Подземелья Кривых гор - Алексей Витальевич Осадчук

Я посмотрел в глаза Весельчаку. Удивительно! Этот страшный и опасный человек единственный смотрел на меня сейчас без злобы… Во взгляде его серых глаз я увидел грусть и, кажется, решимость…

— И что? — спросил он у Фроди. — Это еще ничего не объясняет.

— А чего это ты вдруг их так защищаешь?! — взвизгнул Щуп и вдруг громко закричал: — А-а-а! Я все понял! Он с ними заодно! Лютый, он с ними заодно!

Щуп скакал, как умалишенный, и тыкал пальцем в Весельчака.

То, что произошло дальше, повергло меня в шок. Движение Весельчака я заметил лишь краем глаза. Он будто капля воды перетек в сторону визжащего Щупа. Блеснула сталь клинка, и мелкий уголовник уже корчится на земле, захлебываясь собственной кровью, бьющей фонтаном из его горла.

— Кореш, ты чо творишь?! — ошарашенно крикнул Фроди, смотря на дергающееся тело.

Ему на плечо легла широкая ладонь стоявшего сзади Лютого. Мои глаза полезли на лоб. Рука пахана медленно трансформировалась в уродливую звериную лапу.

— Думаю, наш бывший кореш ясно дал понять, что нам теперь не по пути, — измененным голосом прорычал Лютый.

Мое тело била крупная дрожь от ужаса… Тварь, в которую медленно превращался главарь уголовников, сделала два плавных шага вперед. Бандиты же почти синхронно отступили назад.

Лишь Весельчак стоял на месте. Он спокойно и даже деловито обматывал предплечье левой руки ремнем. Его выдержке можно было только позавидовать… Неожиданно я понял, что восхищаюсь этим человеком!

— Ты прав, Лютый, — спокойно говорил он, не глядя на оборотня, проверяя, хорошо ли держится кожаная полоса на руке. — Здесь наши пути расходятся. Я не желаю ходить под какой-то безумной тварью, которая опустилась до того, что обдирает полуголодную мелюзгу.

— Ублюдок, я порву тебя на куски! — рычал Лютый. — Сожру твое сердце и печень…

— Хорош трепаться, псина! — перебил его Весельчак. — Я жду!

Оборотень взбешенно завыл и рванул вперед, отвратительно скрежеща когтями по камням.

Человек и зверь прыгнули одновременно. Молниеносный взмах когтистой лапы и блеск ножа слились в одно движение. Мгновение, и противников разбросало в разные стороны.

Зверь почти сразу поднялся во весь свой гигантский рост. Я с радостью заметил рукоять ножа, торчащую у него из левого бока. С надеждой взглянул в сторону Весельчака. Но тот, увы, уже не поднялся… Он лежал, не дыша, лицом вниз, широко расставив руки. А под ним медленно растекалось что-то темное и вязкое. Спустя несколько секунд до меня дошло — это его кровь…

Лютый обвел свою свору победным взглядом.

— Есть ли еще сомневающиеся?! — рыкнул он.

Мужчины потупили взоры.

— Хорошо. Тогда сбросьте эту падаль в пропасть.

Лютый кивнул звериной башкой в сторону тела Весельчака.

Потом взор его желтых глаз остановился на мне.

— И вон того мелкого говнюка тоже…

Я испуганно вздрогнул… Неужели все?! Мой жизненный путь закончится здесь, в этом жутком месте?!

До меня не сразу дошло, что Лютый говорил не обо мне…

— Не-е-ет!!! Кро-ош!!! Не-ет!!! — заорал я не своим голосом, когда увидел, как один из бандитов — кажется, его зовут Бурый — подхватил щуплое тельце Кроша и швырнул его в пропасть, куда секундой ранее отправился труп Весельчака.

Бурый хотел было бросить туда же тело Щупа, но Лютый остановил его.

— Этого оставь. Мне нужно восстановиться.

Он медленно вытянул нож из своего бока. Рана тут же, прямо на глазах, стала затягиваться. Как такое возможно?! Выходит, оборотня не так-то просто прикончить. Весельчак наверняка знал это, но все равно принял вызов…

— Фроди! — рыкнул Лютый. — Пусть он покажет, где их нычка. А дальше ты знаешь, что делать…

* * *

— Их смерть на твоей совести, — зло цедил сквозь зубы Фроди, волоча меня по тропе в сторону бараков.

— О, нет, подонок! — выплюнул я. — Даже не пытайся вызвать во мне чувство вины! Весельчака и Кроша убила тварь, которой ты служишь! А ты стоял и смотрел, сложа руки!

Фроди, не ожидавший от меня такой смелой отповеди, остановился как вкопанный. В его глазах промелькнуло удивление.

— А ты изменился, Рик, — произнес он насмешливо. — Жить хочешь?

— Думаешь, я настолько глуп, что поверю тебе? Дураку понятно, как только ты узнаешь, где тайник, я труп.

Фроди улыбнулся. Только это уже была не та добрая и открытая улыбка. Нет. Сейчас это было больше похоже на звериный оскал.

— Зря, — прошипел он. — Теперь будешь умирать медленно и мучительно. И поверь мне, ты расскажешь все, что я захочу узнать. А мог бы сдохнуть быстро и почти без боли.

Он хотел еще что-то сказать, но из-за поворота показались три всадника.

— Эрик Бергман? — спросил у меня один из них. Худощавый воин с жесткими чертами лица и орлиным носом. Машинально отмечаю его пятнадцатый уровень.

Рядом с ним остановились другие два. Этих я знал. Харт и Клоп.

— Да, Стэйн, это тот малец! — пропищал своим мерзким голосом Клоп.

— Это правда? — коротко спросил Стэйн у меня.

— Да, господин. Я Эрик Бергман.

— Тогда ты едешь с нами, — сказал воин и, наклонившись, схватил меня за шиворот.

Я опомниться не успел, как оказался висящим поперек седла.

— Стэйн, у Лютого с ним незаконченное дело. Он будет очень недоволен, — попытался возразить Фроди.

Воин, полуобернувшись, угрожающе процедил:

— Еще одно слово, мразь, и прикажу тебя выпороть. А своему пахану передай: если его что-то не устраивает — он знает, где меня искать.

Когда мы удалялись, я мстительно посмотрел назад. Наши с Фроди взгляды встретились.

— Рик, если ты думаешь, что избежал смерти, ты глубоко ошибаешься! — злорадно крикнул он мне вслед. — Там, куда тебя везут, долго не живут!

Не знаю, куда и как долго меня везли. По правде сказать, за дорогой не особо следил.

На смену ярости и гневу пришли апатия и горечь утраты. Перед глазами снова и снова погибали мои друзья. Храбрый Весельчак и не менее отважный Крош… Они оба отдали жизни за меня…

Неожиданно гнев и ярость снова охватили мое сердце. Клятва сама собой сложилась в голове…

Клянусь! Пока Лютый и вся его кодла не подохнет, мне не будет покоя! Пусть Великая Система станет мне порукой!