Где я? - Сергей Тишуков

class="p1">— Было дело, — впервые, за всё время рейда, улыбнулся Денис, — И жрал их с превеликим удовольствием! Счастливое было время! Так-то куличик можно было купить за десять берёзовых листочков или за два кленовых. А Лидочка для меня бесплатно лепила. Мне все завидовали! За фантики и вкладыши можно было что-то реальное приобрести. Бутылочные крышки шли вместо фишек в казино. Эх!

— Да ты барыга был, — притворно ужаснулась Мария, — Или катран держал?

— Да иди ты лесом, — Денис глубоко вздохнул, выдохнул и добавил, — Вроде попустило. Тут слушок меж призоров ходит, будто профессиональных медиков в группе нет, потому что их и цыплят в качестве смертников используют. Мы, вроде как, всех на заклание ведём, а выжившие получат долю погибших. Но теперь я понимаю, что ты и перелом вправишь, и рану зашьёшь.

— Я и пулю достану, и ногу ампутирую. А про слух ты давно знаешь?

— Случайно подслушал. Дня за два до рейда.

— Почему остальных не предупредил?

Черов сначала махнул рукой, потом цензурно выругался и поскрёб затылок.

— Чёрт! Не подумал. Посчитал, что пустой трёп. А теперь понимаю, что если хтонь влияет на эмоции, то может раздуть эту тему и посеять панику в группе… Когда цыплята истерят… Их угомонить легко. А у призоров есть оружие и они умеют им пользоваться.

— Ладно. Проехали. Об этом завтра подумаем. Я наверх залезу и буду держать тени на мушке. Не уверена, что пули их испугают, но тебе будет спокойнее.

— Тоже психосоматика? Я нож с собой возьму.

— Свою легендарную финку НКВД от кизлярских мастеров из интернета? — прыснув от смеха, подколола Мария.

— Нет. Легендарный боуи ЦРУ от детройских кузнецов, — парировал Денис, вытаскивая из ножен разгрузки обычный нож российского спецназа.

— Куда засунешь? В термобелье карманов нет.

— За пояс заткну, — Черов покрутил в воздухе руками, словно разминая предплечья, — Чтобы доказать присутствие призраков, мне важно почувствовать вибрацию воздуха от их колебаний. В шкуре такое не сработает.

Разогрев мышцы, стянул через голову майку, будто змеиную кожу, и остался по пояс голый. Нож действительно засунул за пояс кальсон. Горизонтально, чтобы не отрезать себе чего.

— Пошёл, — предупредил Денис, поворачиваясь спиной и делая первый пробный шаг. Он опасался, что в реголите полно острых обломков и есть опасность порезать ступни.

Сзади раздался едва сдерживаемый смех напарницы.

— Что ещё?! — недовольно прорычал Черов, оглядываясь.

— Ты с этих памперсах как жопастые девицы из клана Кардашьян. Один в один.

Денис шмыгнул носом и подтянул кальсоны. Нож выпал, а когда он нагнулся подобрать, Мария уже не пыталась сдерживать смех.

— А сейчас вылитый павиан!

— У них задницы красные.

— Так темно же.

Расстояние до лампы составляло всего шагов сто. Пожалуй, это были самые тяжёлые шаги для Дениса. Верхний, остывший слой реголита, неприятно холодил ступни и вызывал желание погрузить стопы глубже, где ещё сохранилось тепло.

Сейчас это был не страх. Что-то подобное он испытывал только однажды, когда брали банду Сафьяна. Черова тогда отрядили в группу прикрытия и поставили задачу перекрыть все пути отхода бандитов. Когда в доме, где отдыхали подельники главаря, началась перестрелка, старший приказал выдвинуться к балке и перекрыть тропинку к ручью. Бой только начался и проходил достаточно далеко, так что появление кого-то из злодеев ожидать не приходилось. Только желторотого лейтенанта это нисколько не успокаивало. Странная оторопь сделала ноги ватными и только боязнь насмешек со стороны коллег, помогла выполнить приказ. И ещё чувство, что его прикрывают надёжные товарищи.

Сейчас же никакого прикрытия не было. Сафонова не в счёт. Даже зная меткость капитана и возможности бесшумного АМБ, Денис понимал, что максимальный вред от пуль получит только стена. Призрачные тени от них не пострадают. Тут бы не нож при себе иметь, а былинный меч-кладенец, способный, по свидетельству авторов сказок, легко рассекал не только сущее, но и иррациональные порождения хтонической силы.

Зажав волю в кулак, он медленно, но довольно уверенно приблизился к обзорному фонарю. Во всяком случае так должно казаться со стороны. Короткие заминки и подёргивания Мария должна списать на прохладу и реакцию на насекомых. Вот о них то никто не подумал! Едва Черов скинул майку, голодная мошкара и прочие кровососущие, мгновенно начали пировать. Здесь не тайга и не тундра, где гнус с кулак, но некоторые кусали достаточно больно.

Вокруг лампы вился целый рой этой ненасытной нечисти, однако Денис заметил его только подойдя в плотную. С сотни метров тот был практически неразличим, напоминая облачко пара, возникшего от нагрев пластика.

— Самое трудное позади, — прошептал Черов, исключительно в целях самоуспокоения, — Вплотную к фонарю становиться нельзя. Тень будет бесформенная. Три… нет ещё полшага… Не слишком ли близко к стене? Нормально… Я должен что-то почувствовать кожей, даже если они ползают по штукатурке…

В момент, когда он чётко различил свою тень, пришло успокоение. Скорее всего это было разочарование, вызванное несоответствием своих эмоциональных затрат и нулевого результата, полученного в итоге, но разбираться Денису не хотелось. Он сделал, что хотел и ничего фатального не произошло. Ничего, что можно было зафиксировать своими органами чувств.

Только реакция щупалец и одиночных червей в какой-то мере компенсировала все усилия. Во-первых, они отпрянули в стороны, едва на стене сформировалась клякса человеческой фигуры. Во-вторых, освободив пространство для гостя, они, продолжая извиваться, начали… Как описать этот процесс? Обнюхивать? Но есть ли у них обонятельные рецепторы? Может они получают информацию по типу летучих мышей, испуская волны и принимая отражённый сигнал? Чёрт их знает, но они явно изучали новый объект, вторгшийся на их территорию.

Несмотря на явное внимание к своему отражению, Черов не ощущал телом ничего. Только холод, укусы, зуд от них и дикое желание почесаться. Это крайне расстроило Дениса. Вызвало ревность к тому, что хтонь предпочла его тень, а не тело. Настолько расстроило, что от досады он поднял руки и попытался разогнать призраков, которые по его версии должны летать совсем близко. Сначала дубасил воздух вокруг себя, а когда это не принесло желаемого эффекта, принялся тыкать пальцем своего отражения в тени вибрирующих существ. Примерно так же, какой-нибудь юный садист-натуралист, взятый батей на рыбалку, тычет веточкой в червей, копошащихся в банке.

В этом случае что-то изменилось. Нет, хтонь не шарахалась от его пальцев, скорее доверчиво подставляла бока, позволяя касаться, гладить, даже хватать за извивающиеся окончания лениво колышущихся отростков. Почему-то вспомнилось определение, данное щупальцам Сафоновой.

— Надеюсь, это всё-таки руки, а не то, что фантазируют девчонки, — хмыкнул Денис, — Не хотелось бы прослыть извращенцем, который гладил половые органы какой-то балдеющей хтони.

Основная проблема была в