Путь к Эвенору - Джоэл Розенберг

Лекарство близко, но я не могу им воспользоваться. И не стану.

Я с усилием приподнялся на локте и потянулся за кружкой горячего, как огонь, холтского травяного чая — его сварила для меня Энди. По идее он должен помогать при головной боли. Чтобы взять кружку, пришлось сбросить с глаз влажную тряп­ку. Я мог бы поклясться, что один из них видит что-то не то.

Я взглянул на бутылочку с бальзамом. Просто недопус­тимо пользоваться им, чтобы избавиться от похмелья. И не потому, что целительные бальзамы дороги. Они редки, вот в чем штука. Их очень трудно достать. Именно поэтому мы держали их про запас, на самый крайний случай.

Да, однажды я выпил полбутылки, когда делал ноги из одного города, не помню уже точно из какого. Но я тогда растянул ногу, и хоть повреждение это и пустячное, в тот раз оно могло стоить мне жизни — а согласно моему определе­нию, рана не может считаться пустячной, если из-за нее можно погибнуть.

Но в любом случае как бы меня ни припирало к стенке, я никогда не пользовался бальзамами попусту. Распущенность хороша лишь в одном случае — и не в этом.

В окно врывался западный ветер; на сквознячке мне ста­новилось чуть легче. Джейсона отправили за едой — и он вернулся с корзиной, набитой фруктами, шампурами с жаре­ной свининой, булочками и луком, то есть всем, что нашлось на рынке в конце улицы. А еще — из обеденной залы — он приволок кучу пивных кувшинчиков.

От запаха мяса меня замутило. Жареная свинина и по­хмелье — вещи несовместные.

Попытка снять боль чаем провалилась. Быть может, эль пойдет лучше. Я принял предложенную Джейсоном боль­шую кружку и отхлебнул выдохшегося пойла в надежде, что хоть оно разгонит клубящийся перед моими горящими гла­зами туман.

Не разогнало. С лекарствами от похмелья мне никогда не везло.

Целительные бальзамы дороги, и доставать их трудно. Похмелье мучительно. Бросьте на весы то и другое — доро­говизна уравновесит страдание. Или страдание — дорого­визну.

Подойдем по-другому. Решим пропорцию: я могу прова­ляться здесь целый день. Через день я буду в порядке, а если мы собираемся уходить из Феневара, нам так и так этот день понадобится: купить припасы, раздобыть лошадей, решить, куда едем.

Беда в том, что мы не знаем, в какую сторону двинулся Микин. С другой стороны, хотя в Эвеноре определенно что-то происходило и тамошним тварям явно не сиделось на мес­те, сам город, пока, во всяком случае, с места не двигался, и это отчасти решало наши проблемы.

Как ехать — решить было просто. Разумеется, по земле. Порта в Феневаре нет: берег тут болотистый, а море мелкое.

— Хоть плыть не придется, — заметил Ахира, подавляя дрожь.

Энди потрепала его по колену:

— И ты уже рад?

Гномы не любят воды глубже, чем нужно для мытья; тра­диционная гномья баня — это комната, сходящаяся к стоку в середине и уставленная раковинами, которые им, гномам, по грудь. Из всех гномов, которых я знаю и знал, Ахира — един­ственный, кто купался в ванне.

Если вдуматься, поймешь почему. Люди легче воды. Для нас плавание — просто использование сил природы, нам толь­ко иногда надо поднимать голову и ритмически очищать от воды нос и рот, чтобы вдохнуть. Иное дело гномы. Они плотнее людей. Кости не просто шире, с более крупными и крепкими суставами, способными выдержать куда боль­шие нагрузки, — у них более плотная кальциевая структу­ра. Мышечные волокна у них мельче, но их куда больше, и отношение жир/мышцы меньше, чем у людей, — вот почему они так любят эль: крахмал и алкоголь — источник быстрых калорий.

Бросьте гнома в воду — и он камнем пойдет ко дну.

— Видали когда-нибудь плавающего гнома? — спросил я через силу.

— А как же, — подхватила Андреа. — Два шарика мо­роженого заливаешь кока-колой и бросаешь игрушечного гно­ма поплавать.

Шутка, понятная лишь уроженцам Той стороны.

— Хочется нам или нет, но мы должны его отыскать, — вернулся к теме Джейсон.

Тэннети усмехнулась.

— Желать — не значит получить. Он опередил нас на десять дней. Он может быть где угодно.

Энди покачала головой:

— Не где угодно, если он по-прежнему выдает себя за странствующего кузнеца.

— Нам необходимо его найти.

Джейсон прав. Одно дело — убивать работорговцев. По ним никто не заплачет. Их боятся, конечно; с ними имеют дело — а как еще обходиться с покоренным соседом?

Но сочувствовать им? Становиться на их сторону? Считать воинов Приюта угрозой для всех?

Никогда.

Бойся сотворять легенды, ибо люди поверят в них. Мы с Ахирой, а позже Джейсон немало потрудились, давая жизнь рассказам о Воине, а Карл стал олицетворением воина Приюта. Убивая местных и оставляя записки, Микин разбивал легенду. Даже не знаю, что во мне было сильнее — недоумение или злость. Микин вырос в Приюте и должен был бы понимать.

Я глотнул еще горячего чаю и снова лег. Просто протянуть руку, взять бронзовую бутылочку, сорвать восковую печать, запрокинуть голову...

Нет.

Ахира размышлял.

— Сможешь ты найти его с помощью заклятия? — спросил он Андреа.

Она пожала плечами.

— Вероятно. — Еще одно движение плеч. — Нет, точно смогу. Я хорошо натренировалась в поисковых заклятиях.

Я собирался спросить как, но передумал. Когда-то, считая, что Карл жив, она положила великое множество трудов и сил, чтобы найти его. Если чем-то занимаешься долго и всерьез — становишься в своем деле большим докой.

— Мне нужно что-нибудь от него, — сказала она. — Желательно волосы или ногти, или что-то, с чем он имел дело. Достаточно близко.

— Говорят, записка была написана кровью.

— Его? — скептически осведомился Ахира.

— Вряд ли, но это зацепка. — Андреа поднялась. — В городе живет маг. Насколько я понимаю, он — тайный соглядатай правителя Ульвена. Думаю, пришла пора проявить профессиональную вежливость.

Она, конечно, не в маговских одеждах, но статус свой, если понадобится, сумеет доказать очень быстро.

— Постой. — Ахира поднял ладонь. — Ты этим долго не занималась.

— Магией?

Он хмуро усмехнулся,

— Нет. Всем остальным. — Он пожевал губами, потом стянул еще кусок мяса со своего шампура. — Если собираешься связаться с местными — надо быть готовыми убраться отсюда. И быстро. А это значит — верхом.

Тэннети кивнула.

— Я займусь. Ты слишком легко расстаешься с золотом. Вызывает подозрения.

— Давай.

— Хм-м... — Она склонила голову к плечу. — По одной на брата и две заводные?

— Три, если выйдет. Еще надо постараться выяснить все, что удастся, о том, что творится в округе. Тут есть гномья кузня; я схожу и узнаю — может, ковалю захочется поговорить о Старом Крае. Получить весточку оттуда... Джейсон, это — на нас с тобой.