Жнец - Павел Корнев

— Господин Йорк! — окликнули вдруг рыцаря.

— Да? — обернулся Ричард к спешившей за ним фрейлине, — Что-то случилось?

— Ее высочество интересуется, когда же вы почтите нас своим присутствием, — прищурилась Лиина, и в ее глазах мелькнула веселая хитринка. Или то был отблеск светильников?

— Не думаю, что мое присутствие на балу так уж необходимо, — улыбнулся в ответ Ричард.

— Что вы такое говорите? — возмутилась девушка. — Все вам будут только рады.

— Вовсе не уверен. И потом, возникает вопрос: а буду ли я рад собравшемуся там обществу?

— Неужели не будете?

— Именно.

— А мне? — придвинулась к нему фрейлина, — Мне вы тоже рады не будете?

— Вам я всегда рад. Но, дорогая Лиина, здесь я вам рад даже больше, чем был бы рад там, — попробовал отшутиться Ричард.

— Да? — заулыбалась девушка. — Тогда, быть может, есть места, где вы будете еще более рады видеть меня? Например, в своей опочивальне?

— Хм… — даже несколько растерялся от неожиданности капитан.

— Ну так что? — прижалась к рыцарю Лиина. — Соглашайтесь. Ну соглашайтесь же!

— Надо сказать, — рассмеялся отстранивший девушку Ричард, — вы выбрали весьма действенный способ заставить меня посетить осенний бал!

— Вот и замечательно, — улыбнулась заглянувшая в глаза рыцарю фрейлина. — А…

— Я подумаю, — прежде чем девушка успела напомнить о своем предложении, поцеловал ее в щечку Ричард, — А теперь не будем заставлять ее высочество ждать.

— Хотя бы на один танец я могу рассчитывать? — оправила пышные юбки платья Лиина.

— Вне всяких сомнений…

На самом деле Белый рыцарь расстался с фрейлиной лишь через два танца. Вообще он рассчитывал потянуть время и потихоньку выскользнуть за дверь, но уловка не удалась.

— И где ты пропадал на этот раз? — подозвав капитана Гвардии, с усмешкой поинтересовалась Сола.

— Дела, — пожал плечами Ричард.

— И как наши дела? Как продвигается допрос сыновей Могулиса?

Арестовать братьев удалось только несколько дней назад, и сейчас с ними работали дознаватели тайной жандармерии.

— Утверждают, что отец ни о чем таком разговоров не заводил.

— Ты им веришь?

— О готовящемся покушении они наверняка знали, а вот о том, кто за всем этим стоит, совершенно точно — нет.

— Почему ты так решил?

— Они до сих пор живы.

— Тоже верно, — вздохнула Сола, — Передай Витайле, пусть подготовит указ: сыновей Могулиса казнить, дочь и жену в монастырь, имущество в казну.

— Хорошо, — кивнул рыцарь и собрался уже откланяться, когда заметил ошивавшегося поодаль баронета Огалиса. — У вас новый фаворит?

— Ты же знаешь, я не могу быть долго одна, — невесело улыбнулась герцогиня, — Это мое… наше проклятие.

— Жалеешь? — неожиданно для себя поинтересовался капитан, давным-давно зарекшийся задавать этот вопрос.

— Разумеется, нет, — покачала головой Сола, — Куда я без тебя? Не переживай, нам и одной жизни на двоих за глаза хватит.

— Мне он не нравится, — нахмурился, глядя на баронета, рыцарь и почувствовал, как задрожала связавшая его с герцогиней призрачная нить.

— Тебе и Мигель не нравился, а Генриха ты и вовсе ненавидишь. Да и остальных разве что терпел.

— Есть такое дело, — несколько виновато признал Ричард.

Фаворитов ее высочества рыцарь и в самом деле на дух не выносил. Но ничего поделать с этим не мог — как ни крути, одной жизни на двоих им все же хватить не могло.

— Понимаешь, идеального спутника найти можно, но с ним будет слишком сложно расстаться, — вздохнула герцогиня, — А расстаться рано или поздно придется. Пусть я беру и немного, но долго так продолжаться не может, — Ее высочество покачала головой и тихонько рассмеялась: — А баронет, к слову сказать, очень мил.

— Но мне он все равно не нравится, — остался при своем мнении Белый рыцарь и усмехнулся, глянув на беседовавшего с теткой герцогини графа Кимберли. — Я смотрю, господин посол все же соизволил почтить вас своим присутствием?

— Не поверишь, чего мне это стоило, — улыбнулась Сола. — Поначалу он даже слышать ни о каком бале не хотел. На дела, подлец, ссылаться вздумал…

— Вот уж действительно — подлец. У вас бал, а у него дела! — заухмылялся Ричард и обернулся к уже некоторое время маячившему неподалеку гвардейцу, который явно никак не мог набраться решимости побеспокоить капитана: — Что-то случилось?

— Никак нет, ваша милость, — поспешил приблизиться тот, — Вас ювелир спрашивает.

— Какой еще ювелир?

— Он сказал, вы у него серебряный кулон заказывали.

— А! — с трудом скрыл удивление Ричард, сообразив, что речь идет о скупщике краденого со Змеиного моста. Если этот шельмец рискнул притащиться в замок, значит, дело серьезное. — Ваше высочество, я ненадолго.

— Можешь не торопиться, — усмехнулась та. — Без тебя мы скучать сегодня, пожалуй, не будем…

— Нисколько в этом не сомневаюсь…

У ворот замка Ричарда и в самом деле дожидался Ильгис. Причем, как показалось рыцарю, заметно нервничавший скупщик уже и сам был не рад, что решил заявиться во дворец. И правильно: а ну углядит кто, как он с капитаном Гвардии лясы точит? Стоит пойти слухам, уже не отмоешься. Да и слушать никто не станет: со стукачами разговор короткий — бритвой по горлу, и вся недолга.

— Пройдемся, пожалуй, — предложил Ричард и поплотнее запахнул прихваченный из караулки темно-синий плащ. Щеголять в ночи белым гвардейским мундиром он не собирался.

— Как скажете, ваша милость, — обреченно втянул голову в плечи зашагавший рядом содержатель ломбарда.

Глядя на его кислую физиономию, Белый рыцарь невольно улыбнулся, но дольше необходимого мучить скупщика не стал: как только ворота замка скрылись из виду, он затолкал пройдоху в нагнавшую их карету.

— Чего пришел?

— По делу, ваша милость. — Ильгис, стоило ему укрыться от посторонних глаз, сразу расслабился и облегченно перевел дух, — Кое-какая информация проявилась…

— Говори.

— Слухи появились, что к убийству преподобного еретики руку приложили. На улицах только об этом и болтают.

— Слышал, — кивнул Ричард. — Кто их распускает, сможешь узнать?

— Попробую, — не слишком удачно скрыл свое разочарование жулик. — Еще говорят, посол Ланса какой-то важный груз ожидает. Из самого Стильга.

— Что за груз? — насторожился Белый рыцарь. — И откуда знаешь?

— По документам везут заморский фарфор, но только сомнительно, что ради такого дела посол стал бы выписывать купцу охранную грамоту…