Дитя Меконга - Алёна Сереброва

Мальчишка. Невысокий, тонкий, в школьной форме. Точно такой же…

На мгновение Тонгу кажется, что перед ним стоит юный Нок из призрачных воспоминаний, однако стоит на мгновение зажмуриться и вновь открыть глаза, как становится понятно: мальчишка напротив ничуть не похож на Нока. Да, похожая стрижка. Да, почти такая же форма, но лицо совершенно другое, как и торчащие, будто у мышонка, уши.

— Конечно, — Тонг дружелюбно улыбается, принимаясь за дело. — А экскурсоводом твоим будет…

Взгляд Тонга зацепляется за едва подошедшую старшекурсницу, и он довольно улыбается. В начале учебного года она заставила его побегать, теперь его очередь.

— Пи Рин, — улыбаясь как можно слаще, зовёт Тонг.

— Да?

Рин даже внешне выглядит усталой: бисеринки пота блестят на лбу и над верхней губой, так что Тонгу становится немного её жалко. Всего лишь на мгновение, потому что он тоже уже подустал тут стоять, и тоже вспотел от окружающей жары, а в начале учебного года она не щадила его своими заданиями на мероприятиях факультета.

— Нонг хочет экскурсию и непременно с такой красавицей как ты.

— Я не… — начинает школьник, однако Тонг затыкает его, предлагая с улыбкой готовый напиток и переключая его внимание.

— Могу сделать и тебе напиток, Пи, чтобы легче стало. Надо?

— Даже не спрашивай, просто делай. Сегодня адски жарко.

Тонг только кивает, не скрывая довольной улыбки, а руки уже тянутся к маленькому холодильнику со льдом.

* * *

— Ага! Вот ты где! — противно бодрый голос Синга звучит совсем рядом и так неожиданно, что Тонг едва не проливает готовый напиток. Стаканчик оказывается в руках школьницы только чудом и та, будто поняв это, спешно поблагодарив, сбегает. — А мне сделаешь? Иначе я расплавлюсь.

— Только для гостей, — кривит душой Тонг, прикидывая реакцию друга, и тот не разочаровывает, заявляя:

— Я гость. Я даже на этом факультете не учусь.

— Зато в университете учишься, — напоминает Тонг с усмешкой, однако пустой стаканчик в руки всё-таки берёт.

— Это уже мелочи, — отмахивается Синг, прежде чем опереться на стол ладонями. — Слушай, ты вовремя улизнул, Пи Най развлекается, как может. Решил устроить шоу русалок. Все первокурсники и даже некоторые второкурсники задействованы, потому что перваков мало. Старшие ворчат, что лучше бы бочка была, как в прошлом году. Даже представлять не хочу, где он откопал эти хвосты, да в таком количестве…

Тонг тоже представлять не хочет и радуется, что стоит сейчас здесь, на факультете, а не там… В ожидании, когда придёт его очередь…

— И когда тебе превращаться в подводного жителя?

— Где-то через полтора часа. Так что давай, заканчивай тут или бери перерыв и идём есть. Я голодный, а народу в столовой наверняка сейчас…

— Пи, — не дослушивая, зовёт Тонг, на автомате ставя перед Сингом стаканчик с напитком. — Можно мне перерыв? Мы с другом хотели бы пообедать…

Невысокий, но крепкий парень оборачивается и на мгновение Тонгу кажется, что ему откажут. Слишком уж усталое лицо у старшего и блёклые, равнодушные глаза. Но вот взгляд теплеет, а губы растягиваются в улыбке и тот кивает, не только давая добро на перерыв, но и вовсе отпуская:

— Можешь не возвращаться. Отдыхай, ты и так уже несколько часов стоишь. Иди.

Тонгу остаётся только поблагодарить и сбежать, пока старший не передумал.

* * *

Солнце не припекает, просто жжёт. Однако здесь, в тени открытой столовой, дышится гораздо легче, и на удивление, не так уж и много народа. То ли дело в том, что гости не знают о её расположении, то ли в том, что большинство студентов сейчас заняты, но свободный столик удаётся найти без труда, а вот за едой всё-таки приходится постоять. Что они и делают, вставая в хвост небольшой, но всё же очереди.

— Ты потом куда? Я так понял, тебя отпустили. Какие планы?

— Посмотрю на твоё выступление, русалочка, — посмеиваясь, отзывается Тонг. — Я так понимаю, благодаря Пи Наю у тебя теперь будет опыт работы, хоть иди и сразу устраивайся в какой-нибудь аквариум. Цени.

— Опыт работы это хорошо, — поддакивает, будто не замечая поддёвки, Синг, только улыбочка, что появляется на его губах, кривая и острая. — Тебе тоже непременно надо поучаствовать, я скажу Пи Наю, что ты жаждешь окунуться.

— О нет, — Тонг щурится, продолжая улыбаться. — Мне не пойдёт рыбий хвост.

Стоит произнести эти слова, как мурашки скользят по спине, а кожу на бёдрах начинает покалывать, будто напоминает о себе рисунок чешуи.

Поведя плечом, Тонг засовывает руки в карманы. Улыбку с губ будто стирает, а насмешливые слова Синга, про рыбёшку, едва касаются сознания.

— Эй, — Синг заглядывает в лицо, будто выискивая там что-то, и хмурится. — Всё в порядке?

— В порядке, — эхом повторяет Тонг и отворачивается, находя в подошедшей очереди спасение от дальнейших расспросов. — Рис с курицей и холодный чай, тётушка.

* * *

Здесь, за пределами утопающей в тени столовой, жарче, даже раскинувшееся над столом дерево мало спасает. Зато не так людно, как стало у витрины с едой, когда они уходили. И гораздо спокойней.

— Кстати, — внезапно начинает Синг, нарушая повисшее между ними молчание. — Ты поедешь в эти выходные домой? Мама просила приехать, могу и тебя захватить, чтобы не трястись в автобусе и не мотаться на скутере.

Тонг на автомате отправляет ложку с рисом в рот и так же на автомате принимается пережёвывать. Дома он не был целых два месяца. Как приехал перед началом учебного года, так больше и не уезжал из Бангкока… И мама, когда звонила, говорила, что они скучают, а сестра и вовсе нудит…

— Давай, — наконец соглашается он и тянется к стаканчику чая со льдом, на стенках которого уже образовались капельки конденсата. — Моя мама тоже спрашивала, когда я смогу приехать.

— Отлично! — Синг вскидывает вилку в победном жесте, будто это согласие значит что-то особенное, а потом так же резко утаскивает с тарелки Тонга кусок курицы, быстро запихивая его в рот. — Слуфай, а фкуфно! Нафо бувет в следуюфий раз заказать тоже. Эй!

Тонг усмехается, довольно помахивая насаженной на вилку большой креветкой. Таскать с тарелки и он умеет.

— Один — один, — довольно улыбнувшись, Тонг отправляет креветку в рот.

— Да я же только попробовать, — ворчит Синг, отодвигая свою тарелку подальше и блокируя рукой.

— Так и я тоже… Попробовать, — парирует Тонг, возвращаясь к своему обеду. — Таская чужую еду, будь готов, что утащат и твою.

— Какой же ты вредный и жадный. Вот возьму и пожалуюсь, что ты меня