Темные звезды - Даниэлла Роллинс

В дверь постучали. Скрипнули петли, послышался голос Элизы.

– Мак сейчас занят. Вам он вообще зачем?

Дороти встала на четвереньки и заглянула за угол. И увидела себя – только четыре дня назад, в компании Романа.

Дороти склонила голову набок, не в силах отвести взгляд. Надо же, а она думала, что куда выше ростом. Роману она и до плеч не доставала. Волосы у нее были спутанные и растрепанные, ботинки и плащ забрызганы грязью. Она знала: это все потому, что они с Романом целый день летали в прошлое, снова и снова, под проливным дождем, надеясь спасти его сестренку. К горлу подкатил ком, стоило только вспомнить о тех событиях. День выдался непростой, но дальше будет только хуже. Через несколько часов Романа не станет. Мак возьмет ее в плен. Ее банда предаст Дороти, а еще она узнает об исчезновении Эша.

«Итог изменить нельзя, но события, которые к нему привели, можно», – подумала она.

Важно ли это? Неизвестно.

По коридору пронеслось эхо ее же голоса, вырвав ее из задумчивости.

– Они же совсем новые! – заметила Дороти из прошлого, с подозрением глядя на сапожки Элизы.

Та расплылась в улыбке.

– Мак попросил не отказывать ему в удовольствии.

– Так ты теперь на Мака работаешь? – спросил Роман.

– Как будто это так уж удивительно. Вы и подали мне идею, – невинно сообщила она. – Или не помните наш разговор в «Мертвом кролике»?

Из номера послышался сдавленный крик. Дороти вцепилась в ковер.

Итог нельзя изменить, – твердила она себе. Должен быть какой-то способ извлечь из этого выгоду…

Тем временем Дороти из прошлого недоверчиво посмотрела на дверь, ведущую в номер.

– Кто это там?

– А это не твое дело, – отрезала Элиза.

Дороти из прошлого вынула из рукава длинный, тонкий кинжал и поднесла к свету.

– Знаешь, сколько усилий нужно, чтобы проткнуть барабанную перепонку? – спросила она. – Я вот не знаю, но слышала, что у людей это порой получается случайно – если неловко шпильку повернуть или ватную палочку. А теперь вообрази, что будет, если в дело вступит вот эта штука.

Элиза уставилась на оружие и облизнула губы. Дороти, прятавшаяся за углом, улыбнулась. Вот это и впрямь было забавно.

– Скажи Маку, что мне надо срочно с ним поговорить, – велела Дороти из прошлого.

Дороти из настоящего села на корточки, сверяя сцену, которая разворачивалась у нее перед глазами, с воспоминаниями.

Мак потребовал отвезти его в будущее. Они с Романом отказались, и тогда он открыл дверь в номер, показал им Эша, и Дороти тут же уступила.

Она залилась краской, наблюдая за самой собой и вспоминая, как трудно ей было сохранять внешнюю невозмутимость, делать вид, что судьба Эша нисколько ее не волнует.

Какая же я была дурочка, подумала она теперь, глядя на саму себя. Она видела все свои чувства, точно они были перечислены на лбу черным маркером. Ужас, боль, отчаяние. Любой с первого же взгляда понял бы, что она сейчас испытывает. До чего наивно было верить, что ей удалось все скрыть!

– Он заслуживает публичной казни, вам так не кажется? – произнес Роман.

Мак опустил нож.

– Неплохая идея, – признал он. – Смотрите, чтобы он не сдох до моего возвращения!

И ушел вместе с Дороти и Романом. Дороти из настоящего выдохнула с облегчением, радуясь, что Мак по меньшей мере больше не сможет истязать Эша.

Она мысленно досчитала до двадцати, а потом дверь номера распахнулась, и остальные Фигляры высыпали в коридор и зашагали к лестнице, обмениваясь жалобами на голод и сетуя, до чего же сильно хочется выпить. Дороти проводила их взглядом. Зажмурилась, открыла глаза, и так несколько раз, точно только что проснулась.

Пришло ее время действовать. Эш остался один. Она должна его спасти.

Она скользнула за угол и снова присела у его двери. Чуть ли не весь прошедший год ушел у нее на то, чтобы разобраться, как вскрывать такие вот новомодные, навороченные замки. Тут уже мало было шпильки, которой она прежде открывала любые двери. Эти замки были электронными, и тут требовались другие отмычки.

Дороти достала из кармана карточку. Она попросила Романа запрограммировать ее так, чтобы она открывала все двери в отеле. Девушка вставила карточку в слот и провела…

Загорелся зеленый огонек.

Она распахнула дверь.

В нос сразу же ударил запах крови. Он был невероятно сильный – Дороти даже замутило. Хватая ртом воздух, она пересекла комнату и села на корточки рядом с Эшем. Кажется, он был без сознания.

– Эш! Просыпайся, пора вставать! – взмолилась она и откинула влажную от пота прядь с его лба.

Эш с трудом приподнял отяжелевшие веки.

– Дороти? – прошептал Эш, явно сбитый с толку.

Дороти коснулась его щеки.

– Скорее! Времени мало!

Глаз он так и не открыл. На ресницах запеклась кровь, склеив их намертво. Даже смотреть на его лицо было больно.

– Мне только чудится, что ты здесь… – прошептал Эш.

– Надо торопиться, – быстро проговорила Дороти и обернулась. Она не знала, сколько времени есть у них в запасе.

– Мак скоро вернется. Если ты не сбежишь, он тебя прикончит!

– Я знаю день своей смерти. И он не сегодня, – едва слышно возразил Эш.

И я знаю, – подумала Дороти.

– Что ж, поздравляю! А теперь беги!

Она не стала ждать, пока он поднимется. В этом не было нужды: она знала, что это случится. Знала все, что произойдет дальше.

Эш отправится следом за ней и Романом в будущее. Она попытается убить Мака, но ничего не выйдет. У Эша с Романом случится стычка, и Роман погибнет.

Сердце защемило. Она знала: все будет именно так, потому что своими глазами все видела. Иного не дано.

Итог нельзя изменить, – снова подумала она. Может, напрасно она тешит себя надеждой, что еще можно что-то придумать. Может, она и впрямь бессильна.

Она вытащила пистолет Эша из кармана плаща и положила на пол рядом с ним. Поднялась и выскользнула в коридор, оставив дверь широко открытой.

Сердце похолодело и налилось тяжестью. Какая же это жестокая пытка – снова и снова смотреть, как повторяется одно и то же. И знать, что никак не можешь это остановить.

Бортовой журнал

10 октября 2074 год

11:56

Мастерская

Последние несколько дней я много думаю о недавнем эксперименте. О трагической гибели мышонка Джеффа.

Честно сказать, я не могу понять, почему он умер. Он был меньше, чем картофелина, с которой я вернулся в настоящее, а значит, дело не в том, что действие ЭВ не сумело преодолеть возросшего расстояния. Должно быть, все дело в биохимическом устройстве организмов. У мыши, в отличие от картошки, есть сердцебиение.