Последний крик банши - Юлия Журавлева

С дивана раздался стон.

— Ты как? — Максим обеспокоенно склонился над Катей.

— Жива, — тихо ответила женщина. — А жертва?

— Нет.

В кабинете воцарилась тишина, в которой даже приглушенные шаги главного инквизитора по ковролину казались громкими, как и лязг металла упавшей цепи.

— Рассказывайте, Екатерина. Все, что удалось увидеть. — Главный инквизитор сел в кресло напротив, кивнув Илье на соседнее.

Катя села, рядом с ней на диван опустился Максим, не стесняясь обнял ведьму за плечи. Она не сопротивлялась. Такой подавленной, даже скорее раздавленной, Илья эту женщину и представить не мог.

— Пожалуйста, Екатерина, вы же понимаете, как это важно, — подался к ней Аверин-старший.

— Большинство его воспоминаний были стерты вместе с его личностью, — собравшись с духом, начала Катя. — Остались какие-то жалкие крохи, замешанные на страхе и ужасе. Не знаю, случайно ли выбирается жертва, но на этого мужчину просто накинули заклинание подчинения и заставили лечь на заднее сиденье машины. Вывезли из города, обездвижили, но при этом он видел сам ритуал. Лица преступники прятали, их двое, женщина и мужчина. Женщина — ведьма, ритуал проводит она. Не могу оценить участие мужчины, но из воспоминаний кажется, что он тоже задействован. И я думаю, это инквизитор.

— Почему? — спросил Аверин-старший.

— У меня встречный вопрос. — Катя обвела взглядом мужчин. — Могут ли инквизиторы влиять на обычных людей?

— Нет, — ответил Максим, — только на ведьм.

Женщина смотрела на двух других, более опытных инквизиторов и понимала, что не все так просто.

— Инквизиторы влияют на ведьм и их колдовство, — со вздохом ответил Илья. — Мы можем как нейтрализовать заклинания и их последствия, так и усилить.

— Вот это новость! — поразился Макс. — А нас такому не учили.

— Это не то, чему учат в академии, — ответил Сергей Максимович. — Да и вообще не то, что выносится на публику.

Катя молчала, она примерно догадывалась о чем-то подобном. Иначе ведьма просто не смогла бы наложить столько проклятий и заклинаний, какой бы сильной ни была. Екатерина ушла в себя, стараясь собрать полученные разрозненные фрагменты в более-менее цельную картину. В воспоминаниях жертвы определенно имелось что-то еще. Важное, но ускользающее. Будто сон, постепенно стирающийся после пробуждения, уходили чужие мысли и образы. Быстро, слишком быстро, как вода в песок.

— Они разговаривали, — тихо сказала Катя. — Ведьма и инквизитор. Ведьма говорила, что инквизиция слишком близко к ним подобралась, пора заканчивать с ритуалами и приступать к финальному аккорду их плана. А мужчина-инквизитор отвечал, что пока рано. Надо еще немного подогреть общественное мнение, внести панику и сумятицу. Для этого хватит пары трупов, но таких, чтобы запомнилось. Вот что он сказал.

Катя сглотнула. Пара трупов. Пара ритуалов. Опять. Сколько это может продолжаться?

— Интересно, что за финальный аккорд? Что они готовят? — спросил Илья.

— Екатерина, — обратился к ведьме главный инквизитор, — если ритуалы проводятся за городом, каким образом они перевозят тела жертв в Москву?

— Разрыв пространства, — не глядя ни на кого, ответила Катя. — Сила смерти позволяет то, что считается невозможным. Ведьма перемещает трупы.

— Как давно вам это известно? — спросил генерал.

— После ритуала на Арбате. Я тем же вечером пришла на то место еще раз и нашла знак, замаскированный под граффити. Сначала кровью был нарисован символ, а сверху нанесли краску из баллончика.

— А почему сразу не сказали? Хотя бы Максиму.

— Я испугалась. Это ведь означает, что у преступницы такие же способности, как у меня. Да и до последнего надеялась, что моя бабка здесь ни при чем.

— Есть еще что-то, чего мы не знаем?

— Нет. Если Максим передал вам письмо, которое мы нашли в деревне, то все.

— Понятно. Ладно, собираемся. — Глава инквизиции хлопнул ладонями по коленям и поднялся.

— Куда? — взглянув на часы, удивился Максим.

— На кладбище, — ответил Сергей Максимович. — Раскапывать могилы и ворошить прошлое, — усмехнувшись реакции подчиненных, пояснил главный инквизитор.