Пятый факультет - Настя Любимка

— Я… — Асакуро сглотнул. — Яне готов потерять тебя.

— Послушай же, — Элайза резво подскочила к парню, случайно сыпанув мне в рот песка.

— Ребята, обсуждайте без меня, — выплюнув эту гадость, произнесла я. — Мне еще разговор с драконом предстоит.

* * *

Моя интуиция работала исправно. Я не зря стремилась к Золотому морю. Русалки потеряли связь со мной и всполошились. Неудивительно. Я ведь больше не имела магии этого мира, хотя и оставалась экспериментом двух богинь и одного искореженного бога. А потому ни освободиться, ни подчиняться мне они не могли. С одной стороны, они нарушили договор, когда не отозвались перед родом Сизери, с другой стороны, связь оборвана мной. Да, итог неутешителен. Как бы мне ни хотелось, но звать друг друга стало невозможным. Хуже того, русалочки меня больше не чувствовали, а ведь мне еще не раз пригодится их помощь.

Наши переговоры с царицей длились почти всю ночь. Рассерженный Коша пару раз даже угрожал несносному водному народу, который настаивал на том, что их не касаются проблемы мира, а их клятва действует только при наличии истинного огня Сизери, а потому помогать нам нет причин. Хорошо хоть, главная русалка имела другое мнение, а ей подчинялись остальные. Таким образом, мы пришли к следующему: они станут служить будущему наследнику рода Сизери, а пока будут оказывать посильную помощь мне и моей команде. Связь же держать мы должны через нитку жемчуга, от которой я должна буду снимать по жемчужинке всякий раз, когда пожелаю связаться с русалками. Кинуть жемчужину в водоем и призвать русалку. Проще простого.

Отчасти я радовалась, что вмешались русалки, потому что разговор с драконом был отложен. Однако Коша не дал мне поспать. Ни мне, ни оборотням. Для начала он гонял по пляжу Асакуро, заставив того обернуться, а затем раздавал тумаки в воздухе. Элайзу держала Пенелопа, не давая той отправиться в небо вслед за мужем. Никому из нас не хотелось, чтобы будущая мамочка попала под разгоряченную лапу Дрейка. Немного угомонившись, он позволил целительнице залечить раны Асакуро, а затем в крайне жесткой форме отчитал Элайзу. Он не собирался щадить ее чувства или делать поблажки из-за материнства.

Я же ждала, пока он выдохнется, но прогадала. Он не собирался отдыхать или начинать со мной беседу. Отрывистыми фразами он заставил нас свернуть лагерь и приготовиться к перелету. Причем Элайзе Дрейк не позволил оборачиваться, а если быть точнее, то строго-настрого запретил это делать.

Я молчала, мысленно подсчитывая, сколько времени еще продержусь без сна. Потому что, если я отключусь, богиня, уже давно желавшая аудиенции, возьмет верх. Мне же этого совершенно не хотелось.

— Не отключишься, — сварливый голос Дрейка в голове, и я усмехаюсь. Кажется, я переманила старого и мудрого на свою сторону зла.

— Я не злой, — парировал Коша на мою мысленную шутку. — Я в бешенстве. Разницу ощущаешь?

— Если ты не прекратишь, то да, я прочувствую все в полной мере, а заодно прочувствует и территория в радиусе нескольких километров. Хочешь проверить или, наконец, успокоишься?

— И это мне говоришь ты?

— Ну, кто-то же должен сказать, — хмыкнула я. — Дрейк, я серьезно, моя защита слабеет. И если не хочешь незапланированного выплеска тьмы, угомонись.

Пробурчав что-то невразумительное, дракон перестал распекать ребят.

— Дрейк, а разве госпожа Ратовская уже в деревне? — решилась спросить Пенелопа. — Все-таки расстояние приличное, я не уверена, что она…

— Даже если она не там, то скоро вернется к своим жителям, — отрезал Дрейк.

Я немного посочувствовала Пенелопе. Самую малость. Лезть под горячую руку, пардон, лапу, чревато.

— Поспешим!

— Тебе надо, ты и спеши, — фыркнула я, но послушно залезла на спину дракона.

Мы немного изменили свой строй. Теперь Коша вез девушек, а Асакуро пришлось везти Ривэна, которому это не очень понравилось. Точнее, не понравилось то, что ему пришлось быть вдали от Пени. Кажется, скоро наша команда пополнится еще одной влюбленной парочкой. Фу!

— Да и ты в стороне не останешься, — хмыкнул в голове дракон. — Ты как бы тоже не свободна и почти невеста.

— Почти не считается. К тому же я не уверена, что сейчас мне понравится Райан. Он слабак.

— Что?! — Дрейк поперхнулся и наверняка вытаращил глаза. Жаль только, что я не видела, а хотелось бы посмотреть на ошеломленного дракона. Удивительное небось зрелище.

— Я тебе сейчас покажу зрелище! — прошипел он в моей голове и, вероятно, хотел заложить крутой вираж, но я бесстрастно напомнила ему о беременной пассажирке, и ему пришлось отложить свою месть.

— Хейли, поясни, пожалуйста, свой бред касательно лорда Валруа.

— Если ты считаешь это бредом, то я не вижу причин что-либо разжевывать.

— Хейли!

Я вздохнула и осторожно прижалась к Элайзе. Увы, Пенелопа сидела первой, взяв на себя самое тяжелое, точнее, тяжелую: Элайза без зазрения совести навалилась на сидящую впереди девушку, а тут еще и я… В любом случае, я бы все равно не стала садиться впереди всех.

— Ты же копался в его голове, жил с ним не один месяц. Коша, он слаб. Его вечно из передряг вытаскиваю я или ты. И ты хочешь уверить меня, что я в здравом уме выбрала такого мужчину?

— Ты меня раздражаешь, — глухо признался дракон. — Ты со своей логикой и отсутствием каких-либо чувств похожа на бездушный артефакт, который умело просчитывает варианты определенных событий, но при этом абсолютно ничтожен в стрессовых ситуациях.

— Вот только не нужно заменять стрессовую ситуацию бесполезными эмоциями и привязанностями. Даже лорд Сизери, который пострадал сильнее всех остальных от нападения Велиара, никуда не исчез, в то время как мы опять должны искать лорда Валруа. А знаешь почему? Да потому что его опять кто-то спас! И не спорь со мной!

— А тебе бы так хотелось, чтобы он умер? — ядовито уточнил Коша, напрочь забыв, что мы вообще-то летим, а потому специально накренился так, чтобы меня подбросило.

— Элайза, — рыкнула я, напоминая о девушке. С одной стороны, мне было на ее состояние плевать, а с другой — я слишком хорошо помнила, кому обязана своим спасением. Вейра не дала случиться непоправимому и отстояла мою душу.

— Ты сейчас похожа на кучу перегноя, которая возомнила себя бес пойми кем! Только то, что ты в одиночку справилась с десятью жрецами и двумя демонами, не делает тебя демиургом. И уж тем более не дает тебе права так отзываться о человеке, который неоднократно спасал твою неблагодарную задницу!

— Я говорю так, как оно и есть. Я не обязана его любить за то, что он спас меня. Надо ли тебе напомнить, как коряво он это сделал? А может, напомнить тебе о том, как долго он сомневался в своей привязанности и чувствах ко мне? Ты серьезно считаешь его сильным?

— Только сильный человек признается в своей слабости, Хейли. Только сильный человек сможет переступить гордость и обратиться за помощью, только…