Осколки Солнца - Таис Сотер

— Да, аристократ какой-то, и судя по всему, знакомый хозяйки. Он выбирал меня уже несколько раз, и надеюсь, выберет сегодня. Хотя если честно, я потом целый день пластом лежу обессиленная, и меня уж точно не хватает на других мужчин, — Бертрана хихикнула. — Сделай мне одолжение, раз уж ты свободна. Обслужи моего давнего клиента. Только учти, он любит игры пожестче, и немного со странностями.

Ой-ой, это нехорошо! Я уперлась пятками, заставив брюнетку на меня обернуться.

— Нет, я не могу. У меня дела…

— Какие?

— Меня уже ждут!

Бертрана подозрительно сощурила глаза:

— Правда? А мне казалось, что ты просто трусливо оттиралась в коридоре, боясь показаться в таком виде перед господами. Скромность это конечно миленько, но от нее, как и от нижнего белья, стоит избавляться в постели с максимальной скоростью. Давай так, пойдем к мадам Вирджинии, и узнаем у нее…

— Не стоит, она же и так занята!

— Ха! Все с тобой ясно. Делай, что говорю, или скоро хозяйка узнает, что ты прячешься по углам, вместо того, чтобы работать.

— Но хотят же видеть тебя…

Мимо нас прошла парочка, немного странно взглянув, и я немного притихла.

— Мой клиент от новой девочки не откажется. Его заводит неопытность, пусть даже и насквозь фальшивая, — подмигнула Бертрана. — Потом благодарить будешь, когда увидишь, сколько тебе заплатят. Пришли. Удачи!

— Может, я переоденусь, а потом…

— Ты одета как нужно!

Меня втолкнули в комнату и тут же ее закрыли. Проклятье! Если я сейчас выйду, то Бертрана тут же закатит скандал. Так что… нужно немного переждать. К тому же, кажется, клиенту надоело ждать, и он ушёл. Я оглянулась и нервно ойкнула.

Мне приходилось слышать, что в дорогих борделях старались создать в каждой комнате свой антураж и атмосферу, но чтобы оформить спальню в качестве пыточной… На перилах застланной алыми простынями кровати висели наручники, стену украшали плетки, ремни и еще какие-то предметы непонятного для меня предназначения, а у одной из стен стояло странное устройство с креплениями для рук и ног и крюками, свисающими с потолка.

Все, кто работает здесь — спятившие. Да ни за какие деньги не стоит соглашаться на подобное! Я уже собиралась выйти, когда мой взгляд привлекло приоткрытое окно… Так, можно ведь выбраться и из него. Я тихо проскользнула мимо пугающего устройства, и, подергала за оконные ручки. Туго, но поддается. Отлично!

Открыв окно, я перегнулась через подоконник, пытаясь вглядеться в темноту, и хоть что-то в ней увидеть. Вампирское зрение мне точно не досталось. Я немного ошиблась, думая, что на первом этаже. Сумерки уже спустились, поэтому то, что находилось внизу, почти нельзя было разглядеть. Кажется, подо мной метров четыре-пять, и если я просто упаду на землю, то максимум отобью пятки. Но вот прыгать в кусты шиповника или на гравиевую дорожку совсем не хотелось. Нет, все же лучше через дверь.

— Какой замечательный вид ты открыла мне, Берточка!

Меня так мощно шлепнули по мягкому месту, что я едва не вывалилась. Хотя может быть, и стоило бы. Потому что когда меня поймав за бедра, развернули и прижали к себе, я оказалась в объятиях голого, и уже возбужденного мужчины. Отведя взгляд от поросшей темными волосами груди, пухлого живота и торчащей из-под него штучки (достоинством это назвать было сложно), я посмотрела на лицо «своего» клиента.

— Адриан?

Мой бывший ухажёр, до этого с интересом щупающий мою попу, поднял глаза от моей же груди и ошарашено заморгал.

— Клэр?

Он тут же сделал шаг назад, прикрыв пах ладошками, но растерянность и стыд почти сразу померкли, сменившись непонятным мне ликованием. Голос Адриана тут же стал приторно-медовым:

— Ах, Клэр, ты была так нелюбезна со мной на балу. Но я понимаю — всё в твоей жизни сложилось не так, как ты хотела. Мне жаль, что нужда толкнула тебя на этот путь.

— Нет, Адриан, ты ошибаешься! Я здесь совершенно случайно и даже против своей воли.

— Что произошло? Твой покровитель предал тебя? Или его никогда не было?

Я сердито запахнула безрукавку, не желая, чтобы Берже продолжал пялиться на мою грудь. От него пахло вином и дешевыми духами. Даже находиться рядом было неприятно.

— Говорю же — я не продаю свою любовь. Один… один человек удерживал меня здесь против воли. Я сбежала, но затем из-за глупого стечения обстоятельств попала сюда вместо той девушки… похожей на меня.

— Бертраны? Да, я её ждал. Хотя это уже не важно. Клэр… Ты здесь! На самом деле ты! Разве это не судьба? Не бойся, если ты будешь хорошей и послушной девочкой и порадуешь меня в постели, я может быть даже заберу тебя с собой. Поселю в домик, буду навещать… — Адриан облизнул пухлые губы. — Ну же, иди сюда.

Я молча покачала головой, испытывая горечь разочарования. Я давно не любила его, и все же видеть на его лице лишь туманящую разум похоть было больно.

— Побойся Бога, Адриан, и одумайся. Мне нужна помощь, а не постельные утехи. Хотя бы ради… — я так и не смогла сказать «любви». — Ради наших прежних чувств.

Мужчина грубо схватил меня за прядь волос, намотав на руку, склоняя к своему паху.

— Мне плевать на чувства. Я не собираюсь вести с тобой долгие беседы. Женщины предназначены лишь для одного, так что забудь о своей глупой гордости и раздвигай ноги. Или ты хочешь сначала поработать ротиком? Я не буду возражать, сладенькая. Он у тебя очень соблазнительный.

Я ударила по руке, освобождаясь, и отшатнувшись, попыталась проскочить мимо Адриана. Но он тут же нагнал меня, прижав горящей щекой к двери. Щелчок закрываемого на двери замка, и злой шёпот:

— Нравится когда с тобой грубо? Вижу, ты опытна в этих играх.

Нужно было закричать — даже появление вампиров я приняла бы как спасение, но страх буквально отнял дар речи. Все, что я могла, лишь беспомощно упираться, когда меня тащили к страшному устройству. По пути задела стол со стоявшим на нем бокалами и красным вином, тут же расплескавшимся по светлому ковру. В какой-то момент я умудрилась располосовать щеку Адриана, но тут же полетела на пол от мощной оплеухи. В голове зазвенело. Пользуясь моей беспомощности, он поднял меня, и опрокинув на устройство, приковал руки над головой. Затем впился в рот поцелуем, грубо сжимая грудь и заставляя меня застонать ему в рот. Пуговицы полетели на пол, послышался треск рвущейся ткани. Адриан стянул шаровары и то, что под ними, и погладил по голому бедру, с ухмылкой глядя на мои попытки отстраниться.

— Нельзя, конечно, портить имущество борделя. Но я все равно собирался тебя выкупить.

То, что он говорил не об одежде, а обо мне, я поняла, когда он только снял висящий на стене хлыст.

— Ты у меня поплатишься за то, что воротила нос. Я тебя на коленях заставлю ползать…