Академия Истины - Виктория Карелова

— Да, разумеется.

— Тогда, в лавке, он чуть не бросился на меня, а когда мы вышли, эпопт Демар намекнул, что я сумела завести себе врага…

— Хм… В целом эпопт Демар, несомненно, прав, но вряд ли Ковель решился бы на убийство. Хотя на всякий случай проверить, конечно же, стоит… Еще предположения есть?

— Нет, больше точно никого нет.

— А за что вас так не любит адепт Олбанс? — Голос, раздавшийся из угла кабинета, заставил меня вздрогнуть.

В полумраке я и не заметила, что мы с деканом не одни в помещении. Боюсь, что опять позорно покраснела.

— Простите, магистр Кальдерон, я вас не видела. С Элинор Олбанс я почти не знакома: мы встречались лишь дважды, перемолвились едва ли парой фраз, оба раза она портила мою одежду, но это могла быть и случайность.

— В день поминовения был первый случай или второй?

— Второй. Первый раз мы встретились в День Приветствия.

— И что же произошло?

— Ничего особенного, Элинор веером задела мою руку, и я облилась вином.

— Это точно все?

— Да, магистр.

— Негусто, — подытожил декан. — Все это не тянет на повод для убийства… Видите ли, верита Ролло, — мужчина забарабанил пальцами по столешнице, — это, возможно, было не первое покушение на вашу жизнь… Истерик не будет? Хорошо. Помните, как три месяца назад лежали в лечебнице с аппендицитом? Каюсь, это был не аппендицит. Вы попали под воздействие артефакта, разрушающего магические контуры. Это очень опасно для мага, но совершенно безвредно для обычного человека. В момент воздействия рядом с вами находились два сильных мага. Мы полагали, что артефакт собирались использовать против кого-то из них, а вы лишь крайне неудачно подставились, не вовремя покинув лавку. Чтобы вас не волновать лишний раз и не мешать спокойному восстановлению, я был вынужден сказать вам неправду. Сейчас ситуация изменилась. Не стану вас обманывать: пока не ясно, связаны ли между собой события трехмесячной давности и произошедшее позавчера, но есть вероятность, что оба раза покушались именно на вас. Поэтому прошу вас еще раз хорошенько подумать и сказать: может ли кто-то желать вам смерти?

Я покачала головой:

— Нет, верит декан, я таких не знаю. А что теперь со мной будет?

— Хороший вопрос, верита! Будь моя воля, я бы запер вас в лечебнице: здесь безопасно и есть возможность отсечь любые нежелательные контакты. Но начинается сессия. Если вы ее не сдадите, вас отчислят из Академии, и тогда будет гораздо сложнее выяснить, чей умысел кроется за всеми этими пагубными событиями. Кроме того, нельзя исключать вероятность, что именно удаление вас из Академии и есть истинная цель злоумышленников. Тогда, не допустив вас до экзаменов, мы сыграем им на руку.

— Прошу вас, верит декан, — горячо взмолилась я, — не заставляйте меня пропустить сессию! Я буду очень, очень осторожна, буду выполнять все, что вы скажете, только не лишайте меня возможности продолжить обучение!

— Вы так хотите учиться, что готовы рисковать собственной жизнью? Не боитесь?

— Боюсь. Но я действительно очень хочу учиться и уверена, что есть какие-то способы… ну, если не обезопасить себя, то хотя бы попытаться…

Я стушевалась под ироничным взглядом мужчины.

— Способы-то есть, но они не так надежны, как нам казалось. Может быть, все же лучше вам остаться в лечебнице? Здесь я могу гарантировать вашу безопасность.

— Пожалуйста, не запирайте меня!

— В конце концов, это ваша жизнь, верита, ваша судьба и ваш выбор. Хорошо, я позволю вам покинуть лечебницу, но вы должны твердо запомнить: ни шагу за пределы Академии! Ни под каким видом, ни в коем случае, что бы ни случилось, но Академию вам покидать нельзя!

— Хорошо, верит декан!

— Далее: питаться только в столовой! Не принимать ни от кого даже самых мелких подарков! Если кто-то попытается вам что-то передать или же настойчиво будет предлагать чем-то угоститься, бегом в лечебницу и подробно все рассказываете — либо я, либо магистр Грэгори всегда здесь. Это понятно?

— Понятно!

— Постарайтесь проводить как можно больше времени в общежитии или же в многолюдных местах, так вы сведете к минимуму возможность причинить вам вред. Точно не стоит гулять в одиночестве. Это тоже понятно?

— Да, верит декан.

— Будете носить вот это. — Мужчина положил на стол амулет, очень похожий на предыдущий, только не красного цвета, а фиолетового. Я непроизвольно потрогала грудь и поняла, что моя подвеска пропала. — Амулет не лечебный, а защитный, в случае опасности перенесет вас сюда. Прошлый справился с задачей, но полностью выгорел при этом. Носить под одеждой, как и раньше, чтобы никто не видел. Кстати, должен вас обрадовать, вы так быстро поправились только потому, что в минуту опасности попали под действие одновременно двух оберегов, иначе бы до сих пор приходили в себя. Кто ваш жених?

— У меня нет жениха.

— Хотите сказать, что висящая у вас над дверью птица — собственность вашей соседки?

— Н-нет, птица моя, но это подарок не жениха. Я не знаю, как объяснить, но жениха у меня нет.

— Верита, я не эксперт по фольклору коренных жителей Веритерры, но, насколько мне известно, такие обереги дарятся женихом невесте после заключения помолвки.

— Да, так и есть, но мы не помолвлены! Просто, когда я уезжала учиться, мой друг детства подарил мне заряницу на память. Он не взял с меня никаких обещаний, я даже не была уверена, что оберег получится действенным, а повесила ее уже после прошлого раза… после нападения… вот, вы сами говорите: пригодилось…

Декан почему-то посмотрел на верита Кальдерона.

— М-да… ладно, пусть будет так. Если у вас нет вопросов, можете идти.

— Простите, верит декан, а можно узнать, чем меня пытались отравить? Может, я противоядие знаю? Ну, на всякий случай…

— Узнать, конечно, можно, но я очень удивлюсь, если вы слышали об этом яде. Его называют димушь. Коричневый сладковатый порошок получают из смолы растения, произрастающего в южной части Либерьяна. Насколько мне известно, противоядия не существует: единственный способ спасти жертве жизнь — быстро промыть желудок. Беда в том, что человек, вкусивший «сладкую смерть», почти сразу теряет сознание и не может позвать на помощь. Еще вопросы?

— Нет, благодарю вас. Спасибо вам за заботу. Верит декан. Магистр Кальдерон. — Я изобразила по книксену в адрес каждого преподавателя и поспешила покинуть кабинет.

По коридору была готова бежать бегом, но старалась смирять походку, чтобы ни на кого не наткнуться. Однако стоило свернуть за угол, как меня будто сковали по рукам и ногам. Самостоятельно двигаться больше не могла, привалилась спиной к стене, словно прижал кто. Одновременно погас свет. Хотела заорать от ужаса, но у меня даже этого не получилось. Волосы на затылке, кажется, встали дыбом, так я испугалась.