Золотые апостолы - Анатолий Дроздов

– Стас!.. – попытался возразить я, но он не стал слушать.

– Найдут или нет – не твоя забота. Ты только все покажешь и объяснишь. А то, чувствуется, в Горке не слишком стремятся искать. Товарищей поправят. Группа привезет специальное оборудование для ультразвукового просвечивания стен, "эмвэдэшники" душевно поговорят с обитателями монастыря. Они это умеют. Результат будет.

Я молчал.

– Аким? – тревожно переспросил он. – Ты куда пропал? Не злись: это уже не просто твое личное дело – государственное. Но я договорился: приоритет открытия – за тобой. Шеф так и сказал: "Наплевать, чья слава, главное, чтобы апостолы остались в стране!"

Я продолжал молчать,

– Аким! – заторопился он. – Так будет лучше.

– Спасибо…

– Ну вот, – расстроено сказал он, – я так и знал, что ты обидишься. Хотел, как лучше… Можно тебя попросить?

– Да.

– Если все найдется, возьмешь меня в экспертную группу? Для изучения и описания.

– Хорошо.

– Правда? – обрадовался он.

– Я тебя замуж возьму, если найдем! – злорадно ответил я и отключил телефон…

* * *

Припарковав "омегу" у горкинского универмага, я остался в кабине. Рита явно не желала, чтобы я сопровождал ее при покупках. То ли собиралась приобрести нечто интимное, то ли… С той минуты, как мы проснулись в одной постели, он держалась отчужденно, словно опасаясь, что позволила себе лишнее. И это огорчало куда больше, чем неожиданная инициатива Стаса.

По правде, мне следовало его поблагодарить. В своих поисках мы зашли в тупик, выхода из которого при всем старании не видели. Приезд спецгруппы все расставит на свои места. Если апостолы действительно существуют и спрятаны в Горке, их найдут. Если все это миф или, что того хуже, чья-то злая мистификация, историк Ноздрин-Галицкий станет посмешищем коллег. Пожизненно. Наравне со Стасом Козловым. Но тот хоть "остепенится" успел… И не важно, что дело заварил Стас. Все будут помнить, что группу в Горке встречал я…

Удивительно, но мысль о профессиональном провале меня почему-то не волновала. Отчужденное, как в день нашей встречи, лицо Риты… Но тогда это было понятным. Теперь же, после всего… Я до сих пор чувствовал на своем плече мокрое тепло ее щеки…

Рядом остановился автомобиль, но я даже не посмотрел в ту сторону. Только когда дверь "омеги" со стороны пассажира мягко распахнулась, я поднял взгляд. Это была не Рита…

Подполковник Ровда по-хозяйски устроился рядом, бросив фуражку к ветровому стеклу. Выглядел он довольным, и я ощутил, как внутри все закипает.

– Значит, не слушаем хороших советов? – благодушно спросил он. Но благодушным был только голос. Глаза смотрели жестко.

– К хорошим прислушиваемся, к плохим нет, – сухо отозвался я, изо всех стараясь держать себя в руках.

– Я, значит, плохое посоветовал, – как бы размышляя вслух, продолжил он. – Хотел помочь молодому человеку, спасти его от тюрьмы, а он не поверил.

– Не внял. По собственному разгильдяйству.

– Вот именно! – ничуть не смутившись, продолжил он. – Более того, впутался в новую историю. На этот раз – по-настоящему. Незаконное проникновение в жилище, похищение чужой собственности, – перечислял он, загибая пальцы. – По нынешнему кодексу лет на пять потянет, – для большей убедительности он показал мне растопыренную пятерню. – Суд, правда, может учесть первую судимость, раскаяние в содеянном и добровольное возмещение ущерба, – он явно наслаждался, – и назначить наказание, не связанное с лишением свободы. И никакой Владимир Петрович Павленко вам не поможет, несмотря на то, что он доктор наук и профессор, – злорадно подвел он итог.

– Значит, в этот раз – проникновение в жилище и похищение собственности? – ядовито спросил я. – Православный монастырь тоже я развалил?

Яд его не взял. Ровда лишь ухмыльнулся.

– У меня есть заявление отца Константина. Он самолично видел вас в стенах монастыря позавчерашней ночью, после чего обнаружил исчезновение японской видеокамеры. Мы сняли отпечатки с дверей в подвале с полным соблюдением процессуальных процедур. Думаю, ваши там тоже есть. Так что вы делали позапрошлой ночью в монастыре?

– Ходил к девочкам.

– У тебя же их две… – он явно не ожидал такого ответа, но мгновенно поправился. – На свидание – в подвал?

– Мне, в отличие от вас, не предоставляют комнату с диванами вдоль стен. Приходится приспосабливаться.

Если я и ударил его под дых, то лишь на мгновение. Спустя секунду лицо его стало прежним.

– Вот что, умник! – жестко сказал он, четко выговаривая слова. – Не знаю, кто и что сказал обо мне, но выбор у тебя небольшой. У меня есть заявление, есть пальчики с дверей. Сейчас мы поедем в райотдел и откатаем твои. Если хоть один отпечаток совпадет, – будет постановление о задержании. Будешь ночевать на нарах. И ни один прокурорский щегол тебя из изолятора не вытащит – слишком веские основания. Может, кто потом и вмешается, – наплевать, я подал рапорт об уходе на пенсию в связи с выслугой лет. Мне все равно. А ты просидишь минимум неделю, а то и месяц. Понял?

Я молчал. Он был прав.

– У тебя два варианта. Либо мы сейчас – в райотдел на задержание, или ты отправляешься домой. Что выберем?

Я повернул ключ в замке зажигания…

* * *

Подполковник оказался умнее, чем я думал. Он не стал останавливать машину у выезда из Горки, как я рассчитывал, а молча указал рукой вперед. Милицейская машина следовала за нами, и я подчинился. В молчании мы преодолели дорогу, по которой совсем недавно гнался за мной Кнур, и остановились только у выезда на автомагистраль.

– А теперь слушай, – жестко сказал он, забирая с приборной панели фуражку. – По шоссе к столице у меня два поста. Сейчас я свяжусь с ними по рации. Если хоть один из постовых них доложит, что ты не проехал, я объявлю розыск. В Горку тебя привезут в наручниках. Если вдруг вздумаешь вернуться, будет то же. Здесь я тоже поставлю пост – на случай, если вздумаешь объехать по дуге и въехать с другой стороны. Ясно?

Он надел фуражку и вышел наружу.

Ярость душила меня, когда я выскочил на магистраль и припустил по трассе. Меня поймали, как цыпленка. Он все-таки добился своего – вышвырнул меня из Горки. Как раз в тот момент, когда уезжать было никак нельзя. Я не опасался за Риту: не маленькая, не обнаружив машину у магазина, дорогу найдет. Завтра приедет спецгруппа, но за ночь из монастыря можно вывезти танковую дивизию. Улицы будут пустынны – все страшатся бешеного зверя из леса, а Рита и Дуня наверняка не решатся дежурить у монастыря без меня – они не бойцы спецназа. Все зря. Они подгадали точно. Подполковник выходит на пенсию: жить в старости ему предстоит безбедно. Один апостол на черном антикварном рынке будет стоить, как завод средней величины. Вывезти его страны непросто, но продать – без проблем! Этих статуй нет ни в одном каталоге или справочнике, никто и никогда не докажет, что их нашли в Горке. Нас сделали, как детей…