Граница Империи - Марцин Гузек

– Кто из нас акушерка?

– А кто из нас настоящий врач?

– Только потому, что женщинам не дают в Империи пафосных титулов. Или хочешь об этом поспорить? – смерила его взглядом.

– Я не посмел бы. Знаешь, я могу дать это переписать кому-нибудь из рекрутов. Я практически уверен, что хотя бы часть из них умеет писать.

– Не преувеличивай, до родов еще больше двух месяцев. Ты же не будешь все это время с меня пылинки сдувать.

– Разумеется, нет, – ответил он довольно неискренне.

– Ты чересчур переживаешь. Это ведь должна бы быть моя роль. Я буду рожать, а мы оба не раз видели, насколько опасны роды. Вообще, если бы я могла поговорить с этим вашим Господом, я бы высказала ему ряд нелестных замечаний на тему того, как он спроектировал женскую физиологию.

– Именно поэтому я уверен, что он постарается отложить вашу встречу как можно дальше.

– Отличная тактика. – Амелия усмехнулась. – Хорошо, я лягу, но только потому, что ты волнуешься, а не потому, что не смогла бы продолжать работу, – подчеркнула она.

– Я и не мог бы подумать иначе, – ответил он с благодарностью и помог ей перебраться в постель.

Амелия легла и схватилась за живот.

– Пинается, – сказала она.

– Очень подвижный. Или подвижная, – немедленно поправился Люциус. – Это добрый знак.

Он лег рядом и прижался к ней. Все, что только считалось важным, было здесь, рядом с ним. В эту минуту всем остальным миром мог заниматься кто-то другой.

* * *

Была уже ночь, когда Натаниэль вернулся в свою комнату. В резиденции короля Гракха царила тишина. Серый Стражник уселся на кровати и перевел дыхание, пытаясь успокоить дрожь в руках. То, что случилось этим вечером, очень сильно его пугало. Он вступил в глубокую воду, в большую политику. А Совет хотя и утвердил его идею, но в детали предпочел не вдаваться. И если что-то пойдет не так, то Орден тут будет ни при чем, все спишут на безумный план одиночки, начальника Командории. И более того, такое положение еще и не учитывало, не могло учитывать на момент принятия, что в деле будет участвовать род Эверсонов. Князь уже понимал, что дело плохо, еще с момента, когда Спуриус появился в Остроборе, но никак не мог предположить, что все зашло столь далеко. Что ему не удастся пройти через это, не выбирая свою сторону. И даже сейчас какая-то часть его разума тщетно пыталась найти такой выход из ситуации, который позволил бы ему остаться нейтральным.

– Долгий вечер? – спросила брюнетка, прижимаясь к его плечам.

– Мучительный, – ответил он сонно. – И, что самое плохое, он еще не кончился.

– Для тебя кончился, – сказала она, целуя его шею. – Ложись, отдохни. Ты сейчас уже все равно ничего сделать не можешь. И тебе нужны будут силы на то, что случится потом. На войну.

* * *

Вильгельм вытер кровь с ножа.

– Я забыл передать тебе сообщение, – запоздало спохватился он. – Вечно об этом забываю, – обратился он к телу в лохани. – Ну да все равно, я же тебя убил. Какая разница, успел ты или нет услышать сообщение от моего нанимателя. Я бы лишь потерял эффект неожиданности. Но приказ есть приказ, так что вот тебе сообщение. «Я все же сам передам привет отцу и братьям». – Рыцарь спрятал клинок и встал.

Вильгельм подошел к двери, но остановился.

– Чуть не украл у тебя стилет, – положил оружие на место, рядом со Спуриусом. – Отличного качества. Проще было бы, если бы я воспользовался своим, но знаешь, кто платит, тот и заказывает музыку. Ну ладно, мне пора. До встречи на той стороне.