Подземелья Кривых гор - Алексей Витальевич Осадчук

На удивление после получения системного сообщения на душе появилось некое спокойствие. А еще было чувство предвкушения. Предвкушение отмщения…

Глаза сами собой закрылись, и меня приняла в свои спасительные объятия темнота…

Очнулся от легких похлопываний по щекам чьих-то сухих и твердых ладоней. Открыв глаза, увидел склонившегося надо мной старика. Желтая пергаментная кожа. Редкая седая борода. Узкие раскосые глаза. Лысину прикрывает широкополая соломенная шляпа. Все в его облике выдавало в нем уроженца восточных провинций. Особенно выделялись глаза. Они были темно-синего насыщенного цвета. Такие же, как у целительницы Далии. Это отличительная черта тех, кто открыл третий источник — магический.

— Что с ним, Ли? — спросил чей-то жесткий голос.

— Его источники очень малы, и они истощены, — ответил старик на чистом орхусском. — Ему нужна еда и покой.

— Завтра утром я могу на него рассчитывать?

— Да, господин. Завтра он будет в полном порядке.

Я огляделся. Вокруг серые скалы. Куда это меня занесло? И что будет завтра?

Услышав тяжелые шаги, повернул голову. В поле моего зрения появился еще один человек. Когда увидел уродливый шрам от ожога, покрывающий почти всю левую половину его лица, я наконец понял, где нахожусь и что буду делать завтра...

* * *

Проснулся еще до восхода солнца. Огляделся. Кажется, я в шатре или в большой палатке. Скорее всего, второе. Лежу на тростниковой циновке, укрытый каким-то тряпьем. То-то все тело похоже на отбивную. Мочевой пузырь требовательно напомнил о себе. Вполне объяснимо, считай проспал почти весь вчерашний день и всю ночь. Это все Ли. Сперва накормил, а потом напоил чем-то. Вот я и отключился.

Тихо отбросил с себя вонючие тряпки и выскочил наружу. Когда опустошил мочевой пузырь — сразу полегчало. Но пришла другая напасть — урчащий желудок.

Приказав себе не думать о еде, стал осматриваться. Так… Что тут у нас... Небольшой походный лагерь, состоящий из нескольких палаток и шалашей. Самая большая, видимо, принадлежит Скорксу. Это к нему меня вчера доставили охранники.

Вокруг нас серые скалы. Присмотрелся. Слева, в теле самой дальней скалы, зияет черная дыра. По всей видимости, это вход в рудник.

— Проснулся? — Звук требовательного голоса за спиной заставил вздрогнуть. — Это хорошо. Идем со мной.

Это был Скоркс. Он быстрым шагом прошел мимо меня и направился в сторону большой палатки, бросив на ходу:

— У тебя мало времени на подготовку.

По мере своих сил пытаюсь не отставать. Попутно разглядываю местного босса. Тоже пятнадцатый уровень. Значит потолка по всем характеристикам и навыкам еще не достиг. Качается, как и все, «глиной».

Фигурой чем-то напоминает Харта и Свейна. Сразу видна военная выправка. Держится прямо, шагает широко. Торс, ноги и руки защищены кожаными частями доспеха. Складывается впечатление, что этот человек всегда готов к бою.

Вчера успел мельком разглядеть его лицо. Думаю, до того, как появился уродливый шрам, Скоркс пользовался повышенным вниманием у женщин. Волевой подбородок, высокие, ярко выраженные скулы, узкий нос, пристальный взгляд темно-серых глаз. Я замечал, как женщины смотрят на таких мужчин…

Когда вошли в палатку, нас уже ждали. Широкоплечий бородатый здоровяк, щуплая, невзрачная, я бы даже сказал, некрасивая женщина и низкорослый худой мужчина с лысой, как колено, головой.

— Скоркс! Какого хрена?! — взревел здоровяк, тряся черной бородой. — Ты кого приволок?! Мири! Чад! Вы это тоже видите?!

— Скоркс, — поддержал бородача лысый. — Это уже перебор.

— Он даже не дотянет до места назначения, — это уже женщина.

— А у нас есть выбор, Дэг? — спокойно спросил Скоркс, подходя к широкому столу, заваленному бумагами. — Вам ведь нужен такой, чтобы пролезал в норы? Чем этот плох? Тем более, местные мамашки не торопятся отдавать своих деток ко мне в разведчики. Из всех каторжников и кабальных подходит только этот. Если бы Кнуд мне не сообщил о нем, вам вообще пришлось бы идти без скаута.

— Это все, конечно, прекрасно, только он не дойдет, — продолжала гнуть свою линию Мири. — Он нулевка! Я вообще такое впервые вижу.

Бородач и лысый синхронно кивнули.

— Малец, — обратилась ко мне женщина. — Сколько у тебя единиц в источниках?

— По десятке, — ответил я. Откровенно говоря, страха не было. После пережитого вчера эти люди меня не пугали.

Все, кроме Скоркса, расхохотались.

— Дойдет он или нет — это уже ваши проблемы, — ответил он. — Мне нужен результат. Сдохнет — найдем другого. А пока используйте то, что есть.

Бородач хотел было еще что-то сказать, но Скоркс резко поднял ладонь вверх, останавливая его.

— Все! — припечатал он. — Об этом больше ни слова! Подберете ему что-нибудь из экипировки и в путь!

Дэг, зло бурча себе что-то под нос, двинулся на выход. За ним потянулись и его товарищи.

— Пошли, — холодно бросила мне Мири.

— Господин! — обратился я к склонившемуся над бумагами Скорксу. — Мне нужно вам кое-что сказать. Если я погибну под землей, об этом уже никто не узнает.

Разведчики притормозили у выхода и заинтересовано уставились, ожидая продолжения.

— Говори, — кивнул Скоркс, не отрывая своего взора от стола. — Только быстро.

— Вчера в пещерах погибли мои друзья. Один из них свободный.

— Имена погибших? — коротко спросил Скоркс.

— Крош и человек, которого все называли Весельчаком.

— Это тот, что в кодле Лютого? — переспросил Чад.

— Да.

— Как они погибли? — спросил Скоркс.

— Лютый, обратившись в зверя, убил Весельчака, а потом приказал убить и Кроша. Ему было всего лишь восемь лет. А они его сбросили в Пасть Демона.

Услышав о Лютом, разведчики громко выругались.

— Откуда тебе известны подробности? — Скоркс уже стоял напротив меня, сложив руки на груди.

— Я видел все своими глазами. Лютый заставлял меня работать в шахте, а потом отбирал все скрижали и эски. Мне пришлось прятать часть трофеев. Крош мне помогал. Когда нас раскрыли, Кроша избили до полусмерти. Весельчак заступился за нас и сразился с Лютым. Даже смог ранить тварь, но сам погиб. Потом Лютый приказал сбросить Кроша в пропасть. А меня вовремя спасли ваши люди.

— Ясно, — сказал Скоркс. — Еще что-то? Если нет — вам пора.

— Нет, господин, — ответил я и двинулся на выход.

Крош был прав. Скорксу плевать на то,