Из космоса с любовью - Лана Ежова

Любимый? Мысль затерялась в океане страсти, в которой утопил меня Маркус. Он буквально сгреб меня в свои объятия и поцеловал. Напористо, властно. Завладел губами, врываясь языком в рот. Больше никаких полунамеков. Чистая жажда. Откровенная страсть.

Я ответила на поцелуй отчаянно, каждым вздохом давая понять, что теперь точно не отступлюсь. Ни за что! Нервы словно оголенные провода робота-погрузчика. Все прикосновения ощущались остро до боли. Сладкой, желанной боли.

Чтобы устоять на подкосившихся ногах, я вцепилась в широкие плечи. Горячая кожа, стальные мускулы под моими пальцами — от ощущений буквально снесло крышу.

Маркус целовал с такой жадностью, что на мгновение я испугалась. Слишком много напора, слишком резко набросился… Вдруг я не смогу соответствовать?

Будто чувствуя мой испуг, он пригасил свой пыл.

— Алиса, — хрипло выдохнул Маркус и нежно поцеловал в уголок рта. — Моя Алиса…

Мое тело на зов отозвалось дрожью.

— Я чувствую себя дикарем, который вот-вот сорвется и утащит свое сокровище в пещеру.

Широкие горячие ладони заскользили по моей спине, плечам, избавляя от верха купальника. Затем пальцы одной руки осторожно пробежали по позвоночнику вверх и, нырнув в мои волосы, обхватили затылок. Вторая рука опустилась ниже, накрывая ягодицы, притягивая меня ближе.

— Ты кажешься колючей и холодной, а на самом деле ранимая, нежная, теплая… безумно красивая.

Жарко целуя шею, чувствительное местечко за ухом, Маркус успевал шептать нежности:

— У твоей кожи вкус солнца… а губы мягче цветочных лепестков.

Какие поэтичные сравнения… Я млела от искренних, красивых слов и горячих прикосновений.

— Самая притягательная, отзывчивая девушка… чистое искушение…

Губы Маркуса достигли моей груди — я не сдержала судорожный вздох. Сердцебиение ускорилось, оглушая. В глазах и вовсе потемнело, когда блондин опустился на колени и принялся покрывать дразнящими поцелуями мой живот.

Кто-то застонал жалобно, как будто его убивают. Да это же я… Пришлось закусить губу.

Маркус выполнил угрозу: подхватил на руки и утащил «в пещеру» — под навес. Беспрестанно целуя, накрыл собой. Ощущения его жесткого тела на мне ошеломило, взбудоражило еще больше, вызывая сладкие спазмы внизу живота.

Вновь застонав, я послала подальше мысли о том, как выгляжу со стороны. Не думать, только ощущать. И, желтые карлики! Да я сейчас умру, если не смогу в ответ исследовать потрясающее тело на мне. Но Маркус на мою инициативу отреагировал однозначно — молча покачал головой и завел мои руки вверх.

Завязки низа моего купальника он распутывал с самым сосредоточенным видом, как будто разворачивал долгожданный, бесценный подарок. И я навсегда запомню выражение мужского лица — восхищение, благоговение, словно я действительно его главное сокровище.

Жадные губы вновь заскользили по моей шее, руки леранца неутомимо изучали тело. Дразнили, гладили, сводили с ума. Я потерялась в ощущениях — хмеле нежности и страсти. Выгибалась сильнее в пояснице, прижималась к Маркусу отчаянно, чтобы полнее, острее ощущать, как по напряженному телу разливается ноющее томление.

Оба пьяные от страсти, сошедшие с ума от желания и накала. Накала такого, что еще чуть-чуть — и мы поменяемся местами, леранец сам не заметит, как окажется на лопатках.

Похоже, Маркус умел читать коварные мысли и не позволил перехватить инициативу… Переплетенные пальцы. Кожа к коже. Глаза в глаза, его — насыщенно-синие, почти черные от сдерживаемого вожделения. Дыхание в унисон.

И моя Вселенная взорвалась. Я увидела звезды открытого космоса, находясь на земле. Маркус замер, давая пережить чувственную бурю и усиливая ее поцелуями.

Потершись губами о мой висок, выдохнул довольно:

— Какая ты у меня чувственная и нетерпеливая.

Я же ощущала себя шальной от счастья и… свободной. Как будто высший пик наслаждения, подаренный блондином, избавил от внутренней тяжести. Я и не знала, что чувства могут быть настолько острыми, а отношения — открытыми и доверительными.

Выдержка Маркуса дала сбой. Нежного искусителя сменил голодный, дорвавшийся до желаемого варвар — и мне это безумно нравилось. Дикая страсть, замешанная на адреналине, зажгла меня вновь. И я с готовностью отвечала на все его порывы, отдаваясь всецело и принимая страсть в ответ. Все наше пребывание на острове — как затянувшаяся прелюдия, и вот теперь мы сорвались.

Жар усиливался. Я изогнулась всем телом, чувствуя накрывающее с головой наслаждение. Взрыв ощущений. Миг — и Маркус разделил его со мной.

Уснули нескоро, леранец оказался не только страстным и нежным, но и ненасытным.

Сквозь дрему успела услышать, как он сонно пробормотал мне в затылок:

— Я ведь тебя не отпущу.

И не соврал: до утра держал в кольце своих рук.