Лёд твоих глаз - Алекса Вулф

Оказавшись у себя в комнате, я наконец достала спасенное письмо от Дора. С трепещущим сердцем развернув смятый листок, едва смогла дойти до нужной строчки — буквы так и плясали перед глазами:

«… ложась на твою кровать, представляю тебя рядом.

Кэсс, мне кажется, что я… Нет, лучше о таких вещах говорить лично.

До скорого, малютка Кэсси. Буду считать дни до нашей встречи.

Твой Д.»

Вот же… дракон! Теперь оставалось только ждать начала соревнований, чтобы выпытать у Дориана его секрет. Тихо выругавшись, положила письмо бывшего одногруппника под подушку и заснула в растрепанных чувствах.

Не знаю, как сложилась бы моя дальнейшая жизнь в Академии, если бы не случай, который произошел со мной на следующий день.

После занятий по Некромантии я зашла в общую туалетную комнату, чтобы смыть с рук неприятный запах, оставшийся даже после магического очищения. Благо на каждом этаже, даже в подземельях, были туалетные комнаты с душистым мылом, смывающим абсолютно все запахи. Даже такие въедливые, как следы от могильных слизней.

Закончив с отмыванием рук, я умылась и собиралась было уйти, но внезапно захотелось по малой нужде. Зайдя в кабинку, я лишь приготовилась к самому действу, как внезапно услышала голоса.

— И все же ты ошибаешься, Рег! При всей моей любви к тебе, Фар — дракон не твоего полета, — говорил незнакомый мне девичий голос. Я затаилась, не желая выдавать свое присутствие — лишний раз мелькать перед Региной не хотелось, она и без того меня уже недолюбливала.

— Нет, я говорю правду! Он обещал познакомить меня с родными после бала в честь окончания соревнований.

— Дура ты, Реги, дура. Думаешь, первая, на кого он обратил внимание? Да таких несчастных пол Академии наберется!

Я закивала, молча поддерживая говорившую. Но Регина явно считала себя уникальной и слушать голос разума не желала.

— Не хочу больше обсуждать эту тему.

Раздались шаги уходящей девушки и через мгновение, когда уже собралась выйти из своей кабинки, я услышала раздраженное бурчание Регины:

— Ничего она не понимает. Фар влюблен в меня, иначе так не настаивал бы на сближении…

Я не знаю, как развивались бы события, если б я тогда промолчала. Но молчать было выше моих сил. Девушку использовали и даже назначили цену ее чести — какой-то там конь!

Решительно взявшись за ручку двери, я вышла и заговорила, не дав себе возможности передумать:

— Регина, мне неприятно это говорить, но я должна. Фартэрион поспорил на тебя.

— Что? Снова ты?! — развернулась ко мне девушка, повернувшись спиной к раковине. Вода из крана с тихим плеском разбивалась о белый мрамор, но мы не обращали на это никакого внимания.

— Да я, — кивнула, медленно подходя к Регине. — И я не лгу тебе. Ты можешь легко убедиться в том, что дракон тебя использует. Он поспорил со своим другом (Эрвалем, кажется), что затащит тебя в койку. В случае проигрыша он вынужден будет отдать рыжему своего коня.

Я видела по глазам девушки, что она мне не верит. Не хочет верить. А доказательств спора у меня не было — лишь мое слово против слова Фара.

— И почему я должна тебе верить? — прищурилась Регина. Я возвела мысленную хвалу богам уже за то, что девушка осталась разговаривать со мной, а не махнула рукой и убежала прочь. — Ты сама положила глаз на Фара. Может, просто пытаешься нас рассорить.

— Да забирай ты его себе! — я подняла руки, с готовностью принимая поражение в вымышленном соперничестве за Фартэриона. — Мне такого счастья не нужно. Я не прошу тебя расставаться с драконом — просто не давай ему… Не отдавай ему…

— Я поняла тебя, — ехидно прервала меня Регина. — Ты просишь не спать с Фаром.

— Если твоя честь для тебя не пустой звук, то да, — согласилась я, надеясь, что смогла достучаться до сердца девушки.

— Я тебя услышала, — сказала Регина, и по ее глазам я заметила, что зерно сомнения попало в благодатную почву и уже совсем скоро даст свои плоды. С чувством выполненного долга я обошла девушку и вышла в коридор, даже не оборачиваясь.

Словно камень с души свалился — настолько легко и свободно дышалось теперь. Я даже не думала, что так сильно тяготилась подслушанным грязным секретом этих двоих. Теперь же все было в руках Регины, и если она пойдет на поводу у дракона — что ж, это будет ее осознанный выбор.

Вечером мы с Элиджи отправились в столовую на ужин. Как мне передала соседка, уже ставшая подругой, сегодня нас ждали ароматный мясной пирог, тушеные овощи под пряным соусом и мягкий сырный десерт. От такого праздника живота я не могла отказаться, поэтому мы пришли в столовую в числе первых.

Заняв памятное место у окна, мы с наслаждением приступили к трапезе.

И даже почти успели насытиться, когда нас весьма грубо прервало появление разъяренного дракона. Уф!

— Где эта драгхлова девка?! — ревел на весь зал Фартэрион Аригурийский, сверля лернантов своим ледяным взглядом. Я машинально вжалась в спинку стула и попыталась стать чуточку меньше, но это не спасло меня от обличительного:

— Ты! — найдя меня, взревел Фар. В одно мгновение он очутился у нашего стола, а в большом, стремительно заполняющимся лернантами, зале столовой воцарилась гнетущая тишина. Где-то звякнули столовые приборы и раздалось неистовое шиканье.

Тяжело сглотнув, мысленно попрощалась с ужином и медленно выпрямила спину.

— Я.

Фар пыхтел, словно разъяренный кольцерогий буйвол*. Только что пар из раздувавшихся ноздрей не шел. А я постепенно находила в себе остатки самообладания и гордости, выпрямляя вслед за спиной и шею, а после — упрямо глядя в разившие холодом глаза дракона.

— Как ты посмела?! — внезапно очень тихо и обманчиво спокойно спросил Фар, не сводя с меня голубых глаз.