Я придумал её ещё при жизни. Но, к несчастью, напрочь забыл её состав. И вот…эта последняя из моих запасов. – Он с досадой покрутил баночку в руке и сунул её обратно в бороду. – Не забыть бы на сей раз.

– Ну, спасибо тебе, дед, большое! – улыбался Ёин, оглядывая целёхонькую руку.

– Не спеши так радоваться. Твоя рука здорова лишь внешне, последствия ранения не избежать никак.

– Что это значит?

– То, что твоя прежняя сила руки уменьшилась в три раза.

Наверное, для кого угодно эти слова прозвучали бы не так страшно. Живой и уже хорошо. Но для Ёина это было сродни приговору.

– Это что же получается, я теперь самый обычный?

– Неправда, даже так ты самый сильный из нас, – Нобили похлопал его по плечу.

– Верно, громила, – подхватила Нереида.