Попала, или Жена для тирана - 2 - Валерия Чернованова

— Даниэ-э-эла-а-а…

— Ты ему нужна-а-а…

Голоса!

Я резко села на постели, жадно глотнула ртом воздух, чувствуя, как сердце заходится как сумасшедшее и в груди жжет, будто в меня только что плеснули кипятком.

Что за черт?

Я совсем забыла про таинственные голоса, они будто стерлись из памяти и вот благодаря бредовому кошмару вспомнила, как что-то или кто-то меня тогда звало. В тот день в Йенском лесу я решила, что это были проделки накаи, но почему-то сейчас была уверена, что они к голосам из тумана не имеют отношения.

Пора? Пора для чего? И кому я вообще могла понадобиться…

Рухнув на подушки, устало вздохнула. А хотя чего удивляюсь? После стольких потрясений и кое-чьих сногсшибательных заявлений и не такая блажь привидится. Невеста… До сих пор не могу поверить, что он сделал это, не спросив моего мнения.

Перевернувшись на бок, обняла подушку и зажмурилась, чувствуя, как обида на Велебора, обида на Редфрита… на всех этих несносных тиранов, командиров и деспотов(!) отравляет мне душу. Сначала один все решал за меня, теперь другой взял моду мной распоряжаться. Да я вообще с такими успехами скоро стану мужененавистницей! Ну разве что в моем сердце всегда найдется место для Миура и Лео.

Так и уснула, теша себя приятными воспоминаниями о накшерре, феях и малыше-перевертыше.

К счастью, больше кошмары не донимали. Я не просыпалась до самого утра, не видела бредовых снов, не слышала зловещих голосов. Открыла глаза, почувствовав ласковое прикосновение к щеке, словно кончиком пера провели по коже, и невольно улыбнулась, почему-то представив, что меня касается Редфрит.

Лаская, проводит по лицу пальцами…

Тут же отругала себя за идиотскую фантазию. Мысленно обрушив себе на голову ночной горшок, открыла глаза и закричала:

— А-а-а!

Скорее из неожиданности, а не от страха. А вот перевертыш слетел с кровати, явно испугавшись воплей психованной иномирянки.

Спрыгнув на пол, стрелой промчался через всю спальню, юркнул за кресло, хотя едва ли сумел мимикрировать под его витую ножку.

— Миур, это ты? — подползая к краю кровати, позвала звереныша. — Прости меня, маленький. Просто я не ожидала, что ты ко мне проберешься. Я ведь теперь больше не я. Ну то есть как раз-таки я, а не… Ой, ладно, ты все равно мою тарабарщину наверняка не понимаешь.

Несколько секунд ничего не происходило. Перевертыш не двигался, и я тоже замерла, спустив с кровати руку. Даже дышать перестала, опасаясь еще больше напугать зверька. Наконец Миур показался из своего укрытия, приблизился несмело, то и дело останавливаясь, будто сомневался, стоит ли знакомиться с истеричной девицей. Приняв решение, дотрусил до кровати и стал сосредоточенно обнюхивать мои пальцы.

— Извини, малыш, у меня нет для тебя ничего вкусненького. Но обязательно скоро будет! Сейчас позову Руту, попрошу принести сюда все, что ты любишь.

Пока я болтала, не веря своему счастью, Миур продолжал тщательно меня обнюхивать. Неужели понял, кто я? Неужели оказался… догадливее короля. Почему-то эта мысль развеселила, и я тихонько прыснула.

— Иди сюда, мой догадливый.

Перевертыш позволил взять себя на руки и даже погладить. Если и подрос за месяц, то ненамного. Да и по-прежнему почти ничего не весил.

— Тебя здесь что, совсем не кормят? А кто тобой занимается? Надеюсь, Иви, Эмма и другие малышки о тебе не забывают?

Если, конечно, Редфрит от них не избавился.

Эта мысль значительно омрачила радость, которая затопила мое сердце при виде Миура. Я решила во что бы то ни стало сегодня же узнать, все ли в порядке с феями, выяснить, что там с Лео и хотя бы попытаться разведать, где держат ведьму.

Миур не спешил от меня убегать. И даже наоборот, ни в какую не хотел слезать с рук.

— Лучше спрячься пока, — шепнула ему, когда в спальню постучалась Рута. — Не дай бог Редфрит узнает, где ты прохлаждаешься.

Отцепив от ночнушки острые коготки своего питомца, поставила его на пол. Юркнув под кровать, Миур послушно затаился.

— Войдите!

Рута поприветствовала меня коротким реверансом и светлой улыбкой.

— Госпожа Вертано, ваш жених желает с вами завтракать.

— Мой жених? — переспросила я с непривычки и, снова мысленно чертыхнувшись, кивнула. — Передай, скоро буду готова.

И пусть я все еще злилась на Велебора, избегать его общества не собиралась. Постараюсь справиться с негативом и буду почаще себе напоминать, что Ярый мне нужен. Нужен для наведения мостов между Треалесом и Средиземьем.

— Ах да, полчаса назад доставили ваши платья! — уже выходя, вспомнила Рута.

— Платья? — удивилась я и нахмурилась.

Я ведь лично свои вещи собирала и готова поклясться, что ничего в «Короне» не оставила.

— Из салона госпожи Лиоль, — восторженно возвестила служанка. — Пока их раскладывала, не могла налюбоваться!

Из того дорогущего магазина? Не сдержавшись, фыркнула. Нет, ну вот что за человек? И здесь наплевал на мое решение!

К тому времени как Рута вернулась, я уже успела умыться, проматериться и начать одеваться.

— Какое из платьев желаете надеть сегодня? — жадно косясь на вешалки с безбожно дорогими нарядами, спросила девушка.

— Вот это, — махнула я рукой на скромное светло-зеленое с кружевным воротничком, как у какой-нибудь пансионерки.

— Но как же?! — ахнула служанка.

Даже за сердце схватилась, всем своим видом показывая, что несогласна с моим выбором.

Дело было в гардеробной — смежной со спальней небольшой комнате со множеством вешалок и стеллажами, большинство из которых пустовало. Ни тебе шляпок, ни футляров с веерами и другими милыми женскому сердцу аксессуарами — всего этого у меня не было. Вернее, имелась одна-единственная шляпка, которую я надевала в особо жаркие дни, но она явно не годилась для променадов по королевскому парку.

В дальнем углу возле широкого напольного зеркала Рута еще вчера развесила мои наряды а-ля «горожанка-скромница». Нескромные, ну то есть баснословно дорогие, она разместила у самого входа в гардеробную, чтобы я уже точно не обошла подарки Ярого вниманием.

— Это мое любимое платье. Мне в нем очень удобно.

Сухо и комфортно.

— А как же эти? — вконец расстроилась девушка, будто это она собиралась обрядиться в шмотки северянина, а я ей бессердечно запрещала.

— Пусть висят. Есть все равно не просят.

Судя по выражению лица Руты, она явно была не против покрутить у виска пальцем. Но сдержалась. Или ей просто был незнаком этот жест. Скорбно вздохнув, помогла мне затянуть корсет, надеть платье, которое я честно купила на украденные у королевы драгоценности, после чего быстро собрала мои волосы в незамысловатую прическу.