Зуб дракона - Н. Уилсон

Пол был покрыт двумя турецкими коврами, у одного недоставало обожженного угла, другой щеголял пятном от отбеливателя в самом центре. С центра желтого потолка свисала связка из трех корабельных фонарей, а между двумя каменными постелями на хрупких деревянных ногах стояла верхушка от напольных старых часов с маятником и гирьками.

Спутанный клубок электропроводов, обвязанный бечевкой, тянулся из отверстия в стене к каменному потолку.

Сайрус тоже уставился на духовку. Он не успел нормально поесть в кафе, до того как появился Макси, и почти не спал в ночь перед этим. Он зевнул во весь рот, медленно, устало моргнул и попытался не обращать внимания на голод, острым ножом пронзающий ему кишки.

Он заразил зевком свою сестру, и она вытянула руки над головой.

— Ты давно спишь в этой гробнице?

Странный юноша почесал гладкий подбородок.

— Это не гробница, — тихо ответил он. — Это Комната Воскресения. Считается, что это разные вещи. В теории.

Антигона похлопала по каменному ложу под собой.

— Ты хочешь сказать, что здесь никогда не лежало ни одного тела?

— Может быть, только раз, — ответил Нолан. — Не больше. И совсем недолго.

— Ты проверял? — спросила Антигона. — Заглядывал под крышку гроба?

Нолан не спускал глаз с медленно тающего сыра.

— Я искал друга.

— В гробу? — Антигона поежилась. — С ума сойти можно.

— Мой друг был мертв, — бесцветно ответил Нолан. Его голос был абсолютно лишен какого-либо выражения. — Где еще я мог его искать?

Сайрус расхохотался. Антигона толкнула его локтем под ребра.

— И тебя правда не смутит, если мы останемся здесь, с тобой?

— Смутит. — Нолан наклонился вперед и заглянул в духовку. — Но я был бы не против. На некоторое время. — Он махнул рукой в сторону входа. — Вы бы не выжили там, снаружи.

Сайрус посмотрел на подвесные дорожки, виднеющиеся через отверстие в стене. Полигон был абсолютно пуст и безмолвен. Сайрус оглянулся. Нолан, наверное, сумасшедший, но сейчас это не имело значения. Потому что сейчас он запекал им горячие сэндвичи с сыром.

Антигона села, подогнув под себя ноги, и оперлась спиной о каменную стену.

— Ты тоже являешься членом Ордена? — полюбопытствовала она.

Нолан едва заметно улыбнулся.

— Я паук в темном углу. Я смотрю. Слушаю. Живу тем, что сам найду. — Он зачем-то посмотрел вверх. — И тем, что найдет меня.

— Хм. — Сайрус быстро посмотрел на сестру. Она сидела с широко раскрытыми глазами. Затем он повернулся к Нолану: — А Руперт Гривз знает, что ты здесь, внизу?

— Руперт Гривз. — Нолан вздохнул. Теперь его голос казался усталым. — Он вспоминает о пауке, когда в нем есть нужда. Сейчас он нашел вам няньку в подземелье среди жуткой паутины. Разве не так? — Он глянул на Сайруса и снова уставился на хлеб в духовке. — Он уже и так запутался в ваших проблемах.

— Что? — Антигона опустила ноги на пол и вся подалась вперед. — Что ты имеешь в виду?

— Вашего брата похитили, — тихо сказал Нолан. — Я слышал, как вы говорили об этом с Гривзом. — Он посмотрел на ее вытянувшееся от удивления лицо. — Мне необязательно присутствовать зримо, чтобы услышать чей-то разговор.

Духовка заискрилась и потухла. Тяжело вздохнув, Нолан несильно пнул ее. Сайрус вскочил на ноги, слегка прикоснулся к ней и сел на свое место. Духовка тут же зажглась и снова заурчала. Нолан сузил глаза и посмотрел на Сайруса как-то по-другому. Сайрус невинно моргнул и ничего не сказал.

— А что еще ты знаешь? — спросила Антигона.

Нолан медленно вдохнул и посмотрел усталыми глазами куда-то в сторону.

— Больше, чем сам хотел бы. Макси с его хозяином настоящие гиены. Они не оставят свои происки. Но Гривз будет бороться до самого конца или сгинет вместе с вами. Он вылеплен из старого теста.

Антигона поежилась и потерла руки, на которых выступили мурашки.

— Гривз что, всем тут заправляет?

Нолан медленно перевел на нее взгляд.

— Нет. Он кровавый мститель Эштауна. Архангел. Он оберегает и, если есть нужда, воздает за грехи.

Антигона нахмурилась.

— Не уверена, что я правильно поняла.

Губы Нолана слегка изогнулись в улыбке, но он замаскировал ее под зевок.

— Если Исследователь из Эштауна замерзает на Килиманджаро, сгорает в Новой Гвинее или сгнивает в темнице во Франции, Руп отправляется за его останками. Если член Ордена совершает предательство, Руп будет его преследовать. Если кто-то из Орбисов — круга Совершенномудрых — выявляет угрозу, Руп будет охотиться на нее, на него или на это, пока не уничтожит. Он и гончая, и тигр. — Нолан посмотрел из-за плеча так, будто сам от себя устал. — А я тот, кто это знает.

Пригнувшись, он распахнул духовку, обмотал руку тряпкой и достал запеченный хлеб. Сыр наверху расплавился и пошел пузырями, а края стали хрустящими.

— Горячо, — коротко сказал он. — Осторожнее.

Захлопнув дверцу духовки, он положил тосты на камень между Антигоной и Сайрусом.

Сайрус медленно, смакуя, вдохнул, давая запаху еды раздразнить желудок.

— Спасибо, — сказала Антигона и потрогала пальцем краешек тоста. Сайрус кивнул.

Нолан прошел на другую сторону комнаты, уселся, крепко обхватив колени бледными, узловатыми руками и стал наблюдать своими удивительными, гладкими, как речная галька, глазами за тем, как брат с сестрой осторожно надкусывают хлебцы.

— Как думаешь, Руперт найдет Дэна? — спросила Антигона.

Нолан задумчиво провел рукой по своей едва заметной бороде цвета паутины. Через мгновение он легонько покачал головой.

Сайрус замер с куском бутерброда во рту. Антигона нервно утерла рот. Нолан пожал плечами.

— Но, с другой стороны, Макси Робес не станет убегать. Он хорошо знает, чего хочет. — Тут он посмотрел на Сайруса, и в его глазах мелькнула искорка интереса. Затем она померкла, и он встал. — Если вы хотите хоть когда-нибудь выбраться из моего Полигона, вам предстоит многое увидеть и многое сделать. Но сейчас вы слишком устали. — Он сделал шаг к двери. — А теперь спите. Я скоро вернусь.

Когда Нолан вышел и скрип планок затих в отдалении, Сайрус повернулся к сестре.

— Тигс, — сказал он, — мы только что ели сэндвичи с сыром в настоящей гробнице.

Антигона рассеянно кивнула.

— Хотела бы я знать, как там Гораций. И что, интересно, было дальше с шофером?

— С Ганнером? — Сайрус пожал плечами и прошел через комнату в импровизированную спальню. Он втиснулся туда на спине и уперся в желтую стену ногами.

Сжав пальцами связку ключей на своей шее, он разжал змеиную хватку. На какое-то мгновение Патрисия сверкнула в воздухе, обвила его пальцы, но затем снова нашла свой хвост и скрылась с глаз. Непросто было поверить в то, что она не игра воображения. Сайрусу было приятно, что в его жизни появилась еще одна живая душа.