Дитя Демиургов. Путь к магии - Анна Бантикова

Мадлен тоже казалась ему то ангелом милосердия, мудрой подругой жизни, направляющей его в нелёгком пути, то лживой и двуличной особой, которую просто необходимо разлюбить. Последнее пугало Артеса больше всего. Как мог он думать подобным образом о своей любимой, которая, рискуя репутацией, стала его любовницей, ждёт его, верит ему?

Наконец-то экипаж доехал до дома Джоя.

Артес взбежал по широким парадным ступеням и без стука вошёл в кабинет наставника.

– Джой, Мадлен считает, что мне надо пройти остальные алтари! – произнёс он и рухнул на диван у окна.

Джой слегка закатил глаза, встал из за стола, за которым писал что-то в чёрной объёмистой книге, и подошёл к молодому человеку.

– И что тебя пугает? Ты думал, что алтарь Воздуха последний?

– Да, естественно! – пожал плечами Артес.

– Мы думали, что он будет первым и последним, пока не поняли, что ты являешься Избранным, дорогой мой, – назидательно сказал Джой. – Но после того, как ты по ошибке прошёл алтарь Земли, всё изменилось. Теперь тебе необходимо пройти все алтари до конца.

– Почему? – упрямо спросил Артес. – Мадлен говорит, что я должен стать великим, чтобы спасти её. Правда, забывает, что по дороге я могу умереть и тогда некому будет ее защищать!

– И бедная девочка права. Пока ты путешествовал, маги Огня попытались напасть на всех значимых магов её клана, в том числе и на её отца, – с нажимом сообщил Джой. – Пока что он лежит в больнице, с ожогами, разумеется.

– Я не знал, – с раскаяньем сказал Артес. – Даже не представлял, что все так серьёзно.

– А вот теперь подумай сам, – продолжил Джой. – Появляешься вдруг ты, наш прекрасный лорд, в котором намешаны две магии. Да маги Огня первым делом нападут на вашу счастливую молодую семью, чтобы не допустить усиления кланов Воздуха и Земли. И убивают они, как правило, всю семью – подчёркиваю. Чтобы другим неповадно было чудить. Если же ты станешь магом всех стихий, то сможешь легко и непринуждённо победить любого, кто попытается тебе противостоять.

– Да, да, ты прав, дорогой Джой! – согласился Артес, хватаясь руками за голову. – Просто в последнее время мне так трудно принимать решения. Всё будто в тумане, я сам себя не понимаю.

– И это исчезнет, когда ты пройдёшь все алтари, – положив тяжёлую руку ему на плечо, сказал Джой. – В тебе борются две противоположные стихии. И нет такой силы, которая может их уравновесить. И это ещё одна из причин, по которым ты должен преуспеть в своём походе. Иначе, мой мальчик, ты просто сойдёшь с ума.

Артес поднялся с дивана. Он принял решение и почувствовал себя увереннее.

– Я пойду к Ладимиру. Сообщу ему, что готов продолжить поход. Заодно проверю, как он устроился. В этот раз я хочу взять с собой кое-какие вещи, например, верёвки, кошки… Они определённо могут пригодиться.

– Иди, иди, – кивнул Джой, опять погружаясь в свой фолиант. – Ты принял верное решение, мой мальчик. Но я и не сомневался в этом. Ты был Избранным с самого твоего рождения. Кстати…насчёт Ладимира. Как он вёл себя во время вашего похода?

– Вёл себя так, как это присуще Ладимиру – весьма оригинально, – рассеянно отозвался Артес, но потом повернулся к опекуну и спросил: – Что-то я не понял сцену вашей встречи. Ты в первый момент вовсе его не признал. Неужели этот оборотень когда-то был другим?

– Когда мы с ним познакомились, Ладимир довольно радикально отличался от той личности, которой он стал сейчас, – дипломатично сказал Джой. – Но я вижу, что ему пришлось пройти через весьма… неприятное испытание. Вероятно, это повлияло на его рассудок. Обычно влияет.

– Какое испытание? – с подозрением спросил Артес. – И, прости за прямоту, почему ты послал со мной этого ненормального, если даже толком не знал о переменах, которые с ним произошли?

– Ну, милый мой, вот ты сам ответил на свой вопрос, – криво усмехнулся Джой. – Я именно НЕ ЗНАЛ о переменах, которые с ним произошли. Хотя должен был. А послал я его потому, что это был единственный вполне надёжный оборотень, которого я лично знал и который прекрасно ориентировался в Запределье благодаря своему образу жизни и, если так можно выразиться, работе. Плохих чувств он ко мне не испытывал, что с нами, оборотнями, редко случается, и, что самое главное, никоим образом не связан с магами и магией. А теперь скажи мне – хорош ли он как воин?

– Я бы сказал, что по шкале от одного до десяти ему можно поставить одиннадцать, – улыбнулся Артес. – Во время нашего пути я убедился, что, несмотря на определённые странности, полное отсутствие манер и заносчивость, он вполне надёжный попутчик, прекрасный воин и не лишён некоего своеобразного чувства юмора. К тому же, он дивно цитирует баллады. Это дает некоторый шанс надеяться, что его образование не было таким уж примитивным и ужасным, как того можно ожидать.

– Баллады цитирует? – переспросил Джой, глядя на Артеса с непроницаемым видом. – Это любопытно.

Артес усмехнулся, поняв, что опекун думал совсем о другом, и просто повторил свою последнюю фразу.

– Я в надёжных лапах, дорогой Джой, – добавил шутливо молодой человек, чуть поклонившись. – Ты, сам того не зная, подобрал мне идеального проводника, с которым можно молчать в пути, не делиться личной жизнью, даже его не замечать, пока не наступит опасность – тогда на него можно вполне положиться. И дороги он знает отличные, и в Запределье каждый второй зверь его друг и брат. Другого и не требовалось. Надеюсь, что обещанная ему плата будет достойной и соразмерной риску, которому он подвергается.

– О, да, – широко улыбнулся Джой, – за такую бесценную услугу я приготовил ему особенную плату. Я бы сказал, что она не будет чем-то необычным для Ладимира, так как ему уже приходилось получать такую значительную награду, но в этот раз я постараюсь, чтобы её хватило до конца его дней.

– Ты заплатишь ему столько, что он не будет больше служить в Братстве? – поинтересовался Артес.

– Да, я убеждён, что после этого в Братстве он служить не станет. Как, впрочем, и в любом другом месте, – кивнул Джой.

– Отлично. Он именно этого и заслуживает, – удовлетворённо отозвался Артес.

Когда Артес вышел из комнаты, Джой резко поднялся, открыл потайную дверь за камином и спустился вниз в подвал. Посреди мрачного помещения светилась красная пентаграмма. В центре неё сидел очень худой человек, походивший скорее на скелет, обтянутый кожей. Только мерцавшие в темноте зеленоватые глаза указывали на то, что в этом ссохшемся теле теплится душа.

– Мальчик оказался действительно Избранным, – довольно произнёс Джой, подходя к пентаграмме. – А ты сомневался.

– Я не сомневался. Просто не хотел, чтобы твоё желание исполнилось, – презрительно проскрипел полутруп.

– Теперь тебе осталось недолго мучиться, – рассмеялся Джой. – Ты же надеялся, что он погибнет и что я сгину вместе с ним, мой дражайший друг. Не так ли?