Первый маг России - Влад Холод

— Сколько? — Сказать, что я удивился, будет неверно. Просто охренел. — Почему вы мне не сказали?

— Вы мне велели взять список у Павла Анатольевича и заключить договоры. По количеству предприятий ограничений не выставляли, — чуть испуганно произнесла Дарья.

— Так-то да… — Действительно, я даже не мог предположить такого.

— Думаю, вам будет лучше взглянуть на банковскую выписку. Похоже, вы удивитесь еще больше. Отсылаю вам на электронный ящик.

Я бегом кинулся в кабинет, включил компьютер и лихорадочно застучал пальцами по столу, дожидаясь, пока он загрузится. Жутко хотелось кого-нибудь придушить, сдавливая миллиметр за миллиметром толстую шею с толстой золотой цепочкой. Наконец-то! Открыл текстовый файл, присланный Дарьей…

— Песец! — откинулся на спинку кресла, разминаясь, хрустнул пальцами, накинул на себя «стальную кожу».

— Девчонки, из дома не выходить! Я в город, вернусь к обеду, — крикнул и выбежал во двор. Махнул рукой Антону, который ходил вдоль ворот, хромая на вылеченную ногу. Завел машину, вычислил «искалкой» Пашу и, шлифуя колесами асфальт, сорвался с места. Промчался, поднимая пыль, по гравийке до асфальта, повернул в сторону города. По пути матерился, проклиная дебилов, что медленно едут, Пашу и слепых гаишников, которые хотели остановить меня на посту…

— Привет, дружище! — поздоровался со мной Паша, встал из-за стола и протянул мне ладонь.

Я взял его за руку, с силой дернул на себя, опрокидывая на столешницу. Ударил «прессом» так, что ножки стола затрещали. Паша, сдавленный заклинанием в несколько сот килограмм, еле дышал.

— Паша, тебе очень сильно повезло, что я не умею воскрешать мертвых! Я бы тебя сначала раз пятнадцать убил самыми болезненными способами! — Медленно обошел вокруг стола. — А потом совсем убил бы. Ты понимаешь, что ты меня подставил? — уже более спокойно спросил его и сел на стул напротив.

Паша лежал, прижимаясь к столу щекой, лицо и глаза налились кровью. Он пытался что-то говорить, двигал губами, но воздуха в груди было очень мало. Я вздохнул, рассеял «пресс» — убивать и калечить его все же не собирался, а вот преподать урок нужно было.

— За ту кучу денег, что пришла мне на счет, на меня начнется охота. Не только бандиты, но и менты станут меня искать! Или ты думаешь, что у бандитов нет знакомых в МВД?

— Тебе-то что? — прохрипел Паша, переворачиваясь на бок. — Если уж мне ничего сделать не смогли… У меня, похоже, ребра треснули…

— Голова у тебя треснула! При рождении! — психанул я. — Да так, что мозгов не осталось! — зацепился за его фразу. — Нападали?

— Бандюки. — Он до сих пор не мог нормально дышать. — Агрессивные, так сразу на пол упали и больше не шевелились, те, кто поспокойнее, их утащили. Действует твое кольцо…

— Паша, Паша… — разочарованно покачал головой. — Вот ты сейчас выйдешь на улицу, а тебе с трехсот метров в голову пулю всадят, и кольцо это похоронят вместе с тобой.

— Ну, теперь-то все равно уже поздно, — виновато произнес приятель.

— На хрена мне столько денег, а? На них же детский сад построить можно! — риторически вопросил я.

Паша сел на стол, несколько раз сильно провел по лицу руками и уставился на меня.

— Ну и давай построим! Знаешь, сколько лет нужно стоять в очереди на детский сад? На детский сад, конечно, денег не хватит, но поступления-то будут каждый месяц. Подрядчик, считай, у тебя уже есть. Начнем потихоньку строить? А? — Он несмело улыбнулся.

— Тебе вот голову сегодня прострелят, кто будет строить? — еще раз напомнил ему. — Дай руку, гад.

Вздохнул, заменил в печатке «легкий щит» на «щит отражения» и сказал: — Раз в неделю будешь приезжать на подзарядку. Понял, крестный отец долбаный?

— Ну, тогда уж Клеменца…

— Слышь, Клеменца, ты предупредить мог?

— Да не успел я. Честно. Хотел сегодня, но Дарья, похоже, меня опередила.

— Ты ответь мне на последний вопрос: зачем ты это сделал?

Паша задумался, потер ребра сквозь рубашку и покраснел.

— Ты только не смейся, ладно? — необычно тихо сказал он. — Я с детства мечтал стать суперменом. Бороться с преступниками, делать добрые дела… Потому, повзрослев, и пошел работать в милицию. Хотел стать хорошим, честным милиционером. Ловить воров и убийц, защищать слабых… А когда в конце девяностых увидел изнутри, как служат в милиции… — Он посмотрел мне в глаза. — Да что я тебе рассказываю, ты сам все знаешь… В общем, не смог я там работать. Уволился и назло им ушел в бригаду. Какая разница? Что там бандиты, что там. Только одни в погонах, другие — без. — Он замолчал.

— Давай, супермен, колись по полной.

— Колюсь, — тяжело вздохнул Паша. — А когда познакомился с тобой и увидел, что ты можешь, стал жутко тебе завидовать. То, о чем я мечтал, — было у тебя. А ты… Дом строишь, с девчонками знакомишься, с засухой борешься… Короче, просто живешь, используя свои возможности по минимуму. — Он помолчал и снова продолжил: — Тут еще дружбана встретил, лет пять не виделись, он соли сыпанул… Бизнес отобрали, жену убили, дочь изнасиловали. Ревел на кухне у меня целый вечер. Вот тогда я и решил подтолкнуть тебя к действиям… Снизить, так сказать, волчье поголовье.

— Вот ты гад, Паша, ну и как мне теперь к тебе относиться? — расстроился я. — Никогда не хотел быть суперменом, хотел просто жить, наслаждаться жизнью. А ты мне подлянки подкидываешь…

— Вов, я не предам. Всегда буду стоять за твоим плечом! — торжественно сказал Паша.

— Хрен тебе, а не плечо, — решился я. — Будешь наживкой работать.