Драконий родич - Тодд Маккефри

Уголь Крома, уголь Крома, ясно гори,

Ночь согрей и зиму прогони.

Уголь Крома, уголь Крома под землей,

Где найдешь такой, чтобы сравнился с тобой.

Несмотря на все опасности, которые вообще-то всегда присущи горняцкому труду, нельзя было не признать, что Наталон нашел богатый угольный пласт. Кое-кто даже клялся, что мастер-горняк собственной персоной хвалил эти залежи. Однако Наталон-кемпу, для того чтобы превратиться во внесенный в постоянный список цеха, находившегося в Кроме, шахтовый Наталон-холд во главе с предводителем Наталоном требовалось значительно больше, чем самый благоприятный отзыв.

Но несчастные случаи в шахте сводили на нет большую часть усилий.

— Как мы без стража порога узнаем, можно туда соваться или нет? — ворчали горняки, не обращая внимания на присутствие Наталона.

Наталон не нуждался в недовольных подсказках — он всё знал не хуже своих рабочих. И что бы там ни талдычил его дядя Тарик, Наталон-кемпу был настоятельно необходим новый страж порога. Именно так и сказал молодой лидер мастеру-горняку, который выслушал Наталона благосклонно и сказал, что будет просить лорда-холдера включить кемп в список нуждающихся в страже. Но Наталон знал, какой длины этот список, а ведь его кемп окажется в нем на последнем месте…

Как ни странно, новость сообщил ему мастер Зист. Вернее, передал то, что донесли барабаны арфистов и Киндан.

Мальчик уже довольно долго практиковался во всевозможных способах игры на барабанах и в приеме и передаче сообщений. Кроме того, Зист назначил его ответственным за обучение группы подростков, которых Наталон отобрал на пробу в качестве возможных барабанщиков кемпа. Так что естественно, что Киндан оказался на вершине, когда дальний барабан отбил сообщение. Сообщение оказалось очень странным, и мальчик, хотя и расшифровал текст, не смог понять смысл.

Он отнес сообщение мастеру Зисту, который только что закончил урок с самыми младшими учениками. Оно гласило: «Ализа будет торговать».

Зист прочел записку, окинул Киндана ничего не выражающим взглядом и сказал, обращаясь скорее не к мальчику, а к самому себе:

— Что ж, я думаю, это нужно показать Наталону.

Киндан, естественно, потащился по пятам за старым арфистом. Зист один раз обернулся, хмуро взглянул на мальчика из-под седых бровей, но ничего не сказал, и они направились дальше.

Наталона они нашли возле входа в шахту, где он вполголоса разговаривал о чем-то со штейгером. Он искоса взглянул на них и слегка нахмурился, узнав Киндана.

— Его это тоже касается, — сказал Зист, ответив на безмолвный вопрос Наталона, и вручил старшему горняку записку.

— Х-м-м-м… — промычал Наталон, разглядывая записку с таким видом, будто она была написана незнакомыми буквами. — Значит, она будет торговать, так, что ли? Могу поспорить, что она не любит холода. — Он всмотрелся в затянутое облаками небо. — А зима будет очень холодная, и не сомневайся.

— Ты понимаешь, что она может продать тебе только шанс, — сказал Зист, переводя взгляд с Наталона на Киндана и обратно. — Остальное зависит от парня.

— Да, я понимаю, — ответил Наталон. Он в упор посмотрел на Киндана. — Знаешь, есть такая поговорка, что кровь, мол, говорит сама за себя. Теперь у тебя появится возможность доказать это.

Мастер Зист с удовлетворенным видом кивнул, положил руку Киндану на плечо и повел его прочь.

— Кровь говорит за себя? — повторил Киндан. Мастер Зист кивнул.

— Тебе придется надеяться на это, дружок. Наталон закладывает под тебя добрую часть зимней добычи угля.

— Мастер Зист! — крикнул сверху вниз Наталон.

Арфист оглянулся и помахал, показывая, что слышит.

— Зажги маяк и подними сигнальный флаг для всадника! — проорал Наталон.

Арфист снова помахал обеими руками, подтверждая, что всё понял.

Глаза Киндана широко раскрылись.

— Мы что, вызываем дракона?

— Так, значит, для тебя это будет первый раз, да? — спросил Зист, расплывшись в широкой улыбке. — Нам придется просить, чтобы нас отвезли — холд Ализы находится очень далеко отсюда, а нам нужно торопиться.

— Дракон! А как вы думаете, он будет бронзовый, или синий, или… — Киндан даже стал заикаться от волнения.

— Какой прилетит, такому мы и будем рады. А ты будешь рад вдвойне. — Мастер Зист оглянулся на склон холма, с которого они только что спустились. — Я только надеюсь, что Наталон окажется таким же хорошим торговцем, каким он стал горняком.

Вечером Киндан и мастер сели за обед. Мальчик решился заговорить с наставником о том, что волновало его целый день:

— При чем здесь я, мастер Зист? И кто такой мастер Ализа?

Глаза мастера Зиста под седыми бровями сверкнули, а рот изогнулся в улыбке.

— Я вижу, ты учишься держать себя в руках.

— Вы же сами много раз говорили мне, что бывает время слушать и время говорить, — ответил Киндан.

Улыбка арфиста исчезла.

— В таком случае сейчас время слушать. Ты много раз слышал, как сильно кемп нуждается в новом страже порога, — продолжал он. — После того как ученик — воспитатель стража — отказался приехать сюда, Наталон, я полагаю, понял, что другая возможность представится нам очень не скоро.

— А что, мастер Ализа — это мастер воспитателей стражей? — спросил Киндан, пытаясь сообразить, почему он никогда не слышал этого имени от отца или братьев.

— Не в большей степени, чем может существовать мастер огненных ящериц или мастер драконов, — ответил арфист.

Киндан вскинул брови, невольно повторяя выражение лица, которым мастер Зист давал понять собеседнику, что недопонял его.

— Мастер Ализа — воспитатель королевы стража порога. И мастером ее называют лишь в знак уважения, Наталон попытается купить у нее яйцо.

Кровь говорит…

По мере того как Киндан осознавал, что имел в виду Наталон, его глаза раскрывались все шире и шире.