Заклинатель драконов - Анастасия Вернер

— Вам разве можно?

— Я же не приличная леди, — пожал плечами мужчина и поморщился от боли. — А там есть что-то, о чем мне не следует знать?

— Не знаю, я же не читала, — не позволила я подловить себя.

После этого забралась на кровать, уселась позади мужа и поставила миску на смявшиеся простыни.

— Будет немного больно, — предупредила на всякий случай.

— Знаю, — ответил герцог.

Осторожно коснулась плеча, от которого тянулся самый большой ожог, доходящий до конца лопатки. Кожа на нем почернела и свернулась. Я старалась, чтобы мои прикосновения были нежными и не причиняли лишней боли. Первым делом попыталась подлечить вздувшиеся волдыри.

Герцог терпеливо ждал и не двигался, пока я снимала поврежденную кожу и бережно позволяла ледяной стихии проникать в покрасневшие места, охлаждая пульсирующий жар.

— Откуда вы знаете, что делать? — неожиданно спросил муж.

Я поджала губы.

Ах, если бы вы только догадывались, ваша светлость, сколько проблем мне доставила огненная стихия! И ваша, к слову, тоже. Первое время на гонках мое тело было усеяно не синяками, а ожогами. Хорошо, что я научилась быстро их сводить, иначе от матушки мне доставалось бы по полной.

— Моя младшая сестренка постоянно совала пальцы в камин и обжигалась, — соврала я.

— Софи? — уточнил герцог.

— Да, ваша светлость.

— Та самая Софи, которая должна была стать моей женой?

Я грустно усмехнулась:

— Простите мне эту неудачную шутку.

— В самом деле неудачную, — согласился Ричард. — Женись я на Софи, кто бы сейчас обрабатывал мою спину?

— Софи тоже владеет магией льда, — резонно заметила я.

— Я понял это по ее волосам. — Герцог помолчал недолго, а затем осторожно сказал: — Ваша сестра положила мне в кабинет книгу про драконов.

— Она так сделала? — опешила я. — Простите, она не имела в виду ничего плохого. Она еще ребенок, поэтому ей нравятся сказки.

— Она верит в драконов?

— Да, — нерешительно сказала я.

— А вы в них верите?

Я замерла. Почему он спрашивает?

Отняв руки от его спины и уставившись на белые простыни, выдавила:

— Я… я предпочитаю поддерживать фантазии Софи.

— Я спросил не об этом, — настойчиво сказал герцог. — Вы верите в драконов?

Сглотнув, выдавила:

— Мне нравится думать, что их не истребили.

— Почему? — Он вдруг повернул голову, явив мне свой профиль, и строго сказал: — Марита.

— Что? — вздрогнула я.

— Моя спина все еще страдает без ваших прикосновений.

— Ой, простите, — выдохнула с облегчением и вернулась к обрабатыванию ожогов.

Герцог спросил меня «почему?», но, после того как я молча принялась водить пальцами по волдырям, понемногу замораживая их, на ответе настаивать не стал.

Я ответила сама.

Мы сидели с ним в тишине, поэтому мой голос прозвучал довольно странно. Но мне вдруг очень захотелось поделиться хотя бы частью своих мыслей с тем, кто… просто поймет.

— Когда я размышляю о драконах, то представляю себе огромных… птиц. Думаю, у них мощные крылья, которые помогают подниматься к облакам. И мне кажется, что полет для них в чем-то сродни свободе. Мне нравится полагать, что драконов не истребили, потому что если это так, то я никогда не смогу хотя бы помечтать о том, чтобы разочек на них полетать.

Герцог молчал и головы больше не поворачивал. От меня не укрылось, как напряглась его спина.

— Понимаю, это звучит глупо, — пробормотала я. — Но неужели вы никогда не представляли себе полет на настоящем драконе?

— Почему вы спрашиваете? — ушел он от прямого ответа.

— Просто хочу понять, считаете ли вы меня глупой фантазеркой.

— Поверьте, я не считаю вас глупой фантазеркой.

— Спасибо, — вздохнула я. — С вашей спиной пока все. Но я видела ожоги у вас на груди, — сообщила, испытывая изрядную долю неловкости.

— Вы снова смущаетесь? — не понял мужчина.

— Нет, — поспешно ответила я и приказала себе сосредоточиться на помощи.

Слезла с кровати, взяла миску с частичками поврежденной кожи и, подойдя к герцогу, опустилась на колени перед ним.

Мой муж был очень крепким мужчиной. Я впервые в жизни находилась так близко к мужской груди, да еще при свете дня. Первым делом меня смутили волосы, о которых я не подозревала. Затем мой взгляд привлекли сильные руки с выступающими на них мышцами. Потом я посмотрела на живот и немного обнаженные бедра.

— Ожоги, герцогиня, — напомнил о себе Ричард.

Все. Сохранять спокойствие и непоколебимую уверенность больше не было сил.

Я покраснела. Покраснела очень сильно.

Стараясь не смотреть на лицо мужа, приложила руки к ожогам и зажмурилась.

— Можно вас кое о чем попросить, ваша светлость? — спросила, не открывая глаз.

— Я вас слушаю.

— Не могли бы вы отменить ваш запрет на мои одиночные прогулки?

Я едва не одернула руки, когда почувствовала, как напряглись мышцы его живота.

— Зачем?

— Я бы желала прокатиться в мужском седле.

— Что?

— Знаю, это прозвучит очень странно, но дамское седло просто невероятно неудобное. Мне бы хотелось выехать на нормальную прогулку и пустить лошадь галопом. Но если я сделаю это в присутствии слуги, меня могут не так понять.

— Вы серьезно?

Я открыла глаза и посмотрела на герцога.

Сказать решилась только потому, что знала: Тим Донг, что живет в моем муже, одобрит это желание. Для него такая причина станет весомым аргументом. Но, похоже, я ошиблась.

— Простите, все же леди не стоит ездить в мужском седле, — пробормотала я и уставилась в пол.

— Да, это так, — задумчиво сказал герцог.

… в обед к моему мужу зашел доктор, который подтвердил, что ожоги уже не опасны, но до завтрашнего дня лучше полежать в постели. После лекаря в покои зашел управляющий и пробыл там около часа. Когда он вышел, первым делом нашел меня и сообщил, что я могу одна ехать на прогулку.

Мы встретились с Фенькой этим же вечером.

Я забралась в мужское седло прямо в амазонке. Сменную одежду брать не стала, это ни к чему — долго летать все равно не планировала.

Фенька, учуяв в моей сумке сырое мясо, тут же сунулся проверять, для кого оно.

— Нет, дорогой, сегодня не тебе. Помнишь дракона, которого мы встретили? — Феня надулся. — Я пока не придумала, как его освободить, но покормить его мы с тобой все-таки должны.