Герцог. Путь в неизвестность - Рустам Панченко

Учитель подошел к столу и уселся за него. Забросив руки за голову и сцепив их замком, спросил у барона:

– Вы уже пообщались?

– Немного. Буквально только что начали, я рассказал Кевину о наших взглядах на происходящее, – произнес Иен.

– И что думает ваше сиятельство обо всем происходящем? – спросил Учитель.

– Мое сиятельство думает, что пора наводить порядок в этом, с вашего позволения, гадюшнике. Также мое сиятельство просит о помощи двух благородных господ, ибо понимает, что без оной не справиться, – ответил ему.

– Ну, если еще шутишь, значит, прорвемся, – сделал вывод Учитель.

– Вот только мне кажется, что будет правильно набросать план, куда и зачем станем прорываться. Хотя иногда думаю, что легче всего на все наплевать, взять деньги и перебраться жить в более спокойные места. Тем более что денег прямо завались.

– Извини, Кевин, но, к моему сожалению, это далеко не так, – произнес Учитель усталым голосом.

– Как это не так?

Эти слова меня немного выбили из колеи. Наверное, Учитель просто не в курсе того, какую сумму мне оставили предки на мелкие расходы?

Пока размышлял об этом, Учитель подошел к дверям, открыл их и приказал солдатам, стоящим у входа, никого не впускать. Потом закрыл двери и вернулся на свое место.

Вот это оперативно. Даже охрана уже на своих местах. Наверное, Учитель постарался, потому что мы с бароном никому ничего не говорили.

– Тебе отец что-то говорил о плане «Защита»? – спросил Учитель.

Отрицательно покачал головой. Ни о каком плане и слыхом не слыхивал.

– Кевин, твое поведение в последнее время, особенно после смерти отца, показало, что ты более серьезный и ответственный, чем большинство подростков в твои годы. Поэтому буду говорить с тобой прямо и честно, но предупреждаю, никто, ни одна живая душа не должна услышать от тебя то, что услышишь ты в этой комнате.

Барон поднял вверх указательный палец, и Учитель замолчал. Иен встал и, напевая что-то себе под нос, направился к большой картине. Подойдя к ней, врезал кулаком в лицо изображению благородной дамы. Наверное, переживания последних дней плохо подействовали на психику барона, подумал я. Вдруг за картиной послышался шум. Вы слышали, как падает мешок с картошкой? Шум был такой же.

Достав кинжал, ну такой большой нож, Иен несколькими точными движениями вырезал картину из рамы. За ней показалась небольшая ниша, в которой лежало тело.

– Охрана! – рявкнул барон.

В зал вбежало двое солдат, с ними был Тэм. С удивлением уставился на него. Он вел себя так, будто ничего не случилось. Охрана быстренько вытащила тайного подслушивателя. Это был мужчина лет пятидесяти, лысый, в сером костюме и неприметной внешности. О таких иногда говорят, что в толпе встретишь – не обратишь внимания.

– Тэм, – обратился барон к офицеру, – что это значит?

– Барон, вы снова угостили моего братца. У вас это происходит с завидной регулярностью.

Барон выругался очень витиевато. Запоминать не буду, ведь я еще маленький.

– Когда же я перестану вас путать, Тэм? – спросил барон, немного успокоившись.

– В ближайшее время ориентируйтесь на ухо, – засмеялся тот в ответ.

Почему не обратил внимание на такую мелочь, как одежда, не пойму? На Тэме красовалась офицерская форма, а на его брате – штатский костюм. Ну, не было никого в военной форме среди заговорщиков. Но походили они друг на друга как две капли воды.

– Передай своему родственнику, что, если еще раз попадется мне на глаза, просто откручу голову в целях профилактики, – выдал Ветеран.

Проверив карманы нашего слушателя, его отправили в подвал – подождать более серьезного разговора.

Когда мы снова остались втроем, Учитель продолжил:

– Повторюсь еще раз. Никто не должен узнать то, что ты сейчас услышишь. Ты это понимаешь?

Мне оставалось только кивнуть, потому что наставник явно решил сообщить мне государственную тайну.

– Уже несколько десятилетий между императором и некоторыми из прямых наследников престола ведется необъявленная война. Этим некоторым очень хочется заполучить власть. Они перетянули на свою сторону очень многих аристократов, и положение императора становится все более и более шатким. Немногим больше трех лет назад император, подозревая о том, что положение в империи стало критическим, решил создать себе резервную базу. Запасным вариантом стал твой отец. Я не знаю всех причин, побудивших императора к такому выбору, но выбор был сделан. Герцог де Сента за заслуги перед империей получил все земли по эту сторону гор в абсолютное пользование. На сегодняшний день территория герцогства составляет пятую часть империи. Более того, на счет герцога была переведена огромная сумма, но воспользоваться ею сможет только тот, у кого есть два ключа. Ключ герцога, тот, который висит у тебя на шее, и личный ключ императора.

– Можно уточнить, какова переведенная сумма? – спросил Учителя.

Слушая все озвученное, начал впадать в панику. Вы представляете, чего ожидают от человека, правящего столь огромной территорией? Да у меня в подчинении, кроме парка офисной техники и одного студента, никого не было! Мой опыт управления империями заимствован в основном из книг о попаданцах. Более того, все попаданцы были крутыми специалистами, решающими проблемы щелчком пальцев, а что мне делать? Да лучше бы меня прибили революционеры! Что делать?

– Четыреста пятьдесят миллионов, – сообщил Учитель.

– Что? – не понял, к чему это было сказано.

– На счет герцога было перечислено четыреста пятьдесят миллионов, – повторил он.

– И что теперь?

Действительно, вопрос прозвучал по-дурацки, но более умные вопросы в голову не лезли.

– Приказ императора должен быть выполнен! Это не подлежит сомнению! – отчеканил Учитель.

– Не уверен в том, что осилю данную задачу. На сегодняшний день мальчишка на месте герцога столь огромных земель – это просто смешно. Я готов уступить свое место более достойному.

Даже представления не имел, с какой стороны нужно браться за эту махину, чтобы она двигалась в правильную сторону.

– Его величество посчитал герцога де Сента достойным данной чести, и никто не имеет права даже думать по-другому, – отрезал наставник.

– Да не осилю я всего этого! Не осилю! Понимаете?

Это начиналась истерика. Уже был готов с кулаками броситься на Учителя, чтобы доказать свою неспособность тянуть на себе это ярмо.