Последняя глушь - Эрин Хантер

Токло разбудило солнце, бившее сквозь ветки дерева. Он сонно поморгал, а потом вдруг вздрогнул и вскочил. Прямо перед ним была морда Уджурака!

— Эх ты, облако вместо мозгов, — пробурчал Токло через несколько мгновений. Разумеется, никакого Уджурака здесь не было, это почудилось. Чем только не покажется спросонья корявый нарост на стволе соседнего дерева! Если приглядеться, так он даже и не похож на Уджурака! Токло сердито вылез из своей берлоги и отряхнул землю с шерсти. Это все глупости, вроде тех, о которых вечно болтала Луса!

Луса верила, что когда медведи умирают, их духи переселяются в деревья. От этих мыслей у Токло даже в животе похолодело.

— Уджурак не умер! — строго сказал он себе. — Плосколицый хорошо за ним ухаживает.

Чтобы окончательно выбросить эту мысль из головы, он подошел к узловатому дереву и поскреб его когтями. Но настроение у Токло все равно было испорчено. Вчерашние раны все еще болели, мышцы ныли, а в животе громко урчало от голода.

Он тщательно принюхался. Наглым медведем не пахло. Очень хорошо! Значит, вчерашний урок пошел ему впрок.

Токло сразу почувствовал себя сильнее и увереннее. Он огляделся по сторонам. В лесу было тихо, даже дятел куда-то исчез.

— Пусть поскорее возвращается, — проворчал Токло и тут же устыдился своих слов.

Совсем белкоголовым стал, по дятлам скучает!

«Лучше скучать по дятлу, чем тосковать по Каллик, Лусе и Уджураку», — раздалось у него в голове.

Токло отогнал эту мысль, как назойливую муху. Он попробовал вспомнить те чувства, которые испытал несколько ночей назад, когда весь лес представлялся ему захватывающим местом для исследования, а сам он был гордым гризли и помечал собственную территорию. Но сегодня Токло почему-то совсем не хотелось ничего исследовать.

— Лучше останусь здесь и дострою свою берлогу, — решил он.

Токло взялся за работу, но тут же понял, что сегодня у него опять ничего не получится. Когти так болели, что нечего было и думать о том, чтобы копать ими твердую землю. Бросив работу, Токло некоторое время уныло походил вокруг дерева, пытаясь придумать, чем же ему теперь заняться. В животе оглушительно урчало от голода, но рядом с берлогой никакой дичи не было видно.

— Схожу поохочусь, — решил он и побрел в сторону, противоположную той, где недавно повстречался с чужим медведем.

Солнце медленно поднималось над лесом, а Токло все шел и шел через рощу, длинным клином сползавшую с гребня горы. На дне долины журчал ручеек, и Токло пошлепал прямо через него, наслаждаясь прикосновением ледяной воды к ноющим когтям. Через несколько шагов он остановился и с удовольствием напился. Постепенно сила начала возвращаться в его усталые мышцы, и Токло с новой уверенностью продолжил карабкаться на скалы и сбегать по склонам, поросшим густым кустарником. Деревья укрывали его густой тенью, над головой тихо шелестела листва.

Только дичи по-прежнему не было. Токло вышел к еще одному ручью, на другой стороне которого росли кусты, усыпанные поздними ягодами. Перейдя ручей, он побрел вдоль берега и вдруг услышал какой-то шорох в кустах. Токло замер. Еще один медведь на его территории!

— Убирайся! — заорал Токло, бросаясь в кусты.

Он резко остановился, когда из-под веток выкатился маленький черный медвежонок и в ужасе уставился на него. Несколько мгновений они молча смотрели друг на друга, а потом медвежонок жалобно заскулил и попятился назад. Токло тоже сделал шаг к ручью. Ему вдруг показалось, что из черных перепуганных глаз медвежонка на него смотрит Луса. Медвежонок, видимо, понял, что большой гризли не собирается на него нападать, поэтому повернулся к нему спиной и бросился бежать.

Не успел он скрыться в лесу, как над ухом у Токло раздался ленивый насмешливый голос: