Звери Гора - Джон Норман

— Ну что, впечатляет? — спросила она.

Мы стояли на высокой платформе, с которой открывался хороший вид на уходящую за горизонт гигантскую стену.

— Длина превышает семьдесят пасангов, — гордо объявила она. — Над этим сооружением в течение двух лет трудились около трехсот тысяч человек.

К югу от стены на несколько пасангов растянулось огромное стадо табуков. Гигантская преграда отсекала им путь на север. С противоположной стороны размещался военный лагерь, бункер командующего, казармы охранников и охотников, а также деревянные загоны для рабов. Здесь же находилась кухня, кузница, прачечная и прочие вспомогательные службы.

— Что находится на складах? — спросил я.

— Шкуры. Скопилось уже несколько тысяч. Не успеваем отправлять на юг. Охотники бьют их у крайних точек стены. Заодно отучаем табуков обходить преграду.

— Много прорывается? — спросил я.

— Нет. Стена изогнута таким образом, что на концах возникает давка, там день и ночь идет настоящая бойня.

— Неужели вы можете обработать такое количество?

— Нет, конечно. Снимаем только первосортные шкуры. Остальные оставляем лартам, слинам и джардам.

Я уже слышал, что стая маленьких и хищных джардов может мгновенно оставить от табука один скелет.

— Джарды обжираются мясом и дохнут, — проворчал кто-то из охраны.

— Хочу тебя кое с кем познакомить, — сказала Сидни и кивнула на высокого хмурого человека.

— Снова встретились, — проворчал он.

— Может быть, теперь, когда я связан, тебе удастся поразить меня кинжалом? — насмешливо спросил я.

— Развяжи его! — заорал он, обращаясь к Сидни. — Я хочу сразиться с ним на равных!

— Глупая гордость мужчин всегда меня удивляла, — произнесла девушка.

— Развяжи! — повторил он.

— Нет, — сказала Сидни. — Он мой пленник. Убивать его я не хочу.

— Похоже, — проворчал он, буравя меня злобным взглядом, — что ты проживешь на один ан дольше.

— А мне кажется, что повезло тебе.

Он отвернулся и облокотился на перила. Внизу колыхалось бескрайнее живое море.

— Ты в самом деле способен на убийство или всегда ждешь, когда на помощь придет женщина? — спросил я, вспомнив Веллу. Бестолковая рабыня отдала ему мою одежду, а он подсунул ее слину. Подлая предательница! Я знал, что в былые времена она служила кюрам. Тогда я еще не понимал, что маленькая дрянь до сих пор лижет их когти. Больше такой возможности ей не представится. Вернусь в Порт-Кар и покажу ей такое рабство, что у нее глаза на лоб вылезут!

Он раздраженно смотрел на животных и не отвечал.

— Твое имя не Бертран из Людиуса, — сказал я. — Кто ты?

— С рабами не разговариваю, — презрительно бросил он.

Кулаки мои сжались.

— Ты в самом деле прибег к помощи рабыни? — спросила его Сидни.

— Я не собираюсь перед ним отчитываться.

— Отвечай! — резко сказала она.

Я перехватил взгляд, который он бросил на землянку. Готов поклясться, что по завершении работы он собирается надеть на нее свой ошейник.

— Я жду, — произнесла она.

— Хорошо, — нахмурился он. — Я действительно прибег к помощи проживающей в его доме рабыни, чтобы добыть одежду, которую дал понюхать слину.

— Она шпионка? — спросила Сидни.

— Нет, я выманил одежду хитростью. Она ничего не поняла. Сделать это было несложно, ибо она всего лишь женщина.

Глаза Сидни сверкнули.

— Всего лишь рабыня, — поправился он.

— Так-то лучше, — произнесла она. — Рабыни ужасно глупы.

— Вот уж точно, — проворчал он.

«Интересно, — подумал я, — переменит ли она свое мнение об умственных способностях рабынь, когда сама попадет в ошейник». К слову сказать, горианские работорговцы придают большое значение интеллекту невольниц. Этим, кстати, и объясняется их интерес к землянкам. Дурная рабыня никому не нужна. Помимо всего прочего, умная и образованная женщина острее сознает свое рабство, что делает власть над ней еще слаще. Интеллект позволяет женщинам осознать собственную биологическую предрасположенность к рабству, хотя с умными тоже проблем хватает.

— Назови ему свое имя, — сказала Сидни.

— Я не говорю с рабами, — угрюмо повторил он.

— Я приказываю!

Он отвернулся и медленно спустился с платформы.

— Его зовут Друсус, — сказала она. — Он жестянщик.

— Он не жестянщик, — ответил я. — Он из касты убийц.

— Нет.

— Я видел, как он работает ножом, — сказал я. — Он тебе не подчинился.

Она смерила меня гневным взглядом.

— Тебе недолго осталось здесь командовать, — заметил я.

— Я здесь самая главная! — гордо заявила она.

— Ну-ну! — усмехнулся я и посмотрел на кишащих под платформой животных. Это были северные табуки — крупные, бурые звери, достигающие десяти ладоней в холке. Они совсем не похожи на мелких, антилопообразных, желтых табуков юга. Общим остался только прямой, спиралевидный рог, достигающий у основания двух дюймов в диаметре. Как правило, его длина не превышает одного ярда. Табук — быстрое и стремительное животное, способное насмерть поразить противника ударом прямого острого рога. Убивают их с расстояния, часто из-за щитов. Охотники предпочитают использовать лук или арбалет.