Неподвластный богам - Брайан Толуэлл

«Да. Его душа вошла в пирамиду, и Сидящий-в-Пирамиде принял ее. Твой враг силен теми знаниями, которые Сидящий-в-Пирамиде дал ему. Тезиас летает в пирамиду и с каждым разом становится сильнее». – Почему Тот-Кто-Сидит-в-Пирамиде дает Тезиасу власть над миром?

«Сидящему-в-Пирамиде неважно, кто правит миром. Он дает знания любому, кто приходит к нему. Пришел Тезиас».

Постепенно картина в глазах Конана прояснялась.

– Как ты собираешься отомстить Сидящему-в-Пирамиде? Постой… Ты поможешь мне одолеть Тезиаса и тем самым отнимешь у Сидящего-в-Пирамиде его ученика! Так?!

Озеро заволновалось.

«Ты догадался. Я дам тебе средство, которым можно убить твоего врага. Возьми».

Крутая волна коричневой слизи вынесла на берег! кусок белого металла. Конан поднял его. Предмет был! размером с большую золотую монету, но имел два заостренных конца. Он напоминал двухконечный бриллиант. Концы предмета были чрезвычайно острыми, так что Конан едва не укололся. В середине диска имелся нарост, ухватившись за который, можно было двумя пальцами удерживать предмет.

– Что это? – спросил король, обращая свой взор к плоской скале.

«Эта Ромб Яхкунга. Хъяхъя дарит его тебе. Очень давно Хъяхъя взял его на далекой планете, где живут существа без тела. Ромб Яхкунга – это их темница. Душа, попав в Ромб Яхкунга, не вырвется обратно».

– Но как им пользоваться? Он такой маленький…

«Ты должен поднести Ромб Яхкунга к лицу фантома, и тогда Ромб втянет в себя душу Тезиаса. Твой враг умрет – Хьяхья будет отомщен».

Конан готов был плясать от радости. Вот оно, их спасение и спасение всего мира – этот маленький кусочек неведомого белого металла! Внезапно мозг короля прожгла тревожная мысль.

– Послушай, Хьяхъя, а если Тот-Кто-Сидит-в-Пирамиде узнает о твоем плане и предупредит Тезиаса или, того хуже, помешает мне?

«Тот-Кто-Сидит-в-Пирамиде уже обо всем знает. Он слышит и видит нас. Всех. Всех сразу».

– И какого дьявола тогда… – озадаченно молвил Конан, но мыслящее озеро перебило его;

«Ты не повял. Сидяшему-в-Пирамиде не важно,

отомстит ли ему Хъяхъя или нет. Это важно для Хьяхъи. Сидящему-в-Пирамиде не важно, победишь ли ты Тезиаса или Тезиас – тебя. Это важно для тебя и для Тезиаса. Хъяхъя думает, что Тот-Кто-Сидит-в- Пирамиде не будет тебе мешать. Он никого не убивает и почти не вмешивается в земные дела. Но Хъяхъя может ошибаться. Во всяком случае ты должен попробовать».

– Да, Хъяхъя, я сделаю это! – твердо заявил киммериец. – Не знаю, как отблагодарить тебя!

«Ты не можешь отблагодарить Хъяхъю. Хъяхъя – узник. Вечный узник планеты, которую полюбил. Но ты можешь дать Хьяхъе подкрепиться, и Хъяхъя не забудет тебя».

– Что ты имеешь в виду? – насторожился король. «У тебя есть Сердце Аримана. Оно дает жизнь, брось Хьяхъе Сердце, и Хъяхъя подкрепится его силой».

Отдать озеру Сердце Аримана Конан не мог – даже в обмен на Ромб Яхкунга. Он понимал всю ценность волшебного камня.

– Нет, Хъяхъя, я не моту дать тебе Сердце. Оно принадлежит но только мне – всему человечеству, всем хайборийским богам. Это Сердце и моего королевства. Горе ждет мир, если Сердце Аримана не будет биться в главном храме Митры в моей столице Тарантии. Прости, я не отдам его тебе.

По озеру пошли крутые волны. На плоскую скалу поползла новая порция слизи. Конану показалось, что буквы древнего стигийского письма, посредством которых с ним общался Хъяхъя, искривились.

«Ты опять не понял. Хъяхья отдаст Сердце. Хьяхъе нужна минута, чтобы подкрепиться. Сердцу ничего не будет. Дай».

– Почему я должен тебе верить, озеро? – хмуро спросил Конан.

«Потому что Хъяхъя мог отобрать у тебя Сердце, не спросив разрешения. Потому что Хъяхъя мог обменять Ромб Яхкунга на Сердце Аримана. Хъяхъя не сделал этого. Верь Хьяхъе, как Хъяхъя поверил тебе».

Хъяхъя дал Конану надежду, и киммериец не мог неблагодарно сбежать, оставив несчастное существо плескаться в этой пещере-темнице. Скрепя сердце он бросил волшебный камень в озеро. И тогда на его глазах озеро коричневой слизи вдруг просветлело. Удушающая вонь, проникающая во все поры организма, отступила. Конану показалось, что озеро что-то радостно шептало. Через минуту, как и было обещано, коричневая волна прибила алый камень к берегу, к ногам короля.

«Спасибо, Конан. Ты отблагодарил Хъяхъю. Хъяхъя твой друг. Если тебе понадобится помощь, обращайся к Хъяхъе. Хьяхья мудр. Хъяхья поможет тебе».

– Нет уж, клянусь Кромом, мне бы справиться с Тезиасом, а там я как-нибудь сам обойдусь, – криво усмехнулся киммериец. Он не любил выслушивать сантименты, особенно если они исходили от какого-то озера. – Впрочем, подожди, Хъяхъя. Проклятый карлик превратил мою жену в воду. Знаешь ли ты, как расколдовать ее?

«Хъяхъя многое знает. Твоя жена стала жертвой обыкновенной магии. Убьешь того, кто ее заколдовал – освободишь жену».

Конан осторожно спрятал Ромб Яхкунга в складки набедренной повязки. Белый кристалл был ключом ко всему, что он должен был вернуть, – и к возвращению Зенобии тоже.

– Прощай, мыслящее озеро, – я не забуду тебя! – сказал киммериец.

Он уже собирался прыгать в подводный тоннель, когда что-то заставило его обернуться. Озеро волновалось. На плоской скале светилась надпись:

«Берегись, Конан. Хъяхъя чувствует опасность. Тебя ждет ловушка».

– Что ты имеешь в виду? – недоверчиво молвил человек.

«Брось в воду камень – увидишь».

Конан поднял большой обломок скалы, лежавший на берегу озера, и, размахнувшись, с силой бросил его в воду. Ничего не происходило. Он уже хотел пожурить Хъяхъю, когда вдруг из воды высунулась отвратительная клыкастая морда. За первым чудищем последовало второе, третье, четвертое… Демоны выстраивались на каменистой перемычке, тесня человека к берегу озера. Конан смотрел на демонов, и плоская скала осталась за его спиной, так что Хъяхью он больше не слышал.

Армия тварей тем временем пополнялась – все новые создания Тьмы выныривали из подводного тоннеля. Самый маленький из демонов был раза в полтора выше и крупнее Конана, самый большой же доставал почти до потолка пещеры. Здесь были дети Ночи всех мастей – наземные, подземные, подводные. Демоны не нападали, но красные глаза, пылавшие злобой, и ощеренные слюнявые пасти ясно выдавали их намерения.

Конан действительно был в ловушке. С двух сторон его окружали скалы, выход из пещеры преграждала армия демонов, готовых разорвать его в клочья в любую минуту; позади же плескалось огромное озеро коричневой слизи.

Наконец один из демонов заскрежетал:

– Сет послал нас за тобой! Ты предал его, Конан-киммериец. Отдай нам то, что передал тебе Хъяхъя, и тогда ты умрешь по-человечески. Иначе мы будем вечно терзать твою плоть и душу, и ты никогда не обретешь небесный покой!