Десять поверженных - Глен Кук

— Спокойно. Выпей это.

Он выпил.

— Что ты делаешь в моих сапогах?

Я снял сапоги и поставил их у огня, который уже почти потух. Пока я подбрасывал уголь, Масляный всё доставал меня.

— Если ты не успокоишься, у тебя швы разойдутся.

Люди прислушиваются к моим словам, когда я даю медицинские советы. Злой, он лёг на спину и заставил себя лежать не шевелясь. Однако продолжал ругаться.

Я сбросил мокрую одежду и надел ночную рубашку, которую нашёл на полу. Я не знаю, откуда она взялась. Она была мне коротка. Я заварил чай и повернулся к Масляному.

— Давай-ка посмотрим повнимательней, — я вытащил свою медицинскую сумку.

Я чистил ему рану, а Масляный тихонько ругался, когда я услышал этот звук. Шарк-топ, шарк-топ. У двери он затих. Масляный почувствовал мой страх.

— Что случилось?

— Это…

Дверь за моей спиной раскрылась. Я обернулся. Моя догадка была правильной.

Хромой подошёл к столу, рухнул на стул и стал осматривать комнату. Его взгляд пронзил меня насквозь. Наверное, вспомнил, что я сделал с ним в Весле.

— Я только что заварил чай, — произнёс я идиотскую фразу.

Он пристально посмотрел на мокрые сапоги и плащ, потом на каждого, кто был в комнате. Потом снова на меня.

Хромой не велик ростом. Встретив его на улице, если не знаете, кто он на самом деле, вы можете его просто не заметить. Как и Ловец Душ, он носит однотонную одежду, только гнусно-коричневого цвета. К тому же одежда его скорее всего напоминает лохмотья. Лицо Хромого было скрыто свисающей истрёпанной кожаной маской. Из-под капюшона торчали спутанные пряди седых волос.

Он не произнёс ни слова. Просто сидел и смотрел. Не зная, чем ещё заняться, я закончил с Масляным и стал разливать чай. Я налил три чашки, подал одну Масляному, другую поставил перед Хромым, а третью взял сам.

Что теперь? Заняться нечем. И сесть негде, кроме как за столом… О Господи!

Хромой снял свою маску. Поднял чашку…

Я смотрел, не в силах отвести взгляд.

У него было лицо мертвеца, лицо плохо сохранившейся мумии. Однако глаза жили и зловеще смотрели на всё окружающее, но прямо под одним из них я увидел пятно гниющей плоти. С правой стороны рта часть верхней губы отсутствовала, обнажая десну и пожелтевшие зубы.

Хромой потягивал чай. Он встретил мой взгляд и улыбнулся.

Я чуть не опрокинул чашку себе на ноги.

Подойдя к окну, я увидел, что на улице уже немного рассвело. Снегопад ослабел, но всё равно я не видел камня.

С лестницы послышался топот сапог. В комнату ввалились Элмо и Ворон.

— Эй, Каркун, — проворчал Элмо, — как ты, чёрт побери, избавился от этого… — слова застряли у него в горле, когда он узнал Хромого.

Ворон посмотрел на меня вопросительно. Хромой повернулся. Когда он оказался ко мне спиной, я в ответ пожал плечами. Ворон прошёл в комнату, снимая мокрую одежду.

У Элмо появилась идея. Он прошёл с другой стороны комнаты и присел у огня.

— Чёрт, хорошо бы отсюда выбраться. Как Масляный?

— Есть свежий чай, — сказал я.

— Я весь изранен, Элмо, — откликнулся Масляный.

Хромой внимательно посмотрел на каждого из нас, включая Одноглазого и Гоблина, которые тоже зашевелились.

— Так. Ловец Душ привёл лучших людей Гвардии, — он почти шептал, но этот шёпот заполнил всю комнату. — Где он?

Ворон не обращал на него внимания. Он надел сухие штаны и сел возле Масляного, осматривая швы, которые я наложил на беднягу.

— Хорошая работа, Каркун.

— У меня была уйма случаев потренироваться с ниткой и иголкой.

В ответ на вопрос Хромого Элмо пожал плечами. Он осушил чашку, налил ещё чаю и заполнил чайник водой из кувшина. Пока Хромой смотрел на Ворона, он толкнул Одноглазого сапогом под рёбра.

— Ты! — вскрикнул Хромой. — Я не забыл, что ты вытворял в Опале. И кампанию в Форсберге тоже.

Ворон уселся спиной к стене. Он достал один из самых свирепых своих ножей и начал чистить им ногти. Он улыбался. Это относилось к Хромому, и в его глазах была явная насмешка.

Что-нибудь могло испугать этого человека?

— Что вы сделали с деньгами? Они принадлежали не Ловцу Душ. Их дала мне Леди.

Открытое неповиновение и вызов Ворона прибавили мне мужества.

— А вы разве не должны быть в Вязе? Леди ведь запретила вам показываться на Плато.

Злобный характер Хромого ещё больше исказил его гнусную физиономию. По левой щеке тянулся шрам. Вероятно, он шёл и дальше, по левой половине тела. Говорят, удар был нанесён самой Белой Розой.

Хромой поднялся.

— Есть карты, Элмо? — спросил чёртов Ворон. — Стол освободился.

Хромой зарычал. Напряжение быстро возрастало.

— Мне нужны эти деньги. Они — мои. Теперь вы либо содействуете мне, либо нет. Не думаю, что вы получите большое удовольствие, если откажетесь.

— Тебе нужно, ты и доставай их, — сказал Ворон. — Поймай Кочергу, открути ему голову, поставь её на камень. Это же так просто для Хромого. Кочерга — обыкновенный бандит. У него же нет ни одного шанса выстоять против Хромого.

Я подумал, что Поверженный взорвётся. Но нет. На секунду он даже растерялся.

Но вскоре совладал с собой.

— Ладно, если хотите, будем по-плохому, — его улыбка была широкой и… коварной.

Напряжение почти достигло критической точки.