Командор войны - Вадим Панов

Он сидел спиной к улице и появления ослепительной блондинки не заметил.

— Валерий Константинович, — вернулся к делам Шустов, — вы ведь прекрасно понимаете, что именно мы можем вам предложить. Набор стандартный — программа защиты свидетелей: охрана на все время процесса для вас и вашей семьи, новые документы, новое имя, новое место жительства.

— В России?

— А где вы хотите жить?

— Я слишком хорошо знаю Чемберлена, — покачал головой Павлов. — Вы не сможете его закрыть так, чтобы он меня не достал. Я хочу уехать из страны.

— Это ваше право, но мы…

— Деньги у меня есть, — перебил Сергея Павлов. — Вы должны будете только вывезти меня и мою семью из страны и сделать нам нормальные документы. Оформить новое гражданство.

— Где вы хотите поселиться?

— Во Франции.

— Не очень далеко.

— У меня там деловые интересы.

— Деловые интересы. — Шустов задумчиво потер ладонью подбородок. — Ну допустим. Валерий Константинович, как вы понимаете, ничего невозможного в нашем мире нет, но чтобы даже просто выйти с подобным предложением на свое руководство, я должен понимать, из-за чего весь сыр-бор. Что у вас есть?

— То есть это возможно?

— Если вы действительно сможете меня заинтересовать.

— Я могу сдать вам Нытика.

— Это я уже слышал. Каким образом?

— Это сложная история.

— Мы не из дураков — разберемся.

— Хорошо. — Павлов усмехнулся. — Для простоты повествования я не буду использовать сложные термины и спрошу просто: отмывание денег и уклонение от уплаты налогов вас устроят?

— Вполне. Обычно мы закрываем авторитетов за уголовщину, но в этом случае можем сделать исключение. Насколько я помню московские законы, за уклонение от налогов можно присесть лет на двадцать.

— Сможете прижать его, как Аль Капоне.

— Рассказывайте, Валерий Константинович, рассказывайте, пока это не более чем слова.

— Мадам планирует ланч, обед или…

— Я еще не знаю. — Кара достала из сумочки малюсенький мобильный телефон и задумчиво перебрала кнопки. — Я должна встретиться здесь со своей старой подругой. Она, бедняжка, до сих пор работает учительницей, и мы встречаемся где попроще.

«Удачно выскочила замуж или завела богатого любовника, а теперь, стерва, встречается с менее расторопными сверстницами где попроще и выпендривается перед ними», — зло подумала официантка, наблюдая, как сидящий за соседним столиком седой мужчина в недешевом деловом костюме скосил глаза на глубокое декольте блондинки. Но на профессионально приветливом лице официантки эти мысли не отразились.

— Тогда попробуйте легкий десерт: фруктовый коктейль, мороженое, сливки, суфле. Очень вкусно.

— Звучит весьма соблазнительно, но для начала… — Кара заглянула в винную карту. — У вас есть божоле этого года?

— Нет, — растерялась официантка.

— Сансер?

— Нет.

— Ну не важно. — Кара поморщилась. — Яблочный сок есть?

— Да.

— Принесите.

Девушка умчалась. Кара медленно огляделась и поднесла к уху безжизненный телефон.

— Алло, Фимочка?

Она сидела довольно далеко — метрах в шести — от интересующего ее столика, тем более что он находился в зале, а она — на улице, но Простейшее заклинание «летучая мышь» усилило слух женщины, и Кара отчетливо слышала все, о чем Павлов рассказывал полицейским.

— Примерно полгода назад мы крутили дело с уводом большой налички из-под налогов. В то время у меня уже были трения с Чемберленом, но до открытой вражды дело не доходило, они мне еще доверяли.

— Отмывали, что ли?

— Ага.

— Большая сумма?

— Четырнадцать миллионов.

— Что за деньги?

Павлов помолчал:

— Наркота.

— Продолжай.

— Операция была расписана буквально по минутам, но произошел непредвиденный сбой. Банк-получатель внезапно запросил подтверждение и гарантии. Все висело на волоске, люди, деньги, все было заряжено, и надо было просто подтвердить кое-какие договоренности. Нытик как раз был у меня в офисе — он сам курировал операцию — и лично подмахнул распоряжение.

— Во дела! — вздохнул Васькин.

— Такие документы сразу же уничтожают, — быстро среагировал Шустов.

— Ага, — согласился Павлов, — только я уничтожил копию, а оригинал лежит в надежном месте. Подпись Нытика под переводом кучи героиновых денег. Этого достаточно?

Пора.

Кара все еще держала у лица трубку телефона, и поэтому несколько невнятных слов не привлекли внимания окружающих.

Морок никогда не относился к сложным заклинаниям. Умение отвести глаза, обмануть свою жертву, считалось одним из самых главных для колдуна, и поэтому заклинание шлифовали веками — оно должно было действовать быстро и требовало минимум магической энергии.

Для всех посетителей «Вероны», а также для всех, кто в этот момент находился в радиусе ста метров, Кара по-прежнему говорила по телефону, изредка бросая поощрительные взгляды на седовласого мужчину за соседним столиком. На самом же деле она вошла в маленький зал ресторана, уступила дорогу несущей заказ официантке и подошла к самому дальнему столику, за которым сидели Павлов и полицейские.

— Значит, оригинал у тебя. Где?

— В надежном месте. Мы сможем договориться?

— Разумеется — да.

— Разумеется — нет!

Кара стояла прямо перед Павловым. Никто в зале не мог видеть ее, но так было неинтересно. Ей давно не приходилось убивать, и женщина решила выжать из ситуации максимум удовольствия. Короткое заклинание, слышное только ей, сняло морок с глаз коммерсанта, и Павлов оторопело вытаращился на появившуюся из ниоткуда женщину.

— Продаешь чужие секреты, Валера?

— Кара? Не может быть!

Павлов задрожал.

— Что случилось? — Шустов непонимающе уставился на коммерсанта. — Что не может быть, Валерий Константинович?

Павлов схватил полицейского за руку:

— Убейте ее!

— Кого?

Палец коммерсанта упирался в пустоту.

— О боже, убейте ее!

Васькин положил ладонь на рукоятку пистолета и настороженно оглядел зал.