Мрачно темнеющий свет - Джессика Клусс

– Кстати о моем отце… – Когда я произнесла эту фразу, он застыл. – Что, черт подери, ты имел в виду, говоря, что он не утонул?

Если Микельмас снова собирается уйти от ответа, я повисну у него на шее и буду висеть на ней, пока он мне не скажет.

– Ой, зачем нам толковать о том, что давно в прошлом? Я говорил много разных глупостей людям, с которыми больше никогда не намеревался встречаться.

– Скажи мне! – На моих ладонях расцвел огонь.

– Я не знаю, что случилось с твоим отцом, хорошо? – Он медленно и осторожно отодвинулся в сторону.

– Тогда откуда ты знаешь, что он не утонул?

Вот что он сказал в соборе Святого Павла в ту ночь, когда произошла атака Корозота. Твой отец не утонул. А затем в мгновение ока исчез, оставив меня с эхом этих слов, звучащих у меня в голове.

– Твоей тете надо было кое-что тебе рассказать, когда ты была маленькой девочкой. – Он вытер лоб. – Уильям бросил твою мать еще до того, как ты родилась. Он так никогда и не вернулся, и я не знаю, что с ним стало. Вот она – правда.

Я ожидала много чего, но не этого.

Что он говорит? Что мой отец может прямо сейчас бродить где-то по свету? Что он бросил меня?

– Это неправда, – мягко сказала я.

Микельмас сжал губы.

– Было нечестно держать тебя в неведении.

Я все думала про ту картину в таверне. Лицо того молодого человека – моего отца – было так похоже на мое.

– Ты думаешь, он все еще жив? – ошарашенно спросила я.

– Я понятия не имею.

Я и не догадывалась, что эти слова причинят мне боль. Мои ладони перестали гореть.

– Мне жаль, – сказал Микельмас, отводя взгляд. – В тот момент я не думал, что увижу тебя снова. Я чувствовал, что ты должна знать правду. Тупая идея.

А чего я хотела? Какую-нибудь трагическую историю или развернутое объяснение? Я была дурой.

– Ну хватит с нее, – услышала я голос Марии с теми самыми роскошными женскими интонациями. Вилли снова появился. – Не расстраивайте девушку.

– Кто такая эта рыжеволосая особа? – Микельмас посмотрел ей в глаза и застыл. Выражение его лица изменилось. – Мы раньше встречались?

Мария покачала головой, кудряшки упали ей на лицо.

– Нет, я бы запомнила такое удовольствие, – пробормотала она.

– Иди домой, – сказал Микельмас, поворачиваясь ко мне. – Через некоторое время мы встретимся.

– Но твоя помощь нужна нам сейчас.

Я вынула из ножен на моем левом запястье крошечный кинжал, единственное оружие, которое я принесла. Микельмас осторожно принял его, и лицо колдуна просветлело, когда он поднял кинжал вверх. Я поняла, что он видел его раньше.

– Где ты это взяла? – Он сплеча рассек воздух, вывернув запястье так, что клинок блеснул в солнечном свете. Разрази меня гром, кажется, он знал, что делал.

– Мы нашли это в доме Ральфа Стрэнджвейса, – сказала я.

На этих словах он попросил:

– Расскажи мне все.

Пока я говорила, он продолжал любовно изучать клинок. Наконец покачал головой:

– Боюсь, я не знаю подробностей.

– Ты думаешь, оружие не сработает? – Я упала духом. Он вернул мне кинжал, протянув рукояткой вперед.

– Это оружие выковано в другом мире. – Колдун презрительно фыркнул. – Оно создано, чтобы против монстров его использовали монстры.

– Но ты можешь научить нас? Ведь что-то ты знаешь?

Не думаю, что Блэквуд одобрит мой план, но идея снова поучиться у Микельмаса казалась мне странно успокаивающей. Я скучала по нашим урокам на Полпенни-роу.

Он заколебался:

– Чародеи никогда на это не согласятся.

– Они уже практически заставили меня отказаться от попыток. Но я хочу доказать им, что оружие работает.

Микельмас слегка улыбнулся:

– Кажется, ты не можешь обойтись без неприятностей, да?

– Так ты согласен? – У меня отлегло от сердца.

– Я никогда не пройду мимо возможности заставить ваш великий Орден признать превосходство колдунов. – Он подергал свою бороду. – Когда начнем?

В тот вечер, подождав, когда Магнус закончит патрулировать барьер, я призвала всю нашу небольшую команду в дом Блэквуда. Мы с Марией ждали в кабинете, наполненном китайским фарфором и коврами, в самом южном крыле. Я улыбнулась, теребя простой золотой кулон на цепочке, когда в комнату зашли Магнус и Ди, а за ними и Блэквуд. У двери застыл лакей, ожидая распоряжений. Ну нет, так не пойдет.

– Мы можем остаться наедине? – спросила я. Блэквуд поморщился и отпустил слугу.

– Я покараулю, – прошептала Мария и выскользнула наружу. В комнате остались только мы четверо – мальчики и я.

– Мне это не понравится, ведь так? – пробормотал Блэквуд, с утомленным выражением на лице подходя ко мне поближе. Он нахмурился. – Где ты взяла этот кулон?

– Это был единственный способ сделать так, чтобы ему было удобно, – сказала я и провела пальцем по золотой застежке.

– Чтоб кому было удобно? – Магнус откинулся на спинку дивана, заложив руки за голову.

Я сняла кулон и открыла его. Кулон взорвался, и из него вылетел Микельмас; сделав сальто-мортале, он приземлился на пол. Блэквуд отскочил, а Ди чуть не скатился с дивана.

Микельмас повертел головой из стороны в сторону, хрустя суставами.

– И все равно, не самое лучшее перемещение из тех, что я пробовал, – сказал он.

Магнус, который до этого сидел, открыв рот, поднялся на ноги, при этом он сшиб фарфорового тигра, мирно дремавшего на краю стола. Тигр разлетелся на кусочки, упав на ковер, – полосатый хвост здесь, красно-желтый глаз там.

– Я помню, в прошлый раз вас было больше, – усмехнулся Микельмас. Посмотрев на разбитого тигра, он взмахнул рукой, что-то пробормотал, и фигурка, целая и невредимая, снова очутилась на столе. На этом цирк не закончился. Микельмас произнес другое заклинание, и фарфоровый тигр ожил. Он вышагивал от одного конца стола до другого, тихонько рыча и ударяя полосатым хвостом. Ди, издав возглас изумления, ткнул пальцем в зверя. Тот его укусил.

Микельмас сел на диван. Сдувая пушинки со своего сюртука, он взбил подушку и откинулся на спинку дивана:

– Так гораздо удобнее. А теперь… Кто готов к колдовству?