Брызги зла - Константин Мартынов

— Желаем карнавал! — крикнул кто-то из толпы, клич подхватили.

— Карнавал! Карнавал! — неслось по парку, и окружающие преображались.

* * *

В оригинальности собравшимся отказать было трудно — здесь были все: от королей и принцесс до злобных троллей — и ронять марку не хотелось. Я, недолго думая, принял облик Дон Кихота, для убедительности превратив садовую скамейку в объедающего розовый куст Россинанта, надеясь, что в местной литературе найдется сходный персонаж и моя трансформация не вызовет недоуменных вопросов.

— Вы свободны, милый рыцарь? — Нежный голос за спиной заставил меня обернуться.

Звезда Востока — единственное сравнение, достойное окликнувшего меня создания. Скрывая лицо за тонкой газовой чадрой, она манила меня к себе. Я повиновался. Пусть вокруг потемнело, но гибкий стан и аромат знакомых духов не могли обмануть! Эвелина!

Галантно поклонившись, я пригласил ее на танец, понемногу уводя в сторону от веселящейся толпы. В конце концов буйно разросшиеся в отсутствии садовника кусты скрыли нас от посторонних взоров. Я крепче сжал объятия, ловя губами невесомую чадру.

— Не слишком ли вы торопливы, мой рыцарь? — спросила она, шаловливо уворачиваясь.

— Ну нет! Напротив, я слишком долго ждал!

Отчаявшись поймать ткань ртом, я на миг убрал одну руку с талии девушки и отбросил чадру прочь…

Что же это?! Прямо мне в лицо скалил гнилые зубы зловонный череп. Опять?!! Сколько можно наступать на одни и те же грабли?

— Обознался, милый? — рассмеялась нежить, и из отвалившейся челюсти, извиваясь, посыпались мертвенно-бледные личинки.

Я отшатнулся, но вмиг утратившая женственную округлость рука вцепилась в мое плечо. Куски гниющей плоти отрывались от руки трупа и падали на землю, обнажая костяк.

— Торопишься? Поздно! — В лунном свете тускло блеснул кинжал.

Удар! Лезвие кинжала, коротко звякнув, разлетелось на куски, и меня отбросило на пару шагов: вместо того чтобы создать иллюзию, я материализовал натуральные латы и, к счастью, не успел ничего поменять. Повезло.

Гниющая рука сорвалась с моего плеча, и я получил свободу маневра. От злости я даже не вспомнил о магии, схватившись за висящий на поясе меч. Клинок со скрежетом вылетел из ножен и ударил по гнусной личине. Раздался треск ломаемых костей, но на землю упал пустой разрубленный наряд. Мертвец исчез, прошипев напоследок:

— Тебе не уйти, Дмитрий! Жди нас-с!

Эхо трижды повторило последнее слово, напомнив о недавнем прошлом, оставленном в родном мире. Страх не вернулся. Он вымерз еще тогда, в пустой и холодной квартире.

Я был зол и ждал продолжения, но шли минуты, а его так и не последовало. Я вышел из кустов и нос к носу столкнулся с встревоженным Петровичем.

— Ты что здесь делаешь? — хмурясь, спросил я.

— Охраняю, — гордо ответил он и послал вдаль молнию, больше похожую на искру с точильного круга.

— Опоздал с охраной, — сообщил ему я, — драчка закончилась нашей победой.

— А вы дрались? — Парень посмотрел на кусты, потом на меня. — С кем? Никого же не было, кроме дамы…

— И дамы тоже не было, — сообщил я ему ехидно, — был упырь, да и тот весь вышел. На сегодня можешь быть свободен — я иду спать — а завтра явишься на заседание. Будем на пару бороться с зевотой. До победного конца.

Петрович улыбнулся, отдал честь по-пионерски и проводил меня магическим взглядом, пока я не скрылся в особняке Эвелины. Взгляд у парнишки был цепкий, я даже не пытался его стряхнуть, чтобы ненароком не повредить парню.

Слет продолжали в аналогичном зале западной башни. Эвелина, узнав о разрушениях, пожала плечами и сообщила, что строители будут рады заработку. Сам факт попытки захвата власти и последовавшие события ее не взволновали!

— Для чего-то подобного я тебя и вызывала, — сказала она, выслушав повесть о происшедшем.

Половина кресел пустовала, чего и следовало ожидать — нейтралы решили исчезнуть с поля боя, а о сатанистах и говорить не стоило — эти попрятались, уповая скорее на пришествие Черного.

Напрасно я пытался высмотреть среди присутствующих пригодных для будущих боев чародеев — народ подобрался исключительно штатский. Многие по инерции продолжали говорить о развитии прикладной магии, хотя даже местным паукам было понятно, что дело пахнет большой драчкой и пора поглубже забиваться в щели. Интерес к дискуссии, и до вчерашнего инцидента не слишком высокий, ныне и вовсе упал до нуля. Не помогали даже демонстрационные эффекты. Слет явно зашел в тупик, но он мало интересовал меня с самого начала.

Я сидел, закрыв глаза, и вспоминал вечернюю беседу с Эвелиной: похоже, я вновь не оправдал надежд — после погрома в зале и неудачного свидания на карнавале для любовных шалостей не хватило пороху. Плакаться же на судьбу красивой девушке не позволял свеженаработанный образ бравого бойца. Все же несколько утешающих слов мне услышать-таки довелось, однако сводились они к тому, что это все цветочки и вскоре стоит ждать ягодок.

Ситуация требовала создания из мирной толпы сельхозмагов боеспособного отряда. Я поднялся на сцену, и зал стих — мой вчерашний пассаж живо стоял перед мысленным взором присутствующих. Говорил я долго, перечисляя возможные — не упоминать же о собственном опыте — методы воздействия на непокорных и способы правления сдавшимися, свойственные Черному и его присным, как мог растолковал, что отсидеться в нейтралах не удастся. Напомнил, что сатанисты никуда не делись и ждут своего часа.

Маги проявили сдержанный — до полной незаметности — энтузиазм, и я с облегчением передал слово Гордону.

Стратегия и тактика предстоящих боев находилась исключительно в его компетенции, и соваться с дурацкими советами я не собирался. Сев рядом с Петровичем, я незаметно погладил зашитый в кожаный мешочек амулет, который утром повесила мне на шею Эвелина. От него исходило греющее душу и вселяющее уверенность тепло, словно на моей груди лежала ее тонкая нежная ладонь.

Тем временем Гордон сноровисто распоряжался, распределяя роли и раздавая должности. У нас уже был разведывательно-диверсионный отряд для розыска упомянутого Жрецом Храма Тьмы. Все понимали, что Храм — не просто риторическая фигура, а реальный форпост Зла на планете.

Помимо того, создавались две ударные группировки под командованием Ковача и Васильева, а дамы взяли на себя тыловое обеспечение.

Я вроде бы остался не у дел, но Гордон сообщил, что мое участие потребуется на более важных этапах. Мне бы гордиться, но я еще мог отличить вежливое «не мешайся» от настоящей заботы о резерве.

Зал пустел по мере исчезновения получивших задание. Перемещались прямо из зала, что в мирные времена, как я узнал от Эвелины, считалось неприличным. Одиночные хлопки уходивших разведчиков вскоре сменились стакатто отбывающих групп. Впрочем, группы уходили на тренировки.