Синие звезды - Роман Романов

— Тьфу, — услышал он голос одной из женщин, так же, как он выходящей из здания суда. — Нигде правды не добиться!

— Лучше забудь об этом и не трепли себе нервы. Все равно не найдешь на них управы, — ответила идущая рядом подруга.

Мимо, держа в руках только что купленную газету, прошли два старика. Один из них, показывая на написанную статью, оживленно рассказывал другому:

— Вот видишь, Прокопий, как улучшилась жизнь в Вистфалии. Коронный судья говорит, теперь ни одного негодяя не спасут ни его деньги, ни происхождение. За честь любого судьи он может лично поручиться перед самим Акилиным!

Другой старик утвердительно кивнул головой:

— Он человек большой, врать не станет. Представляю, какое светлое будущее ждет наших внуков. Развивается страна, развивается.

Услышав их разговор, Уил подумал:

«Вот ты, коронный судья, и ответишь на все мои вопросы», — и, вздохнув, мысленно добавил, обращаясь к покойной жене: «Чего бы мне это ни стоило, Лика, но они понесут заслуженное наказание за твою смерть».

В этот момент раздался хруст, и одна из стоящих на здании богинь правосудия зашаталась, словно собираясь взлететь и, еще раз хрустнув, с шумом рухнула вниз, разбившись о камни мостовой, под удивленные возгласы проходящих мимо пешеходов.

Уил криво усмехнулся, подумав: «Даже богиням правосудия тягостно находиться на этом доме вранья».

Завернувшись в промокший до нитки плащ, он кое-как доковылял до дома. На пороге, стоя по колена в грязи, его поджидал Антон. Заметив Уила, тот поднял глаза и с укоризной проворчал:

— Все прошло так, как я и говорил? Черта с два ты выиграешь у них! И затем только ты отказался от денег!

Уил удостоил друга лишь презрительным взглядом. И со скрипом распахнув старую дверь, собрался войти внутрь.

-Подожди, — громко топая по грязи, прокричал ему в след Антон. — Кто, как ни твой старый и единственный друг сможет помочь тебе в трудную минуту?

— Спасибо, ты уже и помог, и посочувствовал, и вообще оказал неоценимую услугу, -огрызнулся Уил.

— Я просто говорил разумные вещи, — проворчал Антон, заскакивая следом за ним в дом.

Уил, не раздеваясь, плюхнулся на диван и, закашлявшись, сплюнул вышедший из груди желеобразный сгусток аквомора на покрытый толстым слоем грязи пол некогда опрятного жилища.

Антон затеребил в руках пуговицу своего плаща и, не поднимая глаз, тихо произнес:

— Я честно хотел тебе помочь…

Чем вызвал приступ истерического смеха у сидящего напротив друга.

Антон обиженно взглянул Уилу в лицо.

-И зачем ты так? Я искренне хотел помочь своему единственному другу.

— И еще поживиться на гибели его семьи, — закончил за него Уил.

— Да сколько можно это вспоминать? -покраснев, выругался Антон, с силой сдернув с головы свою мокрую шляпу, так что затрясся его пухлый подбородок: — Я тогда попал в трудную материальную ситуацию и просто сморозил глупость. А теперь я, правда, хочу помочь. Лучше расскажи, что придумал лорд де Янов, чтобы избежать наказания, а я подумаю, что можно сделать. Как-никак Лика тоже была моей хорошей подругой.

Уил сжал кулаки:

— Они всех убедили, что эта сволочь ни в чем не виновата. Просто у этого здорового лба случился приступ Синей чахотки, который и вынудил взбеситься его коня. И все произошедшее оказывается не более чем несчастный случай. Черт побери, я вообще не понимаю, к чему был нужен этот спектакль!

Антон усмехнулся:

— Должно быть, этот неприятный инцидент мог очень сильно навредить карьере молодого лорда. Еще со времен короля Альберта человек, осужденный по решению суда, в течение пяти лет после исполнения наказания не мог занимать государственный пост. А теперь прикинь: пара лет ссылки, да еще пять годков — приличный срок выходит, который лорд де Янов младший вынужден был бы просиживать без дела. Разумеется, никто не собирается пускать его карьеру коту под хвост из-за жизни пары простолюдинов.

Уил сплюнул.

Антон смолк, глядя на мрачное лицо друга, он снова затеребил в руках свою мокрую шляпу, а затем неуверенно спросил:

— И как ты думаешь доказать, что это не правда?

Уил тяжело вздохнул:

— Остался же в Лиции хоть один лекарь, у которого есть совесть, — и с силой сжив кулаки, добавил.- В любом случае они ответят за содеянное!

— Может, и найдешь, — соглашаясь, кивнул головой Антон. — Но подумай вот о чем: до следующего заседания суда не так уж много времени, и успеешь ли ты за эти считанные дни найти того самого не подкупного лекаря? Это большой вопрос.

— И что же ты мне предлагаешь, сдаться? — огрызнулся в ответ Уил.

— Всегда можно найти свидетелей события.

— А поверит ли этим свидетелям суд?

— Все зависит от того, как подать информацию, при умелой подаче любой абсурд доказать можно!

Уил усмехнулся:

— Вот именно абсурд они и доказали.

— Ты лучше подумай вот о чем: ну принесешь ты заключение лекаря — они заключения десятерых, и кому суд поверит? Думаю, что не тебе. Я тоже очень хорошо знал Лику, — Антон обвел взглядом комнату и, приметив лежащую на столе, деревянную погремушку, вытер грязным рукавом вытекшую из глаза слезу. — А как она хотела стать мамой! Как обо всем этом подумаю, сердце кровью обливается. Дай мне выступить в качестве свидетеля. Ты меня, Уил, знаешь, я смогу убедить в своей правоте кого угодно, хоть судью, хоть черта!

Уил вздохнул:

— Если и вправду хочешь помочь, можешь выступить на суде свидетелем против лорда де Янова младшего. Хуже уже думаю, не будет.

Антон затеребил на своем плаще пуговицу, которая оторвавшись, осталась у него в руках. И опустив глаза, он тихо добавил:

— Я скажу что угодно, чтобы убедить судью… Всего за десять тысяч драхм. Сам пойми, против кого придется выступать. Мне очень жаль Лику, но дело рискованное.

Уил усмехнулся, а Антон, продолжив теребить оторванную пуговицу, промямлил:

— Я бы и бесплатно помог своему единственному другу, но, но мне сейчас очень нужны деньги, -и, забегав глазками, он добавил. — Вот если выиграю в одном дельце, обещая, обязательно поделюсь с тобой.

Уил перебил:

— Если я не найду больше никаких доказательств, кроме твоих очень дорогих слов, то обязательно обращусь.

—