Северное герцогство - Вера Чиркова

– Решила конечно, – кивнула она. – Сначала будем лечить ребенка, и учить разговаривать…

– Он умеет… – едва слышно шепнула Гассиния, – но знает, что нельзя ничего говорить без моего разрешения. Во дворце султана за слишком длинный язык наказывают очень строго… и неважно, откуда ребенок узнал чужой секрет.

– Уже легче, – обрадовалась герцогиня, – а свои тайны, если захочешь, можешь рассказать позднее. Сейчас отдыхай, эта комната ваша. Вела!

– Я здесь, лейда Энильда, – скользнула в комнату воспитанница Шаны, которую няня решила оставить в замке.

– Это ваши новые пациенты, лечить мальчика будут маги. А ты найди им удобную одежду и обувь, позаботься обо всем остальном.

– Я могу заняться лечением прямо сейчас, – предложил незаметно появившийся Сабенс, – но вам придется меня подождать. Или лучше завтра?

– Сейчас, – решила Ильда, не колеблясь даже мгновения, – для матери важна каждая секунда… за ночь она изведется.

И поднялась с места, потянув за собой мужа.

– Спасибо, лейда… – ошеломленно пискнула ей вслед бывшая рабыня, а едва в комнате остались только маги, озадаченно справилась, – а кто она?

– Герцогиня Тайгердская, – пояснил Ринк, устраивая малыша поудобнее, – а по призванию – целительница. Так когда он перестал ходить?

– В два года… – горько всхлипнула женщина, – я не могла с ним все время сидеть, меня забирали убирать и готовить, ну и в саду работать. А он оставался один. Не знаю… что произошло… но помочь не смогла ни одна знахарка.

– Мы разберемся, – уверенно пообещал Сабенс и указал ей взглядом на дверь. – А ты иди поешь, и не беспокойся.

Женщина послушно побрела прочь, но далеко не ушла. Села в коридоре прямо на пол, привычно подогнув под себя ноги и зябко повела плечами.

– Лея Гассиния! – тотчас появилась рядом Вела, – у нас не принято сидеть на полу. Идемте, для вас готова одежда. И взвар уже закипает, лейда Энильда сама следит.

Женщина неохотно поднялась, тоскливо оглянулась на двери спальни, явно пытаясь их запомнить и покорно пошла следом за бойкой девчонкой.

А уже через пять минут входила в столовую, где ученицы Ильды накрыли стол к чаю и принесли несколько блюд с холодными закусками.

– Садись, ешь и рассказывай… как попала в Богарру, – предложила герцогиня.

– По глупости, – взяв чашку с горячим напитком женщина задумчиво обняла её ладонями, словно мерзла, – соперница обманула и продала.

– Кто же верит соперницам, – не выдержала Вела и тотчас с досадой хлопнула себя по губам, получив укоризненный взор Ильды, – простите, лейда.

– Так сестра же, – печально глянула на нее Гассиния, – я даже не подумала бы. Это после мне женщины в гареме все по полочкам разложили и убедили… хотя я им не сразу поверила. Но слишком уж точно все сошлось… и винить некого, сама в капкан влезла. Вы ведь и сами все узнаете… да и мне теперь безразлично, как они живут, лишь бы Роби был здоров. Род наш старинный, но обедневший, вот и отдали родители нас с сестрой в королевский замок невестами.

– Как это? – нахмурилось Ильда.

– Ничего неприглядного… – бледно улыбнулась бывшая рабыня и снова зябко передернула плечами.

– Вела, принеси как мне мой саквояж, он в приемной в шкафу стоит, – отправила воспитанницу Ильда, и прямо глянула на нежданный подарок, – и где ты простыть умудрилась, ведь лето?

– Вода холодная. – Тихо произнесла Гассиния, и с тоской уставилась в темное окно, потом нехотя пояснила, – а волосы длинные. Пока просохнут…

– А воды нагреть или полотен побольше дать? – нахмурился Дарвел, еще сердившийся на богаррцев за неожиданный сюрприз.

– Они же все мужчины, – пожала плечами бывшая рабыня, и хмуро добавила, – не привыкли беспокоиться о женщинах. В их домах о женах, матерях и наложницах заботятся слуги, лекари, евнухи. А о рабах – только они сами. Но в кибитке ничего лишнего не было, они даже ребенку одежды запасной не взяли, пришлось шить из моих покрывал. Но я не жалуюсь… и они не виноваты. Это должна была подумать старшая помощница надзирателя, а она была на меня зла.

– Понятно, – вздохнула Ильда, уже слышавшая про порядки в гаремах.

Там всё настолько чуждо её пониманию справедливости, что лучше не задумываться, все равно пока нет никакой возможности им помочь. Хотя вон Сабенс нашел-таки способ, и скоро тысяча женщин станет свободными людьми.

– Вот, – примчавшаяся как вихрь Вела поставила на стол потертый рабочий саквояж Ильды.

Менять его на новый знахарка не пожелала, там она любое зелье может найти с закрытыми глазами.

– Пей, – накапав в остывший чай зелье из двух разных флаконов, велела Ильда и отодвинула саквояж, – и рассказывай дальше. Хочешь ты или не хочешь, а отца ребенка мы найдем и спросим его мнение. Понимаешь, нельзя решать за него, и наказывать если виноваты другие.

– Я тоже так думала, – с горечью усмехнулась Гассиния, – но за четыре с половиной года он ничего не сделал, чтобы меня отыскать.

– А откуда тебе известно, – вмиг напрягся Дарвел, – сколько правды знает твой муж… или жених?

– Просто возлюбленный… – ее лицо застыло холодной маской отчуждения.

– И просто отец твоего сына, – не сдалась Ильда, – и этого уже не изменить, хотя кто-то попытался.

– Как это? – бывшая рабыня недоверчиво приподняла бровь.

– Очень просто. – с сочувствием смотрели на нее прозрачные серо-зеленые глаза герцогини, – это ты не знаешь, что там творится, у тебя на родине. А тот, кто тебя продал, знал куда и кому и явно имеет достаточно денег, чтобы подкупить кого-то из слуг султана… и приказать убить твоего сына.

– Откуда? – побелела Гассиния.

– Так ведь все просто. Она или он, надеялась что с ребенком что-то случится… но он родился и жил… и кто-то мог узнать его, как только подрастет и продать эти сведения… кому? Ты же лучше нас знаешь, Гасси, кто не должен узнать, что имеет сына? Наследника, как я подозреваю. И не только я… но и магистры, иначе не потащили бы нас ночью в замок.

– А мы в замке? – встревоженно оглянулась ее новая подопечная.

– Да. И никто этого не знает. Маги приняли решение, когда покинули трапезный зал. Вы с сыном в тот момент спали, прикрытые невидимостью, мне почему-то не хотелось, чтобы тебя рассмотрели все гости.

– Интуиция у тебя все мощнее, – похвалил Ринк, присаживаясь к столу, – немного отдохну и улетим. Мальчонку пытались отравить, но в нем уже растет способность оборотня, и он сам частично сбросил яд. Но не весь, остальное впиталось в тазовые кости… и понемногу сушило ноги. Мы все очистили и восстановили, сейчас Сабенс прогоняет и фильтрует кровь, жидкости его стихия.

– Я слыхал про оборотней, – задумчиво сообщил герцог, но думал, это байки.

– А это и есть байки, – подтвердил Ринк, – самые настоящие. Все говорят о том, что видели сами, и никому не нужно знать, что это всего лишь обман зрения. Иллюзия.